Как проиграть в любви - Сара Нэй

продолжала переключать программы. Чуть дольше она задерживалась только на романтических мелодрамах, реалити-шоу про знакомства и свидания, реалити-шоу про всякую элитную недвижимость или на кулинарных шоу. Черт.

Снаружи уже стемнело и, похоже, все еще шел сильный дождь. Я был благодарен за тишину в компании Райан, потому что, судя по сообщениям от братьев, они действительно собрали дома целую толпу. Конечно, позвали соседок, куда же без них, но еще и других людей. Мои братья еще молодые и зеленые. Да, близнецы только на два года моложе меня, но еще не понимают ценности и неприкосновенности личного пространства и окружают себя людьми, которые себе на уме и используют их в собственных целях. Ну, по крайней мере, таков Дрейк. У Дрю голова на плечах варит получше. Если Дрейк сегодня вечером будет тусить до упора, то Дрю, скорее всего, немного посидит со всеми, а потом уединится в своей комнате, запрет дверь и будет выходить только в туалет.

С тех пор как умер отец, Дрейка лихорадит. Несмотря на то, что у него есть мы – его братья – и наша мама, он всегда именно от бати ждал какого-то руководства – больше, чем любой из нас. Теперь, когда бати не стало, ему не к кому за этим обратиться. И кажется, он заполняет образовавшуюся пустоту случайным сексом и веселыми тусовками.

Я проверил приложение. Доставку ждать еще двадцать минут. Райан остановила свой выбор на кулинарном шоу, но оно было с детьми, а не со взрослыми, и за то короткое время, что мы его смотрели, мы успели понять, что им нужно было создать торт с декором на осеннюю тему, используя ингредиенты, которые они могли выбрать из буфета на заднем плане. Кажется, ничего сложного. Торты вроде не трудно делать, да?

Судьи ходили туда-сюда по студии, лысый чувак болтал с детьми, раздавая им советы и подсказки. Спрашивал их, почему они выбрали то или это, почему сделали то-то.

– ЕЩЕ ТРИДЦАТЬ МИНУТ, ЮНЫЕ ПЕКАРИ! – объявила женщина-судья под всеобщие стоны и вздохи.

Хах! Я сел прямее, когда один паренек по имени Бреннон вынул из духовки коржи и поставил их на стол, пытаясь вытащить из формы для запекания. При этом ни один из коржей не сдвинулся с места.

– О нет! – завопил он, запрокинув голову. – Я их передержал!

Бреннон стал бить металлической формой по столу, но безрезультатно. Он всхлипывал, слезы текли по лицу. Когда коржи наконец поддались, они, к огромному разочарованию Бреннона и зрителей, вывалились на столешницу по кускам. Из носа Бреннона полезли пузыри. Ладно, может, это шоу не так и ужасно. Этот парень неплохо поднимает его рейтинг. Судья подбежал, чтобы его утешить.

– Пацан, взбодрись! – крикнул я в экран телевизора. – Время взять себя в руки, Бреннон, а не стоять там с таким жалким видом.

Райан прыснула водой, которую пила из бутылки:

– Даллас, это же дети!

– И что? Если собираешься участвовать в чемпионате по выпечке, будь готов справляться со взлетами и падениями.

Это именно то, что сказал бы мой батя. Когда соревнуешься, случаются как хорошие, так и плохие моменты. Это тебе не прогулка по парку в погожий денек. Иногда ты огребаешь по полной и чувствуешь себя дерьмом, а иногда побеждаешь и становишься царем горы. Но это никогда не бывает легко, чем бы ты ни занимался.

– Остынь. Ему всего одиннадцать лет.

Пфф. Я захлопнул рот и продолжил смотреть шоу. Бреннон пытался склеить свой отстойный торт, заполняя дырки в бисквите глазурью. Вдруг он вздрогнул, потому что подошедший судья шмякнул сверху гигантскую кляксу сливочного крема.

– К счастью для Бреннона, девочка Софи испекла торт, который выглядит в точности как кучка собачьего дерьма.

– Даллас! – засмеялась Райан, толкая меня в бок локтем.

Я оказался прав, Софи дали пинка под зад, а Бреннон умудрился-таки проскользнуть в следующий этап конкурса. Мой телефон зажужжал в тот же самый момент, что и у Райан, оповещая нас о том, что курьер с нашим ужином наконец приехал. Мы оба вскочили с дивана, но я попросил ее сесть:

– Я сам схожу.

Незачем ей было открывать дверь с наступлением темноты и говорить там с каким-то незнакомцем. Пусть это и был, скорее всего, студент нашего возраста, но все же. Раз уж я здесь, лучше перестраховаться. Мы живем в безумном мире, и я рад, что у меня трое братьев, а не сестра, о чьей безопасности я бы безостановочно беспокоился.

Я быстро забрал заказ и, поставив пакеты на стол, стал разбирать еду, пока Райан позади меня сновала туда-сюда, доставая тарелки, вилки и салфетки. Сегодня у нас были куриные крылышки, говядина с брокколи, лапша ло-мейн, лапша с маслом и овощи на пару.

– Этого достаточно, чтобы накормить целую армию.

Я кивнул:

– Мне все приглянулось. Не смог выбрать.

– Заметно.

Она не возмущалась и не жаловалась, просто констатировала факт, при этом ее тарелка была так же полна, как и моя. Мы взяли еду и вернулись на диван, намереваясь посмотреть, сможет ли Бреннон выдать десерт, похожий на основное блюдо.

– Мне нравится этот конкурс, – сказала Райан, запихивая вилку с лапшой в рот.

Славно. Есть кое-что такое, чего она не делает. Не выпендривается и не пытается произвести на меня впечатление. Очень славно.

– Ему нужно сделать торт, похожий на курицу с гарниром из картофельного пюре.

– Это задание доконает парня.

На наших глазах он плакал уже дважды. Я наклонился вперед и застыл, не донеся вилку до рта, в ожидании, что на сей раз у него пойдет не так. На удивление, в этой части шоу крах потерпел не Бреннон, а Адам, двенадцатилетний самопровозглашенный король сладкой выпечки из Коннектикута. Да уж, детали – не сильная сторона Адама. Он так старался придать своему десерту вид тако с соусом сальса, но все зафейлил. В кокосовую стружку бахнул слишком много красителя, из-за чего она ни капли не походила на шинкованный лук, его клубника, изображавшая помидоры, была слишком красной, а бисквитная основа, которая должна была имитировать тортилью, получилась слишком толстой. У него все пошло не по плану, и он сдался, топнув ногой и опустив голову на стол еще до того, как нужно было показывать десерт судьям.

– МЕЛКИЙ СЛАБАК! – заорал я. – А НУ СОБЕРИСЬ!

– Даллас! – в сотый раз возмутилась Райан.

Я видел, что на самом деле она не сердится, а веселится, но ни за что не признается в этом, потому что шпынять маленьких детей за их промахи и заставлять выкладываться на полную катушку – неправильно и токсично.

– Да что? – пожал я плечами. – Меня же никто не слышит.

– Я тебя слышу.

Я закатил глаза и, разделавшись с говядиной и брокколи, принялся за ло-мейн. Смачное шоу, прямо зашло под настроение. Кто бы мог