Ты задолжал мне любовь (СИ) - Иванова Эмилия

Вероника слегка улыбнулась, отнюдь не став навязываться, а просто лишь сказала:

— Что ж, хорошо, раз так. Руслан относится к тебе как к сестренке, поэтому то, что ты зовешь меня тетей – само собой разумеющееся. А раз уж я тетя, то я кое-что скажу: тебе ведь уже тридцать лет, уже должна выйти замуж так-то. Есть к кому-нибудь симпатия?

Очевидно, что она посредством таких вот «родственных» связей хочет четко разграничить человеческие отношения. Мда, старого воробья на мякине не проведешь.

А также очевидно, что все прекрасно все осознают, так какой же ответ сможет дать Рябова на вопрос Вероники? Если ответит, что у нее симпатия к Руслану, то ведь только что было оговорено, что они лишь «брат и сестра». И если уж теперь девица скажет, что он ей нравится, то разве не пошатнет все это давно установленные моральные устои?

Буквально на пару секунд лицо Саши напряглось, однако девица все же натянула на себя улыбку:

— Нет, мне пока и одной очень хорошо.

По своей сути эта фраза являлась не более, чем неким утешением для себя и других.

Вероника кивнула головой и с энтузиазмом произнесла:

— Так не пойдет! Женщины обязаны выйти замуж! Неважно, закончится ли все разводом или же ты будешь припеваючи жить замужем, но свадьбу сыграть все-таки обязательно, иначе, как ни верти, а сожалеть будешь.

Сделав паузу, она сказала:

— Ох, совсем запамятовала, в компании Руслана же есть вроде какой-то Олег Антонов, по-моему, он даже очень сильно заботится о тебе, а также этот парень сердечный и целеустремленный, довольно красив, материальное положение семьи тоже хорошее, почему не хочешь попробовать с ним?

Олег Антонов? Когда разговор дошел уже до подобной темы, у Александры вдруг словно язык онемел, из-за чего девушка просто сухо рассмеялась:

— Тетя, не надо насмехаться надо мной. Вы же сами говорили, что у каждого человека своя судьба. Особенно очень уж трудно что-либо говорить о браке. Нравится так нравится, а не нравится, то уже никак и не понравится. Что ж, пусть время решает, рано или поздно все будет!

— Оторва! Неправильно ты говоришь, что вообще значит твое «рано или поздно все будет»? – Вероника взяла Рябову за руку и заботливо сказала: — Ты, девочка моя, неправильно мыслишь. «Рано или поздно все будет» – значит взаимопонимание и взаимная симпатия, то, что их сердца принадлежат друг другу. А если ты строишь иллюзии, считаешь себя неотразимой и принимаешь желаемое за действительное, то так называемое «рано или поздно» – просто-напросто аморально. Ты только взгляни на наших Милу и Руслана, уже почти семь лет вместе, целыми днями то и делают, что талдычат о ходе брака... Разве это и не есть судьба? Поэтому они как раз и вместе.

В словах женщины явно сквозил очевидный смысл. Она совершенно ясным образом уколола Сашу, что не нужно держать в памяти то, что не следует, ведь если никак не получается получить что-либо, как бы вы ни старались, то это просто доказывает то, что это вам не принадлежит.

Но и «сестричка» Руслана тоже далеко не дура, поэтому, естественно, она все поняла, из-за чего ее личико казалось несколько сконфуженным. Но ведь лет-то уже ого-го, стукнула тридцатка, поэтому, как по житейской мудрости, улыбка на лице до сих пор держалась, словно приклеенная. Съев несколько кусочков, Саша открыла рот и улыбнулась:

— Тетя, мои друзья все еще там, так что я пока не буду тревожить. Как-нибудь я обязательно навещу Вас

Тетя кивнула в ответ и, не планируя задерживать человека, произнесла:

— Ладно-ладно, обязательно как-нибудь приезжай ко мне!

Во взаимоотношениях взрослых людей всегда присутствует и фальшь, и истина. И не враги, но и не друзья. Да что там, даже при яростной битве, когда повсюду растекаются реки крови, из их уст все равно льются сладкие речи, а на лице натягивается улыбка. Цена взросления – это лицемерие.

Как только Рябова ушла, Вероника бросила на меня равнодушный взгляд:

— За семь лет так и не смогла победить одного единственного соперника в любви, так и не знаю, что же в тебе увидел такого Руслан.

Я потеряла дар речи. Что ж, в принципе, оно и верно.

После недолгой паузы я ответила:

— Она – сестра Платона, когда он после своей смерти передал ее Руслану, это было для него своего рода ответственностью и обязательством, и ведь Руслан так и не может окончательно и бесповоротно покончить со всем этим?

Женщина в ответ лишь бросила на меня пустой взгляд, в котором читалась легкая досада:

— Из-за какого-то там обязательства ему надо заботиться о ней всю жизнь? Даже если это Платон или же эта женщина и вправду окажется его сестрой, то разве он будет всю жизнь вот так присматривать за ней? Знаешь, даже если в пример родную дочь, то отец не будет заботиться о ней всю жизнь, поэтому и она не сможет такими, не имеющими никаких принципов, вещами связывать Руслана по рукам и ногам. Более того, этой женщине уже тридцать лет, разве она не сможет обходиться собственными силами и жить самостоятельно? Или если уж ей нравится быть зависимой от мужчины, быть у него в подчинении, то не лучше ли тогда просто пойти и продать себя?

Я снова потеряла дар речи. Если честно, то я встретилась вот с таким вот ядовитым языком Вероники.

Поджав губы, я опустила голову и принялась за еду. Но опять же, если так подумать, то... все сказанное было правдой. Даже если Платон и доверил Сашу Руслану, он все-таки не ее отец, поэтому ему и не нужно отвечать за нее до самого конца.

После трапезы у Вероники были дела, по которым ей надо было уйти, а я же оказалась совершенно свободна.

Уже собираясь домой, я снова встретил Рябову у входа в торговый центр. И, похоже, это отнюдь была не случайная встреча. Девица специально ждала меня.

— Эмилия, ты действительно возомнила себя каким-то величайшим сокровищем, да? Что тебя все ценят и жаждут, да? – она заблокировала дверной проем.

Ну, тут и к гадалке не ходи – Саша не хотела дать мне уйти.

Люди постоянно снуют здесь туда-сюда, поэтому ссора в этом месте определенно бы привела к излишним неприятностям.

Остановившись, я посмотрела на нее, однако отнюдь не рассердилась, а просто лишь проговорила:

— Ты все еще любишь Руслана или просто никак не можешь смириться?

Девушка моментально замерла, вдруг на долю секунду не поняв, почему я вдруг решила спросить подобное.

Видя, что она ничего не говорит, я достала из сумки ключи от машины и сказала:

— Поехали. Раз уж ты никак не может отпустить его, то поехали со мной.

Все-таки людям необходимо уметь избавляться от навязчивых идей, что таятся в сердцах.

Саша взглянула на снующую вокруг толпу, после чего с мрачным лицом села ко мне в машину.

Всю дорогу на ее лице читалась лишь одна угрюмость и явное нежелание разговаривать со мной. Ведя машину, я равнодушно сказала:

— Я получила водительские права шесть лет назад. На следующий год после того, как вышла замуж за Руслана. В то время, я помню, он очень заботился о тебе. В то время он руководил «Demigroup» уже как два года, и ему приходилось выходить каждый день на различные встречи. Захара порой не было рядом с ним, а он не любил вызывать такси и не желал вызывать водителя, поэтому сказал мне идти сдавать на права. Он сказал, что я и так целыми днями просто жду его дома, что по своей природе вообще не хлопотно, поэтому было бы неплохо пойти сдать на права, чтобы кататься на те мероприятия вместе с ним. А также и вообще потом смогу ему помогать с вождением.

Александра холодно рассмеялась:

— Он просто воспринимал тебя как свою шестерку. Чья бы еще жена вот так вместе с мужем пошла на встречи, ха.

Я слегка улыбнулась и, не сердясь, кивнула:

— Ага. В то время я так и думала. Мне казалось, что он вовсе не любит меня, а просто видит во мне своего подчиненного, которого всегда можно использовать по необходимости. Но теперь, когда я думаю об этом, я понимаю, что ошибалась. Потом, когда я научилась водить, он практически и не водил меня на всякие встречи и банкеты, но дал мне машину, чтобы я сама ездила на работу и с работы. Что, кстати, было очень удобно и безопасно.