«Рыцари церкви». Кто они? Очерки об истории и современной деятельности католических орденов - Борислав Печников

Один из крупных исследователей орденской истории К. Форштройтер в своей книге «Пруссия и Россия от основания Тевтонского ордена до Петра Великого» писал: «Тевтонский орден, основанный для борьбы против неверных, должен был видеть в русских своих противников, так как в средние века схизматики (православные. – Б. П.) приравнивались к неверным. Немецкий орден мог заключать с неверными только перемирия и никогда не заключал постоянного мира».

И в XV в., после подписания Торуньского мира, Тевтонский орден при явной и тайной поддержке императоров и Ватикана пытался «столкнуть лбами» два крупных славянских государства и, используя русско-польские противоречия, добиться для себя не только территориальных, но и политических преимуществ.

Стремление великого князя Московского объединить все русские земли вокруг Москвы, естественно, находило противодействие и Тевтонского ордена, который видел в этом процессе прямую угрозу своему влиянию. Магистр ордена в Ливонии фон Герзе летом 1471 г. в письме гроссмейстеру тевтонцев фон Рихтенбергу писал, что если «князь московитов овладеет Новгородом, то немцам будет грозить большая опасность».

В 1493 г. великий князь Иван III попытался установить прямые контакты с Тевтонским орденом, однако гроссмейстер Ханс фон Тифен под надуманными предлогами уклонился от протянутой руки Московии. А в 1496 г. во время русско-шведской войны тевтонцы начали серьёзную подготовку к выступлению против русских, в частности фон Тифен направил посольства в Померанию для получения финансовых и иных средств для ведения войны против Москвы. Как явствует из предсмертного письма Ханса фон Тифена от 24 августа 1497 г., ненависть гроссмейстера к России была так велика, что, умирая, он умолял польского короля Яна Альбрехта о том, чтобы тот, возвращаясь из похода против турок, пошёл со своим войском через Пруссию и нанёс удар русским. 3 марта 1501 г. Тевтонский орден осуществил цели своей агрессивной политики, выступив против России в альянсе с Великим княжеством Литовским. Письма гроссмейстера герцога Фридриха к магистру Ливонии Плеттенбергу являются свидетельством того, что руководитель тевтонцев постоянно подстрекал ливонского магистра на активные боевые действия против московитов.

В 1505 г. Немецкий орден не прекращал своих усилий по подготовке к войне с Россией. Посол тевтонцев к императору Максимилиану командор Руперт добился дарования ордену привилегии на сбор особой пошлины со всех кораблей, заходивших в ливонские гавани. Эти средства целиком шли в фонд предстоявшей войны с русскими.

И таких примеров можно привести множество.

В XIII в. как в Польше, так и в Литве начали складываться единые феодальные государства. Процесс объединения протекал в довольно трудных условиях, ибо каждый крупный феодал считал себя полностью независимым на своей территории и, конечно, не хотел отдавать власть даже ради создания национального государства. Кроме того, ещё не окрепли связи между отдельными областями и городами. Однако самой большой помехой единения поляков и литовцев в те далёкие времена служил Тевтонский орден, который представлял собой реальную угрозу и Польскому королевству и Великому княжеству Литовскому, захватив Восточное Поморье и Жемайтию (область в западной части Литвы, населённая древним литовским племенем жемайтов, вошедшим затем в состав литовцев).

Везде «рыцари церкви» прокладывали себе дорогу огнём и мечом. Восставшие жемайты обратились к европейским правителям с письмом: «Выслушайте нас, угнетённых и измученных. Орден не ищет наших душ для бога, он ищет наших земель для себя; он довёл нас до того, что мы должны или пойти по миру, или разбойничать, чтобы было чем жить». Но правители феодальной Европы были глухи и слепы к населению Жмуди, доведённому до полного разорения, обнищания и стоявшему фактически на грани истребления германскими крестоносцами.

Однако постепенно зрела и набирала силу мысль о необходимости объединения усилий для противоборства с Тевтонским орденом. В 1385 г. в польской столице Кракове литовский князь Ягайло сочетался браком с польской королевой Ядвигой – состоялся династический альянс – вернейшее средство государственных союзов в эпоху средневековья. Князь Ягайло принял католичество и превратился в польского короля Владислава II.

Гроссмейстер Тевтонского ордена в церемонии бракосочетания не участвовал. По словам польского хрониста Яна Длугоша, глава германских рыцарей «пылал то завистью, то опасением, как бы объединение не оказалось гибельным для него и его ордена». В связи с этим он направил в литовские земли два больших крестоносных отряда, что было расценено, естественно, как вызов ордена полякам и литовцам.

И вот в 1409 г. между Тевтонским орденом, с одной стороны, Польшей и Литвой – с другой вновь вспыхнула война, получившая название Великой. Решающая битва между орденской армией и польско-литовско-русскими войсками произошла 15 июля 1410 г. под Грюнвальдом (литовцы называют это сражением под Жальгирисом, а немцы – под Танненбергом).

Гроссмейстеру тевтонцев фон Юнгингену удалось собрать под свои знамёна почти 27 тысяч немецких, французских и других рыцарей и их кнехтов, а также отряды наёмников (швейцарцев, англичан и др.). Король польский Ягайло и князь литовский Витовт командовали войском, состоявшим из 91 полка, или хоругви. Семь хоругвей представили белорусские, украинские и русские земли. На подмогу пришли смоленские полки во главе с князем Юрием Андреевичем, сыном Андрея Можайского, внуком Дмитрия Донского, а также венгерские и чешские отряды под водительством Яна Жижки, будущего вождя гуситов.

Начавшаяся в 9 часов утра битва вступила в свою последнюю стадию к вечеру, когда некоторые рыцари сдались в плен, а другие беспорядочно ретировались. Рыцарь Георг Керцдорф сдал полякам знамя святого Георгия. Погиб и Ульрих фон Юнгинген: он был сброшен с коня и убит литовской рогатиной. Лагерь тевтонцев был захвачен, и польско-литовско-русские войска начали преследовать крестоносцев вплоть до их замка Мариенбург. Всего погибло 18 тысяч рыцарей и их кнехтов, 14 тысяч было пленено.

В эпилоге своего романа «Крестоносцы» польский писатель Генрик Сенкевич пишет:

«Битва кончилась, началась резня и преследование. Кто не хотел сдаваться, погибал. Много бывало в те времена битв и поединков, но люди не помнили такого страшного побоища. К ногам короля пал не только орден крестоносцев (Тевтонский орден имел и такое неофициальное название. – Б. П.), но и вся Германия, прославленное рыцарство которой поддерживало тевтонский „форпост“, всё глубже проникавший в земли славян… Не только вероломный орден крестоносцев лежал поверженный у ног короля: в этот день искупления о польскую грудь разбилось всё немецкое могущество, доныне заливавшее, как волна, несчастные славянские земли. Честь и хвала тебе во веки веков, великое, священное прошлое, и тебе, жертвенная кровь!»

…Раннее утро 1415 г. По сонным узким улочкам южно-германского города Констанца гулко процокали копыта лошадей, на которых восседали знаменосцы с развевавшимися флагами курфюршества Бранденбург и бургграфства Нюрнберг. За ними следовала пёстро разнаряженная кавалькада рыцарей и оруженосцев, среди которых строгостью одеяний выделялись всадники в белых плащах с чёрными крестами. Сегодня был их день – член Тевтонского ордена, бургграф Нюрнбергский Фридрих IV из рода Гогенцоллернов должен быть посвящён императором «Священной Римской империи» Сигизмундом I в курфюрста Бранденбургского.

И вот этот торжественный момент наступил: бургграф вместе со своим оруженосцем поднялся на специально возведённую трибуну и преклонил колено перед троном Сигизмунда. Зачитывается рескрипт о правах и обязанностях, приносится обязательная в таких случаях клятва, и Фридрих обретает наконец вожделенный титул курфюрста «Священной Римской империи германской нации», а вместе с ним – Бранденбург (пока, правда, на правах лена). Лён – в средневековой Германии наследственное земельное владение, пожалованное сеньором вассалу при условии несения службы или уплаты установленных обычаем взносов.

Так начинают закладываться основы бранденбургско-прусского государства, родоначальником которого стал Фридрих I Бранденбургский, принявший новое звание в светлое апрельское утро. Но одно дело – получать права, другое – реально ими воспользоваться, и новоиспечённый глава курфюршества начинает укреплять и расширять свои владения. Его опорой служит Тевтонский орден, который отныне навсегда связал свою судьбу с зарождавшимся германским милитаризмом.

По мере укрепления самостоятельных государств орден всё больше терял своё былое могущество. Тевтонцы ещё нужны немецким феодалам для решения завоевательных задач, но их главный покровитель – римская курия уже сделала новую ставку в своей «крестовой» игре. Теперь её интересы сосредоточились вокруг Польши: новое обширное государство сулило папе римскому гораздо большие материальные, духовные и в конце концов политические выгоды, чем искусственно созданное и поддерживаемое только силой меча образование тевтонских рыцарей.