Там, где кончается путь (СИ) - "Тёмный Доктор"

— К трансформаторной будке, живо!

Будка — небольшое кирпичное здание — возвышалась в самом углу территории. На крышу вели выступающие из стены скобы лестницы.

— Наверх!

Первым взобрался сам проводник, почти за шиворот втащив следом Воробья — видимо, Змею показалось, будто молодой сталкер замешкался. За ними полез Меченый. Что бы их ни преследовало, он предпочел сперва добраться до укрытия, а потом уже рассматривать.

Оказавшись на крыше трансформаторной будки, Игорь посмотрел в сторону ворот… и едва сдержался, чтобы не присвистнуть.

— Вот, черт… — поднявшийся следом Алекс тоже явно был впечатлен открывшейся им картиной.

Во двор комплекса вбегали существа вроде того, что попалось отряду на берегу озера. Змей говорил, что они не держатся поодиночке. «Горстка» оказалась стаей минимум в сотню особей.

И сейчас эти твари окружили трансформаторную будку, нарезали внизу круги или застывали на местах. Строением тела они действительно напоминали тушканчиков, но вот только внешность их была весьма отталкивающей, к тому же, явно говорившей о том, что эти создания питаются отнюдь не растительностью.

Внизу находились мелкие стайные хищники.

— Мы в западне, — констатировал Воробей. Змей ободряюще хлопнул младшего товарища по плечу:

— Не все так плохо. А передышка в пару минут нам не помешает.

— Что это за твари? — спросил Алекс, глядя вниз, где сновали быстрые ловкие существа.

— Местные тушканчики. Плотоядные мутанты, и зубы у них весьма острые. От стаи не отобьешься — обглодают не хуже пираний.

— Не то слово, — добавил Воробей. — Поэтому если нет укрытия, то дело плохо. Можно, конечно, воспользоваться аномалиями, благо, умом и сообразительностью тушканчики не отличаются. Но твари они опасные. Их нередко боятся больше, чем кровососов.

Меченый окинул взглядом двор комплекса.

— Это, конечно, замечательно. Но как мы будем отсюда выбираться? — поинтересовался сталкер. — Перестрелять их у нас просто не хватит патронов.

— О, об этом не беспокойся, — по губам Змея скользнула хищная усмешка. Свободовец скинул рюкзак и теперь копался в содержимом боковых карманов. Вскоре на свет были извлечены две уже знакомых пробирки.

Взяв одну из них, внутри которой змеились тонкие разряды, словно сталкер каким-то образом запер в колбе «Электру», Змей, криво ухмыльнувшись, швырнул ее вниз.

— Отойти от края!

Звон разбившегося об асфальт стекла никто не услышал — но в следующую секунду раздался громкий хлопок разрядившейся «Электры». Меченый отлично видел, как взметнулись синие разряды. Следом послышался пронзительный визг.

Еще удар! Рукотворная аномалия — а Игорь не сомневался, что это содержимое пробирки ее породило, — сработала вновь. И еще раз.

— Обычно они держатся несколько секунд, — Змей, несмотря ни на что, представлял собой воплощение спокойствия. — Потом исчезают. Рукотворные аномалии крайне нестабильны и не отличаются продолжительностью существования.

— Как ты это сделал? — Воробей смотрел на свободовца почти с восхищением. — Я, конечно, о подобном слышал, но вот чтоб своими глазами…

Змей довольно усмехнулся.

— Дело опыта, «темные» научили. Это один из вариантов «сборок». Аномальные гранаты. Почти любой артефакт можно превратить обратно в аномалию, — пояснил свободовец. — Нужно только знать, с чем и в каких условиях он среагирует. Но в любом случае такая аномалия просуществует очень недолго. Некоторые навострились использовать это в качестве оружия.

— Конечно, — обернулся к сталкеру Алекс, — ты ведь использовал это против химеры.

— Не совсем это, но в целом — верно. В тот раз я использовал части артефакта «Грави» — в итоге получилась «Воронка». Естественно, для того, чтобы в пробирках пошла реакция, нужен катализатор. Пробирка открывается или разбивается — и образуется аномалия. Естественно, я не скажу, что за катализаторы надо использовать, — Змей улыбнулся. — Секрет фирмы, не хочу, чтобы в один прекрасный день кто-нибудь угостил меня такой штуковиной.

«Электра» внизу разрядилась в последний раз — и сгинула без следа, оставив после себя лишь груды обугленных тел. Если часть стаи тушканчиков и осталась в живых, после такого они наверняка разбежались, потому Змей приказал спускаться.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— В этом комплексе, — рассказывал свободовец, пока отряд шел мимо хорошо прожаренных мутантов, — наемники в свое время устроили лагерь. Ну, ты, Воробей, небось, знаешь. Потом, после того, как мы их отсюда на пинках вынесли, но до того, как ушли на Склады, мы устроили здесь уже свой лагерь. И облазили всю территорию. Меченый, — Змей обернулся к Игорю, — по словам Бармена, вход в лабораторию в этом комплексе?

— Да.

— В таком случае, я знаю, где он может быть. Подвал тут на удивление небольшой — имею в виду, та его часть, которую мы смогли обследовать. Дальше была здоровенная металлическая дверь с электронным замком — готов в «Холодец» нырнуть, если это не оно.

— Показывай, — кивнул Воробей.

Отряд вошел в полутемный цех. Крыша в нем была целой, но вот в оконные проемы проникало достаточно света, чтобы не блуждать во тьме. Свободовец заглянул в какой-то коридор, внимательно осмотрелся и махнул остальным:

— Сюда.

Коридор, поворот, спуск по лестнице вниз, еще коридор — и команда остановилась перед тяжелой железной дверью. Меченый в какой-то миг подумал, что такую дверь словно установили здесь для того, чтобы то, что находилось внутри, не вырвалось наружу.

— Как думаете, кого мы там можем встретить? — спросил, скорее, сам себя Алекс. Меченый в ответ пожал плечами:

— По словам Бармена, лаборатории были законсервированы сразу после появления Зоны, если не до него*. Туда ничто не могло попасть извне. Он дал мне карты — там указано, где должна находиться вся документация. Так вот, на карте Х-18 связана с поверхностью только одним выходом.

— Так, стоп, у тебя есть карта? — уставился на него Змей. — И ты молчал? Давай сюда!

Карт было несколько, и изображали они все четыре подземных этажа. Поставленная красным маркером отметка находилась на четвертом уровне.

— Дерьмо, придется лезть в самую глубину. Ладно, может, действительно ничего тут нет, кроме аномалий… Давай свой ключ и открывай, — кивнул проводник Игорю.

Электронный замок, как ни странно, работал — но вот с открыванием тяжеленной двери пришлось повозиться. За ней оказалось небольшое помещение, в свете включенных фонарей оказавшееся площадкой возле шахты лифта. Лифт, понятное дело, давно уже не работал — более того, двери были выворочены «с мясом», а кабина, как убедился Меченый, заглянув вниз, подсвечивая себе фонарем, упала на дно шахты.

— «Воронкой» разворотило, — сделал вывод Змей, закончив осмотр места. — Самой аномалии уже нет давно. Идем, там, за шахтой, должна быть лестница.

Существо, лежавшее на полу, как мертвое, среди себе подобных, пошевелилось. Что-то побеспокоило его. Кто-то был здесь. Чужак.

Мутанты, созданные в лаборатории и навеки заточенные в ее стенах, не нападали на представителей своего вида, и с тех пор, как более слабые звери были съедены, они впали в анабиоз. Те, кто создал их, позаботились о повышенной живучести, в том числе, и о способности месяцы и даже годы проводить в спячке.

Зашевелились и остальные. Они словно почувствовали появление незваных гостей на уровне подсознания. И они были голодны.

Мутант запрокинул голову и глухо взрыкнул, созывая сородичей на охоту.

Будь на то воля сталкеров, они не стали бы заглядывать ни на второй, ни на третий подземный этажи, спустившись сразу на четвертый. Но, увы, проектировщики распорядились иначе: лестница закончилась на третьем уровне. Добраться до следующей лестницы можно было по коридору, который был, судя по карте, узким и делал два поворота. В действительности он оказался ничуть не лучше — более того, он изобиловал «Жарками», и команде пришлось постараться, чтобы не сгореть живьем.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})