Серебро крыльев - Юлия Avata

Наверное, я всегда чувствовал, что я живу только благодаря своей сестре. Она являлась тем самым якорем, удерживающим меня в этом мире. Но даже так, это всё равно было моей жизнью... Однажды отец сказал мне, что одно из моих имён означает "Страж", и больше всего на свете я должен оберегать и защищать свою сестру. Наверное, он догадывался, что именно от неё зависит моя дальнейшая судьба. Он любил нас одинаково, словно мы были для него одним единым существом, и, скорее всего, хотел бы, чтобы мы всегда поддерживали друг друга.

Но это всё не то... Я знаю, что Шейнара глубоко внутри держит обиду на то, что тогда единственный родной нам человек ушёл и так и не вернулся, но она всё равно продолжает любить его, испытывая нечеловеческую тоску по родителям. Я же... от этих мыслей хочется горько смеяться. Нельзя назвать мои чувства простой обидой, иногда мне кажется, что я начинаю ненавидеть своего отца, за то, что с нами произошло после его пропажи и гибели. Это случилось в тот же день, когда вестник принёс в наш дом известие о гибели отца на границе. Не прошло и часа, когда испуганные новостью слуги носились по замку, не решаясь пока сообщить детям, что папа больше не приедет, как на нас было совершено нападение. Я не знаю, чьи это были воины, но это были крылатые и люди. Всё остальное было словно кровавое безумие...

...Крики и стоны умирающих. Большая часть замка уже полыхает. Пламя, словно резвясь, захватывает всё больше и больше. Слышен звон бьющихся окон и посуды. Молодой двадцатилетний парень, приставленный к нам, чтобы обучить основам владения мечом, отчаянно дерётся с тремя вооружёнными мужчинами. Но человеку не сравниться в скорости и реакции с крылатым. Они всего лишь забавляются с новой игрушкой, и когда им это надоедает, один из нападавших быстрым движением распарывает парню живот и оставляет мучительно медленно умирать.... Служанка Олья, не так давно справившая своё совершеннолетие и всегда относившаяся к нам как своим братику и сестрёнке, которых у неё никогда не было, дико кричит, когда мужчины решают поразвлечься с такой симпатичной девушкой. Вначале они насилуют её, украшая кожу росписью синяков и порезов, а потом одним махом обрубают светло-бежевые, кремовые крылья и выбрасывают в окно. Безумие... И все кого мы знали, любили... на наших глазах...

...Мы прячемся в одной из потайных ниш. Шейнара тихо плачет, крепко обняв меня и уткнувшись носом в грудь. Нам обоим до ужаса страшно. Но я же сильный. Я смогу её защитить. Слышатся тихие шаги, и в полыхающем мареве видится расплывчатый силуэт. Мелькнули синие волосы... Сестра вырывается и с криком выскакивает из укрытия, я пытаюсь её удержать, но не получается.

- Папа!!!

Я вижу, как она натыкается на высокого синеволосого крылатого и в ужасе отшатывается, но тот хватает её за руку. Это не отец. Слышится смех, в зале появляются пятеро людей, четверо из которых воины и один маг, который со скучающим выражением поигрывает в руках огненным шаром.

- О! Посмотрите -ка, кто попался к нам руки! - смеётся один из воинов с жуткими шрамами на лице. - Какая смазливая девочка. Эй, Мойр отдай её нам! Я люблю смазливеньких детишек!

Сестра вырывается и кричит, но крылатый уже с брезгливым выражение перебрасывает её этим чудовищам.

- Развлекайтесь.

- Отпустите её! - я выбегаю вперёд, кидая в них простенькую молнию, разученную мной ещё несколько дней назад. Маг легко её отводит, а потом меня швырнуло о стену, выбивая кровь из носа. Цепкие жёсткие руки схватили меня за шею и слегка приподняли. Я стал задыхаться, а воин с интересом меня разглядывает.

- Ну, знаешь, Крон, а этот мальчик тоже ничего.

Стоящий недалеко крылатый поморщился от криков девчонки и тихо сказал.

- Извращенцы, прирежьте побыстрее этих полукровок. Скоро здесь будет патруль, пора убираться.

- Ну, что ты такой чёрствый...Мойр. Мы же только слегка поиграем, - сказал один из людей, разрывая одну из юбок сестры и проводя ножом по маленькой шее, оставляя кровавую полосу. Она кричит...

Я пытаюсь вырваться.

- Отпустите её! Сволочи!

В следующий момент я кусаю державшую меня руку, прокусив её почти до кости. Человек выругавшись, с силой отбрасывает меня от себя. Хорошо стукнувшись о стену, так что в глазах потемнело, а из горла пошла кровь, я обессиленно сполз на пол.

- Что б вы все сдохли! - в отчаянии кричу я, а потом встречаюсь взглядом с внезапно застывшей как статуя сестрой. В груди словно взорвалось маленькое солнце. Я вижу, как её значок чуть подрагивает, а серебро залило весь белок. Внезапно резкий порыв ветра отшвыривает от неё нападавших, закручиваясь вокруг неё наподобие смерча. Светлые волосы трепещут, и я вижу, как она начинает преображаться... не до конца, но... Лицо пересекает полоска серебристой чешуи, вытянутый зрачок, белые длинные когти на руках, и волочащиеся по полу большие серые крылья, ещё слишком слабые и хрупкие. Но её вид не пугал... пугало то, что было за ним. Когда я корчился на полу от невыносимой боли, то словно бы видел тёмный силуэт за её спиной, направляющий её руки пустой куклы. Я даже могу поклясться, что слышал тихий шёпот, который выбирал смерть для обидевших его... лиэру[4]?

Моя сестрёнка... Она голыми руками убила двоих, на других спустила ветряных цепных псов, а оставшегося в живых крылатого убила та неясная нематериальная тень. И лучше бы я не видел всего этого...

Я сходил с ума от боли, оставляя следы когтей на мраморном полу, когда она подошла ко мне. Там, где раньше была наша связь, я натыкался на глухую пустоту. Она смотрела на меня долгим ничего не выражающим взглядом, чуть повернув голову в бок, как всегда любила делать раньше. С тонких детских кистей капала кровь, и этот звук отдавался тяжёлым звоном в голове.

- Братишка... - тихий еле слышный шёпот, а потом Шейнара закатила глаза и упала. Её тело пару раз дёрнулось, вновь преобразовываясь, а меня вдруг отпустило. Прекратилась эта ужасная боль.

Я кинулся к сестре и понял, что она просто в обмороке. Тогда я вытащил её из горящего замка, а через пару часов нас нашёл патруль стражи. Сестра очнулась только через несколько дней...

Я не хотел, чтобы она мучилась, и тогда просто используя восстановившуюся между нами связь, заблокировал все воспоминания об этом дне. И ещё тогда я понял, что эти её вспышки, происходящие, когда ей грозит серьёзная опасность или сильный эмоциональный стресс, убивают меня. Сестра словно становилась катализатором чего-то, что пробуждаясь, начинало разрывать меня на части. Приходилось устранять все раздражающие и опасные ситуации, что бы сохранять себе жизнь. Наверное, это выглядит несколько эгоистично с моей стороны. Только я знаю, что если погибну я, сестра не захочет оставаться в этом мире. Каждый раз я старался сдерживать её сущность. Отец говорил нам, что нашим дедом, как это и не странно, был дракон, но его кровь унаследовала только Шейнара. Я сдерживал её силу и стихию, это всё равно, что заточить в стеклянной клетке свободный ветер. Вижу, как с каждым годом ей всё сложнее, знаю, как ей плохо без прямой связи со своей стихией, но ничего не могу поделать. А то, что нас ещё сковали крылатые было уже закономерно. Способности, полученные нами от отца, были перекрыты, так же как и крылья, которые никогда не появятся за нашими спинами.