Дикая полынь - Цезарь Солодарь

Вот тогда-то сионистские активисты Амстердама разгневались. И дали понять это исполнителям крамольных песен. Для начала только, как говорится, предупредили.

Неунывающий Жак, участник французского Сопротивления, посмеивается над угрозами. И, словно бросая вызов сионистам, супруги стали еще чаще исполнять сатирическую песенку "Антисемит". Не в бровь, а в глаз бьет она любителей молниеносного приклеивания ярлычка "антисемита" всем неугодным. И столь же зло высмеивает молниеносную амнистию "антисемитам", сумевшим чем-нибудь угодить своим вчерашним антагонистам.

Холланды намерены расширить свой репертуар, сделать его более интернациональным. Не по годам темпераментный и неизменно улыбчивый Жак рассказал мне о своих планах. Он горячо интересуется новыми произведениями советских песенников и даже меня уговорил "спеть" ему с горем пополам несколько песен, созданных у нас в честь Победы над германским фашизмом.

...Оторвался от этих строк и с удовольствием прослушал пластинку, подаренную мне артистами. Как выразительно передает Жози характер каждой песни - явственно представляешь себе то маленького продавца папирос под дождем, то строгого учителя, величаво внушающего в хедере лукавым шалунам азы грамоты! Как изобретательно, с самыми неожиданными вариациями аккомпанирует ей Жак. Создается впечатление, что играет инструментальный ансамбль!

И все же, когда диск остановился, мне вспомнились не полные задора лица артистов, а беспокойные глаза Шимона - слегка прихрамывающего молодого человека из Марокко. Сидя с приятельницей за соседним столиком, он неожиданно включился в нашу беседу с супругами Холланд. Стоило им отойти от меня, как Шимон - верный поклонник их искусства - с нескрываемой тревогой сказал:

- Жози и Жак, как всегда, беззаботны и закрывают глаза на опасность. А ведь сионисты не оставят их в покое. Как бы я желал ошибиться, но жизнь покажет, что я, к сожалению, прав. - И подчеркнуто серьезно заключил: - Голландские сионисты, да и бельгийские тоже, я хорошо знаю, не прощают ничего и никому. Сомневаетесь? Придется, значит, открыть вам тайну моей хромоты. Позвали меня на собрание проживающих здесь марокканских и сирийских евреев. Я обрадовался, что смогу прочитать вслух письмо из Израиля от моего друга Нисима Гурна. Живет он в Кирьят-Шмоне и написал мне, что темнокожим евреям там отравляют жизнь. Хотел жениться, но побоялся, что жена будет жить впроголодь... И вот об этом моем "преступлении" узнали амстердамские бнейакибовцы - и проучили меня...

"Не прощают ничего и никому".

Пора, пожалуй, сказать, где же и от кого я впервые услышал такие слова о голландских и бельгийских сионистах.

Было это в Вене, на Иозефгассе, 10, в стрелковом тире "Йохан Шпрингер". Я уже рассказывал об этом, состоящем под попечительством "Сохнута" заведении, где посетители, разговаривая преимущественно на иврите, совершенствовали умение стрелять по движущейся цели.

Моей особой заинтересовался там мрачный человек в шортах, видимо, администратор. Узнав, что я москвич, он заявил:

- Наш тир - частный. Вам придется уйти.

И поручил своему подручному - более веселому молодому человеку препроводить меня к выходу. На прощание мой конвоир весело уведомил меня:

- Ваше счастье, что вы в Австрии, а не в Бельгии и не в Голландии. Уж там бы вас просто так не выпустили!

- Именно в Бельгии и в Голландии?

- Именно, именно! Там сионисты не такие шлеперы[В переводе с идиш на русский - что-то вроде размазни, неудачника, горемыки.], как в Австрии. Там настоящие мужчины. Они умеют ничего не прощать. Особенно, если кто-нибудь сует свой нос туда, куда не положено заглядывать чужим! Это только мы, в Вене, цацкаемся...

Тогда я встретил самокритичное сообщение вышибалы недоверчивой улыбкой. Но теперь вынужден признать: молодой весельчак был прав. Заявись я непрошеным гостем в подобный тир в Брюсселе или Амстердаме, то, пожалуй, не отделался бы одним только словесным внушением.

Что ж, неспроста, видимо, сионистские организации Бельгии и Голландии иногда называют бастионом европейского сионизма.

Особенная воинственность и обостренный шовинизм сионистов Бельгии и Голландии - явление далеко не случайное. Дело не только в их принадлежности к буржуазии, не только в их влиянии на общественную жизнь этих стран. Дело еще в том, что бельгийские и голландские сионисты свято исповедуют так называемую "иерусалимскую программу", принятую в Иерусалиме руководством Всемирной сионистской организации еще до образования государства Израиль. В ногу со временем, модернизируясь на каждом последующем конгрессе в том же Иерусалиме, программа эта настойчиво напоминает всем без исключения евреям, что в их жизни Израиль играет роль "централитета", что борьба за усиление этого государства - их обязанность, что они призваны бороться за эмиграцию евреев из всех стран мира на их "историческую родину".

Ведь именно на основе этих пунктов "иерусалимской программы" современный сионизм и провозгласил, что сегодня любой еврей, гражданином какой бы страны он ни был, одновременно является еще гражданином государства Израиль.

Бельгийские и голландские сионисты особо ревностно осознают себя такими "двойниками". Со всеми вытекающими последствиями. Отсюда в значительной степени их удвоенное рвение при выполнении директив своих идеологов и удвоенная нетерпимость ко всем, кого они считают антисионистами и даже просто несионистами.

ИЗ МОЛОДЫХ

Не преувеличивал ли все-таки Шимон зависимость любого голландского или бельгийского еврея от местных сионистских организаций?

Но вскоре мои сомнения рассеялись. Я убедился, что даже незначительная группа сионистской молодежи, без помощи зрелых единомышленников, имеет возможность отравить жизнь неугодным ей лицам.

- Наши главные мучители!

Так выразительно отзываются беженцы из Израиля, нашедшие приют в Брюсселе, о "золотой молодежи" бельгийской столицы. Эти кандидаты в знатные сионистские деятели, чьи автомашины модных марок можно видеть у подъездов самых шикарных баров и ночных заведений, с вызывающей гордостью именуют себя израильтянами в изгнании. Хороши изгнанники, прокучивающие за одну ночь сумму, конечно, не ими заработанную, достаточную для трудовой семьи на две недели!

В сионистской среде этих зазнавшихся юношей именуют "маккабистами". Они члены спортивного клуба "Маккаби" - тезки одного из самых старых и традиционных сионистских объединений военизированного типа. И с тех пор, как в Брюсселе появились беженцы из Израиля, маккабисты делят свое время между спортом, ночными кутежами и травлей покинувших израильское государство людей.

- Вы изменили Израилю!

- Вы предатели еврейского народа!

- Вы заслуживаете голодной смерти!

Вот что слышат от богатых молодых бездельников люди, бежавшие из Израиля и в одиночку, и парами, и с малыми детьми и престарелыми родителями.

От угроз маккабисты переходят к действиям. Они взяли на себя контроль над соблюдением бойкота беженцев - и горе тому брюссельцу, который осмелится дать хоть самую черную работу "презренному ренегату".

Узнав, что владелец швейной мастерской близ Блошиного рынка взял на сдельщину семью беженца с "земли обетованной", двое маккабистов ночью методично искрошили оконные стекла мастерской. Удалось установить только одно: аристократические громилы приехали на элегантном автомобиле марки "Альфа-Ромео".

Маккабисты избили и нескольких беженцев, обратившихся в консульства некоторых стран с прошениями разрешить им вернуться на покинутую родину. Правда, после расправы хулиганы проявили "великодушие": они предложили своим жертвам взять на себя расходы по... их возвращению в Израиль.

Издевательства маккабистов над затравленными беженцами обратили на себя внимание некоторых общественных организаций Брюсселя. Они пристыдили руководителей сионистских общин. Те ответили, что маккабисты преследуют беженцев из Израиля "по собственным побуждениям, а контролировать ночные похождения молодых людей невозможно".

Записав эти строки о бесчинствах маккабистов, я под вечер вышел из отеля "Приятное пребывание" на прогулку по весеннему Брюсселю. Свернув на аристократическую авеню Уинстона Черчилля, я на небольшом отрезке улицы насчитал у подъездов великолепных домов четыре легковые машины с эмблемами клуба "Маккаби" на стекле. "Континенталь" массивный, широченный, моллюскообразный - был украшен еще и бело-голубым вымпелом со звездой Давида и надписью на иврите. Заметив слово "Сион", я собрался переписать надпись в свой блокнот.

Вышедшая из подъезда молодая парочка быстро подошла к машине. И он и она были одеты с той изысканной неряшливостью, которая сейчас на Западе обходится намного дороже самых роскошных туалетов. Заметив мой блокнот, молодой человек смерил меня подозрительным взглядом и недовольно обратился ко мне на французском языке.