'Фантастика 21025-22'. Компиляция. Книги 1-23 - Виталий Хонихоев

знает, что мастера кунг-фу могут таким вот рывком выдернуть плечо или локоть из суставной сумки, особенно — в момент нанесения удара.

Исороку не упал, он был слишком опытен для этого, он едва покачнулся и переместил вес тела на ногу, компенсировав рывок. Но — нет равновесия, нет и удара. На какой-то момент он замер, восстанавливая баланс и этого ей было достаточно. Руки Читосе замелькали в воздухе. Удар, удар, удар! Кулаком, локтем, предплечьем, коленом, локтем с разворота, локтем сверху, ребром ладони, заставляя поднять руки, развести их в стороны и — удар кончиками пальцев в горло. Как она подсмотрела у сестрички Нанасэ, кто бы она ни была.

Исороку хватается за горло и хрипит. Каким бы сильным ты ни был — никто не может накачать горло там, где нет мышц, в ямочке между ключицами. Достаточно хорошего тычка пальцами, эта форма называется — нукитэ. При хорошем тычке — перебивается дыхание, возникает непроизвольное апноэ. При ударе — будет отек. Отек приводит к тому, что человек задыхается. Если она ударила слишком сильно — придётся делать старику трахеотомию. Слава богу, что она знает — как.

— Все в порядке, Исороку-сама, — склоняется она над упавшим Исороку, — вам нужна помощь? Я могу…

— Кха-ха… нет! Спасибо. — он отталкивает ее в сторону и встает на ноги. Значит все-таки тычок, думает она, не удар. Ну и хорошо, не придется ему горло вскрывать при куче народа. Для трахеотомии.

— А я всегда думал, что старый Ито не так уж и неправ. — качает головой Исороку, степенно отпивая чай из чашки. — А уж заваривать чай ты мастерица! Вот мужу повезет.

— Уже повезло, Исороку-сенсей. — склоняет голову Читосе.

— Вот как. А такая молодая и уже замужем. Хотя, конечно, такую мастерицу с руками оторвали бы. И каратэ знаешь и в школе Феникса у старого Ли тоже обучалась. Думаешь я не заметил твою технику «липких рук»? Только у тебя лучше получается чем у Ли, тот никогда не смог бы меня одолеть. — говорит Исороку и ставит чашку на столик: — радует меня, когда я вижу, что молодежь помнит старые традиции по вызову додзе на бой. Ну, давай сюда свой сертификат… что там старый Ито написал?

— Вот, Исороку-сенсей. — Читосе протягивает ему толстый, пергаментный свиток, который ей дал еще мастер школы Феникса, старик Ли.

— Где? А вот… «подательница сего надрала мне жопу, Ито Сэтору», хех. Надеюсь, он плакал. Как девчонка… не как ты, но как среднестатистическая девчонка. Кеншин! Неси сюда мой набор для письма и чернильный камень! Я покажу, как правильно расписываться в документе.

— И ты того… заходи иногда, Читосе-тян, — улыбается ей на прощанье Исороку-сенсей, мастер школы «Настоящего Традиционного Каратэ», — чаю попьем.

— Конечно, Исороку-сенсей, — кланяется Читосе, — обязательно.

— И если увидишь этого старого упрямца Ито, передай чтобы тоже заходил. Бить не буду. Разве что чуть-чуть. — и Исороку гладит свою бороду, ухмыляясь. — Хорошая ты девчушка, Читосе-тян.

— Спасибо, Исороку-сенсей. До свидания.

— Доброй дороги. — они прощаются и Читосе уходит, держа под мышкой свиток, на котором рукой Исороку-сенсея, каллиграфическим почерком выведено — «подательница сего победила наше додзе с большими усилиями, чем додзе старикана Ито! Мое каратэ — круче твоего! Ямато Исороку».

Идя через парк Читосе, видит людей, играющих в шахматы в тени деревьев у пруда. Она останавливается и некоторое время следит за игрой. Когда место освобождается, она присаживается рядом с седым мужчиной в твидовом пиджаке.

— Извините, — говорит она, — вы можете объяснить мне правила?

Глава 13

Я сижу на неудобном стуле с необычно жестким сиденьем и качающейся спинкой. Сижу и размышляю о том, что чудеса случаются в нашей повседневной жизни. Я умер и переродился в другой вселенной, в другом мире. Это уже само по себе удивительно, хотя я же умирал в первый раз и не знаю, может быть, каждый раз как кто-то умирает — его попросту переносит в другую вселенную? Может быть, смерти как таковой и не существует, а мы просто перерождаемся в бесконечных вариациях миров? Может быть, мне просто повезло, что я переродился в человека, в мире, хоть немного похожем на мой прежний? Потому что с учетом бесконечных вероятностей, очнуться в теле разумного лобстера, или там Годзиллы — было вполне возможно. Или там во вселенной Клиффорда Саймака, где есть три пола у разумных существ. Или в качестве разумного баобаба. Или неразумного. Но я все-таки попал сюда, в здешнюю Японию, в мир, который так сильно отличается от моего. Во многом. Тем удивительней, что какие-то вещи не меняются нигде. Если тебя выдернули на первый допрос, значит будет неудобный стул. Значит будет лампа, как будто случайно светящая прямо в лицо, так, что ты не можешь толком разглядеть реакцию того, кто допрашивает тебя. Неудобный стул, качающаяся спинка и жесткое сиденье — не дают расслабится, заставляют сидеть на краешке, сгорбившись. Лампа — не дает возможности ощутить общение, наладить обратную связь, вы как будто говорите с пространством. И, конечно — легкое хамство. Ну или не легкое.

— Кто подговорил вас подготовить заговор против Императора? — спрашивает голос за лампой. — Имя! Фамилия!

— Как интересно. — говорю я. Мне и в самом деле интересно. Интересно, что меняются времена, меняются миры, а стул с жестким сиденьем и качающейся спинкой — остается прежним. У меня на руках — наручники Антимагии, те самые, которые в прошлый раз с рук девушек пришлось снимать специальной отмычкой, слава богу, имеющейся в гокудо. Лично я просто отрезал себе кисти, предоставив Майко новые экспонаты для ее коллекции. Нет, в прошлом моем мире я был в намного более уязвимом положении, чем тут. Тут… я до сих пор не знаю, что именно надо сделать, чтобы меня убить. Могу предположить, что пуля в голову, колющие и режущие атаки, удары током, отравления — не сработают. Тут или растворять меня в кислоте целиком, или распылять на месте каким-нибудь дезинтегратором. При этом я более чем уверен, что такие вот средства в наличии у следователей Имперской Инквизиции имеются. Тем не менее, я не паникую. Просто потому, что основная задача всего этого антуража — как раз нагнать панику.

— Вы осознанно совершили провокацию во время Игр?! Да или нет?! — снова звучит голос незнакомца, не видного из-за света лампы.

— Я полагаю, что надо сперва расставить точки над и. — говорю я и закладываю ногу на ногу и опираюсь спиной на качающуюся спинку. Спинка качается,