Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

Крейг взял ее за руку. Они пересекли двор, высоко поднимая ноги, точно птицы, шагающие по воде. Завернули за угол дома и подошли к задней двери. Крейг сбросил снег с мусорного контейнера. Затем встал на него и, подтянувшись, забрался на низкую крышу коридорчика, где стоят сапоги. Он оглянулся. Софи не решалась за ним следовать.

— Хватайся! — прошипел он. И протянул ей руку.

Она уцепилась за нее и залезла на контейнер. Крейг другой рукой ухватился за край покатой крыши, чтобы не свалиться, и помог Софи подняться. Какое-то время они лежали рядом на снегу, как любовники на кровати. Затем Крейг поднялся на ноги.

Он встал на выступ под дверью на сеновал, сбросил ногой значительную часть снега и открыл большую дверь. Затем повернулся к Софи.

Она встала на четвереньки, но когда попыталась подняться на ноги, ее резиновые сапоги заскользили, и она упала. И испугалась.

— Держись за меня, — сказал Крейг и помог ей подняться.

Предпринятая ими затея не была очень опасной, и Софи участвовала в ней, делая даже больше требуемого, но Крейг не возражал, поскольку это позволяло ему выглядеть сильным и заботливым.

Продолжая держать Софи за руку, Крейг встал на выступ под дверью. Софи встала рядом с ним и обхватила его за талию. Он так и простоял бы тут, чувствуя ее всем телом, тем не менее он боком двинулся по выступу к открытой двери, затем помог Софи войти внутрь.

Закрыв за собой дверь, он включил свет. «Вот это здорово!» — в волнении подумал Крейг. Они одни в ночи, и никто им не помешает. Они смогут вытворять что угодно.

Он лег и заглянул на кухню сквозь щель в полу. Над дверью в коридорчик, где стоят сапоги, горел свет. Нелли лежала, подняв голову, навострив уши, и прислушивалась: она знала, что он тут.

— Продолжай спать, — прошептал Крейг.

Услышала его собака или нет, только она положила голову на пол и закрыла глаза.

Софи села на старый диван — ее трясло.

— У меня ноги замерзли.

— Ты набрала снега в сапоги.

Крейг встал перед ней на колени и стащил с нее «веллингтоны». Носки у нее были мокрые. Он тоже снял их. Ее маленькие белые ножки закоченели, словно были в холодильнике. Он попытался согреть их в своих руках. Затем ему пришло в голову расстегнуть куртку, снять с себя свитер и прижать подошвы ее ног к своей голой груди.

Софи сказала:

— О Господи, до чего же хорошо!

Он подумал: как часто она говорила ему это в его мечтах… — но не совсем при таких обстоятельствах.

Тони сидела в комнате видеонаблюдения и внимательно смотрела на мониторы.

Стив и охранники рассказали ей все, что произошло, начиная с того момента, когда «команда ремонтников» вошла в главный вестибюль, и до того момента, когда двое из них вышли из ЛБЗ-4, прошли через малый вестибюль и исчезли, — один из них нес тонкий кожаный чемоданчик бордового цвета. Дон сообщил ей, что, пока Стив оказывал ему первую помощь, один из мужчин пытался прекратить жестокости. Слова, которые он выкрикнул, запечатлелись в мозгу Тони: «Если ты хочешь встретить клиента в десять с пустыми руками, продолжай!»

Они явно приходили сюда, чтобы украсть что-то из лаборатории, и вынесли это в том чемоданчике. У Тони возникло ужасное чувство, будто она знает, что это было.

Она прокрутила картинки, отснятые в ЛБЗ-4 с 00.55 до 1.15. Хотя на мониторах эти изображения в то время не появлялись, компьютер их сохранил. И теперь она смотрела на двух мужчин, находившихся в лаборатории в биобезопасных костюмах.

Она ахнула, увидев, как один из них открыл дверь в комнатку, где стоит хранилище. Этот человек набрал цифры на замке — значит, ему известен код! Он открыл дверь рефрижератора, а другой мужчина принялся вынимать оттуда образцы.

Тони остановила картинку.

Камера была помещена над дверью и смотрела через плечо мужчины в рефрижератор. В его руках были маленькие белые коробочки. Тони пробежала пальцами по клавиатуре, и черно-белая картинка на мониторе увеличилась. Она увидела на коробочках принятое во всем мире обозначение биоопасности. Этот человек крал образцы вируса. Она увеличила изображение и стала его прокручивать. Постепенно на одной из коробочек отчетливо появились слова: Мадоба-2.

Именно этого Тони и боялась, но подтверждение страхов подействовало на нее словно холодный ветер смерти. Она сидела, уставясь на экран, застыв от ужаса, сердце колотилось в груди словно погребальный колокол. Мадоба-2 — самый смертельный вирус, какой только можно себе представить, столь страшный по заразности, что его следует хранить под несколькими защитными слоями и соприкасаться с ним могут лишь высококвалифицированные сотрудники в специальной одежде. А сейчас он оказался в руках шайки воров, которые унесли его в этом чертовом чемоданчике.

С ними ведь может произойти автокатастрофа; они могут запаниковать и выбросить чемоданчик; вирус может оказаться у людей, которые даже не знают, что это такое, — риск был устрашающий. И даже если они не выпустят вирус на волю случайно, их «клиент» сделает это намеренно. Кто-то задумал воспользоваться этим вирусом, чтобы убить сотни и тысячи людей, возможно, даже вызвать эпидемию, которая может скосить целые народы.

И бандиты получили это орудие смерти от нее.

В отчаянии она возобновила просмотр и с ужасом увидела, как один из злоумышленников выливал содержимое ампул во флакон из-под духов «Дьявольщина». Это явно был сосуд для доставки вируса. Самый обыкновенный флакон из-под духов стал теперь орудием массового уничтожения. Тони смотрела, как тот человек старательно поставил флакон в два пакета и поместил его в чемоданчик.

Она увидела достаточно. И знала, что надо делать. Надо поднять полицию для массивной операции — и быстро. Если они немедля начнут действовать, они еще могут поймать воров, прежде чем вирус будет передан покупателю.

Тони перекрутила мониторы на фальшивую позицию и вышла из комнаты