Впервые - Анна Брон

Если чья-то работа Ника устраивала, он был холодно учтив. Если не устраивала, а так было в большинстве случаев, он набрасывался на несчастного с таким неистовством, что у Лорен стыла кровь в жилах. В самых демократических традициях он распространял свое неудовольствие на всех сотрудников от телефонистки до вице-президента, доводя своим сарказмом телефонистку до слез, а вице-президента до сердечного приступа. Могущественные помощники входили в его кабинет, чтобы через пять минут вылететь оттуда, будто их ошпарили кипятком, и предупредить остальных многозначительными взглядами, от которых их подчиненным хотелось стать невидимыми.

К среде на следующей неделе атмосфера на восьмидесятом этаже накалилась до такой степени, что напряжение стало распространяться дальше с этажа на этаж. В лифтах никто не позволял себе рассмеяться или посплетничать. Одна Мэри Каллахан словно ничего не замечала. Она даже становилась все милее по мере того, как распоясывался Ник, но, с другой стороны, ей ни разу не досталось от Ника, тогда как Лорен попадало чуть ли не ежеминутно.

Ник был на редкость учтив по отношению к Мэри и Вики Стюарт, которая теперь звонила ему чуть ли не по три раза на день. Как бы он ни был занят, над чем бы ни работал, для Вики у него всегда находилось время. Стоило ей позвонить, и он, забыв обо всех делах, откидывался на спинку кресла. Со своего места Лорен слышала его ласковый голос, и сердце у нее сжималось.

В среду Ник решил ехать в Чикаго, и Лорен не могла дождаться, когда он наконец покинет офис. После стольких дней нечеловеческого напряжения, когда он вел себя с ней, словно ее вид вызывал у него отвращение, она лишь неведомым ей прежде усилием воли продолжала вести себя спокойно и не плакать по любому поводу.

В четыре часа, за два часа до отъезда, Ник позвал Лорен в конференц-зал, чтобы она помогла Мэри. Совещание было в разгаре, и Лорен была полностью поглощена стенографированием, как вдруг услышала крик Ника:

— Андерсон, если ты соизволишь оторвать взгляд от бюста мисс Дэннер, то мы сможем значительно быстрее закончить совещание.

Лорен мгновенно вспыхнула, а пожилой Андерсон стал таким багровым, что все присутствовавшие в зале испугались, не случится ли с ним апоплексический удар.

Когда последний служащий удалился за зала, Лорен, проигнорировав взгляд Мэри, решительно повернулась к Нику.

— Надеюсь, вы довольны! — прошипела она. — Вы не только меня унизили, но и чуть не довели несчастного старика до инфаркта. Что у вас намечено следующим пунктом?

— Уволить первую же женщину, которая откроет рот, — сухо произнес Ник и направился к выходу из зала, демонстративно обойдя Лорен, как будто она была статуей или колонной.

Разъяренная Лорен бросилась за ним, но Мэри удержала ее.

— Не спорьте с ним, — сказала она, с такой очаровательной улыбкой глядя вслед Нику, словно ей явилось чудо. — В теперешнем своем состоянии он способен уволить вас, а потом будет всю жизнь жалеть об этом.

Лорен не знала, на что решиться.

— Он пробудет в Чикаго до вечера пятницы, — продолжала Мэри, — что дает нам два дня передышки. Завтра мы устроим себе большой ланч… Может быть, у Тони? Мы это заслужили.

На другое утро после отъезда Ника на восьмидесятом этаже воцарились мир и тишина. Лорен отметила про себя, что здесь на редкость спокойно и ей это нравится.

В полдень она и Мэри поехали к Тони, которому Лорен заранее позвонила. Старший официант, как всегда, стоял у входа, встречая посетителей, но Тони, завидев их, поспешил к ним сам. Лорен немного опешила, удивленная тем, что Тони схватил Мэри в объятия и чуть не сшиб ее с ног.

— Когда ты работала на деда и отца Ника, то была всегда рядом, в гараже. Мне это нравилось больше, — повторял он через каждые две минуты. — По крайней мере, мы могли чаще видеться — ты, я и Ник. — Потом он с сияющей улыбкой повернулся к Лорен. — Ну, моя маленькая Лори, теперь ты знакома не только с Ником, но и с Мэри, и со мной. Ты как будто становишься членом нашей семьи.

Он повел дам к столику, усадил и улыбнулся Лорен.

— Рикко позаботится о вас, — многозначительно произнес он. — Рикко думает, что ты очень красивая… и краснеет, стоит упомянуть твое имя.

Рикко принял заказ и, покраснев, поставил бокал вина перед Лорен. Мэри едва сдерживала улыбку, но когда Рикко ушел, она в упор посмотрела на Лорен и спросила:

— Хотите поговорить о Нике?

Лорен чуть не захлебнулась вином, которое как раз решила попробовать.

— Пожалуйста, не надо портить приятный ланч. Я уже вполне достаточно знаю о нем.

— Да? И что же вы знаете? — стояла на своем Мэри.

— Что он нетерпимый и взбалмошный тиран.

— И при этом вы любите его.

Мэри не спрашивала, она утверждала.

— Да, — рассердилась Лорен.

Мэри, как ни старалась, не смогла скрыть своего удивления откровенностью Лорен.

— Я в этом не сомневалась. Подозреваю, что он тоже вас любит, — спокойно и уверенно вынесла приговор Мэри.

Стараясь не показать, как ей приятно это слышать, Лорен повернулась к окну.

— Что дает основания вам для подобного утверждения?

— Начнем с того, что Ник никогда не обращается с женщинами так, как с вами.

— О да. С другими он само очарование, — с горечью сказала Лорен.

— Правильно! — подтвердила Мэри. — Он всегда ведет себя со своими женщинами… как бы это получше выразиться… с терпеливым безразличием. Пока женщина ему нравится, он внимателен и обаятелен, а когда она начинает ему наскучивать, он вежливо, но решительно и твердо выставляет ее из своей жизни. Насколько я помню, ни одной женщине не удалось зацепить его чувства. А я уж видела, как они старались вызвать его ревность. И что? Он удивленно смотрел на них, словно не понимал, чего от него хотят. Вот и все. А теперь ваш случай…

Лорен покраснела, когда Мэри заговорила о ней, как об одной из многих женщин, побывавших с Ником в постели, но не стала ничего отрицать.

— Вы, — продолжала Мэри, — лишили его покоя. Ник злится на вас и на себя. Но он не вычеркивает вас из своей жизни. Он даже не отсылает вас на другой этаж. Вам не кажется странным, что он не позволяет вам работать с Джимом и заставляет каждый день сидеть на восьмидесятом этаже в ожидании звонка от Росси?

— Я думала, он держит меня при себе из мести, — мрачно призналась Лорен.

— Не исключено. Наверно, он хочет, чтобы вы почувствовали то же, что он чувствует из-за вас. А возможно, он пытается найти в вас слабое место, чтобы избавиться от своего чувства. Не знаю. Ник — человек сложный. Джим, Эрика и я очень дружны с ним, и все же он всех нас держит на расстоянии. Есть внутри него что-то, что он не желает ни с кем делить, даже с нами… Почему вы так странно смотрите на меня? — оборвала себя Мэри.