Практическое руководство по злу - overslept

кто готов был развести огонь рядом со мной, независимо от того, накрыта моя броня плащом или нет. Если Народ Фейри хотел, чтобы шёл снег, я была бы не прочь дать им понюхать серы. Теперь мы были близко к площади, и я чувствовала, как температура неуклонно падает. Великолепно. Мы оба замедлили шаг, когда из-за дерева выскочила легионер и сразу же направилась в нашу сторону. Когда она оказалась передо мной, то пустилась на одно колено.

— Графиня, — произнесла молодая кэллоу.

— Встань, — приказала я. — Тебя послали за нами?

— Легат Хун выражает вам своё уважение и хотела бы сообщить, что южная часть нашего формирования близка к краху, — сказала светлокожая девушка.

Боги, сколько ей лет? Самое большее семнадцать. Всего на два года младше меня, но она смотрелась ребёнком, с блестящими глазами и пушистым хвостом — один неудачный день, и она попадёт на поле боя, с которого уже не уйдет.

— К ней направляется подкрепление? — спросил Хакрам.

— Мы в меньшинстве, пока легат Наук не расставит своих людей по местам, — ответила гонец. — Она боится, что сил, которые она может выставить, будет недостаточно.

Что ж, хреново. У Хун под командованием было три тысячи солдат — в полтора раза больше, чем должно быть у кабили, — и она всё же испытывала трудности? Учитывая относительно небольшой размер области, которую ей приходилось сдерживать, это означало, что фейри разрывали её людей, как мокрый пергамент.

— Мы близко, — сказал Хакрам, глядя на меня.

— Мы выдвигаемся, — ответила я. — Скажи об этом легату.

Девушка поднялась на ноги и отдала честь, а я повернулась к Висельникам позади меня. Офицер во главе их был орком, одним из немногих в моей личной охране.

— Лейтенант Сарк, — позвала я.

— Мэм? — ответил офицер.

— Пошлите сообщение Трибуну Фэрьеру: мы направляемся на юг. Он должен немедленно поддержать линии. То же самое и с твоими людьми.

Зеленокожий спокойно посмотрел на меня.

— Вы собираетесь идти в шторм, мэм?

— Похоже на то, — проворчала я. — Нужно добраться до того, что там есть.

Он ухмыльнулся, демонстрируя пожелтевшие клыки.

— Удачной охоты, Военачальник.

Видите ли, мне нравилось, когда орки поддерживали меня. Он не настаивал на том, чтобы идти с нами или ждать Подмастерье, просто поощрял идти и убивать тварей, которые хотели убить меня.

Я не стала тратить время на дальнейшие разговоры: мы с удвоенной скоростью двинулись туда, где вражеская атака была, по-видимому, наиболее сильной.

☠

Доктрина Легиона для позиционной обороны была довольно простой: создайте щитовую стену из тяжелой пехоты везде, где нет стен, разместите за ней саперов и магов, чтобы нарушить вражеские формации. Большая часть убийств на самом деле происходила за пределам ближнего боя, с помощью болтов и огненных шаров, выпущенных в скопление врагов. К сожалению, и миезанские легионы, и наследники Праэс разработали эту тактику, полагаясь на одно предположение, за которое в настоящее время расплачивается Пятнадцатый: что у них на поле боя заклинателей будет больше или они будут лучше, чем у врага. Империя была единственной нацией на Калернии с официальным корпусом магов в своей армии, поэтому у них обычно было по меньшей мере в два раза больше заклинателей, чем у врага, а империя Миезан была построена на магии, подобной которой никогда не видели ни до, ни после. Ни одна из наций никогда не сталкивалась с фейри, и это было заметно.

Вместо ожидаемой стройной стены щитов я наблюдала полдюжины кучек легионеров, отчаянно пытающихся отбиться от врага, в то время как фейри проносились мимо них, чтобы откусить кусочек от моих паникующих саперов. Резкий треск боеприпасов и беспорядочный арбалетный огонь объявляли о смерти ещё нескольких моих гоблинов каждые несколько ударов сердца. Я была озадачена тем, как фейри удалось пробить стену щитов, самим не используя их, пока не увидела, как какой-то темнокожий человек в мехах засветился и что-то проговорил, и как один из моих гоблинов вышел из строя, словно в трансе, только для того, чтобы получить удар копьем в горло. Зимний Двор набросился на моих легионеров, как стая волков, используя лёд, иллюзии и очарование, чтобы разделять их и убивать по одному. Оборонительные порядки людей Хун были не столько крепостным валом, сколько буфетом, из которого враг мог выбирать по своему усмотрению.

Большинство фейри были похожи на жутких людей с крыльями, хотя и не все. Похожие на волков гончие, сделанные из льда и тени, появлялись и исчезали из поля зрения, разрывая глотки и терзая саперов там, где не доставали щиты. Единственной спасительной чертой той катастрофы, которую я наблюдала, было то, что она не происходила в разгар снежной бури. Значит, ещё не всё потеряно, а?

— Я не так представляла себе свою ночь, — признался я.

— Они, вероятно, умнее дьяволов, — с отвращением проворчал Хакрам.

Мой длинный меч беззвучно выскользнул из ножен, и я двинулась вперед с поднятым щитом. Топор и скутум Адъютанта немедленно переместились, чтобы прикрыть мой левый фланг, в то время как Висельники рассредоточились рядами позади нас. Саперы Хун укрылись за ними, как только смогли, отступив с облегчением, а затем, мгновение спустя, я оказалась в самой гуще событий. Бледнокожая женщина в струящемся голубом платье, которое мерцало, как зеркало, прыгнула в мою сторону с костяным мечом в руке. Я вдохнула-выдохнула и почувствовала, как шевельнулось моё Имя. Зверь ухмыльнулся, открыв глаза: мои вены потеплели, и мир замедлился. Привет, старый друг. Уместно ли сказать, что я скучала по тебе? Острый наконечник кости направлялся прямо к моему горлу, не заботясь о горжете, защищающем его, и я не хотела рисковать, позволяя этому удару задеть меня. Плоская сторона моего меча слегка коснулась запястья фейри, отводя удар в сторону, затем легким движением моего запястья сталь развернулась, чтобы пронзить горло врага. Я ни на мгновение не переставала двигаться вперёд, и, спустя удар сердца, обезглавленный труп фейри упал на землю позади меня.

Плачущие Небеса, как хорошо было вернуться на поле боя.

Слева от меня Хакрам вонзил свой топор в голову теневого пса, достаточно сильно, чтобы полетели осколки льда, и морда чудовища ударилась о землю. С ворчанием орк вырвал свой топор, затем опустил бронированный ботинок на шею существа, чтобы убедиться, что оно не встанет. Я чувствовала, что улыбаюсь, охваченная радостью битвы. Боги, после всех этих разговоров, которые мне пришлось вести