Препод (СИ) - Курзанцев Александр Олегович "Горный мастер"

Там же присутствовала и ректор с секретарём и, собственно, к их небольшой группке я и примкнул, чтобы не стоять как обвиняемый в одиночестве.

Погода была как нельзя кстати, сухая, хоть и пасмурная, с лёгким, свежим, идущим с моря бризом. Не жарко и не холодно, в общем, в самый раз для натурного показа.

- Господин Максут, мы готовы, - сообщила за студентов Нодерляйн и столичный чиновник важно кивнул:

- Я вижу, госпожа ректор. Комиссия готова? - обернулся он к остальным, после чего скомандовал, - приступайте к показу. Что, согласно программе обучения, уже должны уметь применять ученики?

- С начала обучения прошла геката, поэтому студенты должны уметь применять базовые заклинания всех четырёх стихий, заклинания поиска, малого лечения, истощения, стандартное заклинание освещения, - принялась перечислять Сильвия, - и, в общем-то, всё, осталньые в процессе изучения, но эти восемь уже должны знать.

- Отлично, - улыбнулся чиновник, - итак, с кого начнём? Есть желающие продемонстрировать свои навыки?

Тут произошла заминка, потому что на песок устилавший площадку для тренировок, решительно первым не желал ступить никто. Группа только скучковалась ещё сильнее, косясь на меня, глядящего на них с отеческой улыбкой.

- Вольдемар, - прошипела Сильвия, - хватит скалиться словно акула, они и так тебя боятся.

- Боялись бы, не строчили бы на меня жалобы, - прошептал я в ответ.

Не знаю, сколько бы ещё продлилось это неловкое переминание с ноги на ногу, но тут не выдержала тингландская адмирал.

- А ну ты, да ты! - ткнула она в одного из студентов, - на позицию, пока я тебя ножнами поперёк спины не перетянула!

Тот вышел, неохотно переступая ногами и, то и дело оглядыаясь на остальных.

- Ну же, Жердан, смелее, - подбодрил я его, но тот, от звука моего голоса, вздрогнул, запнулся ногой за ногу и растянулся на песке.

- Профессор Локарис, - с неудовольствием повернулся ко мне господин Максут, - прошу вас, пока идёт проверка, со студентами не заговаривать, вы пока отстранены от учебного процесса. Скажите спасибо, что вам разрешили хотя бы наблюдать.

- Ну что, получил, да? - вновь шепнула мне Сильвия, - говорила же, стой и молчи.

Поднявшись и неловко отряхнувшись, Жердан остановился в белом круге, вновь посмотрел на одногруппников, а затем, набрав воздуху в грудь и зажмурившись, выпалил:

- А я не умею.

- Как не умеешь? - удивился чиновник, - что не умеешь?

- Ничего не умею, - сглотнув и стараясь на меня не смотреть, ответил студент, - профессор нас не учил.

- Совсем не учил? - брови мужчины удивлённо взлетели вверх.

- Ну, как, - замялся парень, - учил, но так, что мы ничего не понимали. Какие-то формулы, графики и всё такое.

- И всё такое… - медленно повторил вслед за ним столичный контролёр, - ладно, кого ещё ничему профессор Локарис не научил?

Стали несмело подниматься руки, одна за другой.

- Пять, десять, пятнадцать, - считал чиновник, - больше половины, однако.

Я тоже внимательно следил за голосующими. Пятёрки девчонок, во главе со старостой, что решили мне помочь, там, естественно, не было, но не было там и кое-кого ещё. Сыновья присутствующих в комиссии женщин и примкнувший к ним Маршуш, также стояли, мрачно засунув руки в карманы. Их небольшую но сплоченную группу я уже успел вычислить, они даже на занятиях теперь занимали два соседних стола на местной “Камчатке”, о чём-то постоянно негромко шушукаясь. Впрочем, видимо дело тут было именно в матерях, вряд ли они ожидали увидеть их в составе комиссии.

- Но не все, - поспешила произнести в мою защиту ректор, после чего посмотрела с надеждой на студентов и попросила, - ну же, давайте, кто может хоть что-то показать?

Такого тотального, просто таки разрушительного провала женщина явно не предвидела и теперь всеми силами пыталась сохранить авторитет уже даже не мой, а Академии.

К слову, первая ошибка моих ненаглядных. Одно дело, частичное отклонение от программы, другое, - вообще отказ от обучения. А они сейчас усиленно пытались убедить всех во втором варианте. А это уже, как ни крути, косяк администрации Академии, не отследившей такое нарушение порядка обучения самостоятельно.

- Я могу! - звонко воскликнула Силлана, гордо посмотрев на меня.

Говорить мне запретили, но про жесты речи не было, и я одобрительно старосте кивнул.

Ловким жестом достав из рукава мантии длинный ивовый прут, девушка, ногой разровняла песок перед собой и принялась быстро, кончиком прутика выводить какие-то надписи.

- Что вы делаете? - поинтересовался господин Максут.

- Я провожу расчёт необходимого магического воздействия, для уничтожения вон той каменной глыбы, - она показала на вытащенную из под земли каменюку, с многочисленными отметинами ударов и оплавленными воронками от постоянного использования в качестве мишени.

- Хм, позвольте, - внезапно заинтересовался магистр Валдис, прищурился, разглядывая камень, затем, с усмешкой произнёс, - милочка, сколько бы вы там чего не считали, у вас просто не хватит резерва, чтобы начальными заклинаниями нанести хоть какой-то значимый урон.

- А я и не говорю, что буду уничтожать его в одиночку, - ответила Полдарк.

- Боюсь, что даже если вы привлечёте вообще всех, вам это тоже не поможет, начальные заклинания стихий просто не предназначены для такого, - столичный маг уже откровенно веселился.

Староста группы ничего не ответила, только ещё раз что-то прикинула, посмотрела на небо, пересчитала по пальцам, а затем стала вызывать своих подруг по именам. Когда прозвучало имя Тании, графиня-адмирал встрепенулась, с лёгким удивлением посмотрела на племянницу, но промолчала. А девчонки, тем временем, пошептались меж собой, ещё раз начисто переписали формулы на песке, а затем разбежались, встав неровным полукругом.

Я внимательно оглядел их построение и позволил себе чуть выдохнуть, пока всё шло как надо и они нигде не ошиблись. Оставалось лишь соблюсти синхронность.

- Первая, вторая, третья, четвёртая, пятая! - в голос повторили они очерёдность каста заклинания, а затем, стали, чётко выговаривая слова, формировать простейший огненный шар.

Валдис всё ещё ухмылялся, явно мысленно высмеивая слишком медленно формирующих заклинание студенток, остальная комиссия воспринимала происходящее просто со сдержанным терпением и только я крепко сжимал кулаки, повторяя про себя:

“Хоть бы получилось, хоть бы получилось”.

А затем, вразнобой и с разной скоростью все пять небольших ярко оранжевых шариков сорвались с девичьих рук, устремившись к валуну. Вот только влетели они в него все одновременно, слившись в одну ярко вспыхнувшую огненную звезду.

Грохнуло знатно, каменной крошкой обсыпало даже нас, находившихся в противоположной стороне от направления взрыва, а стоявшее за площадкой здание бывшей казармы буквально изрешетило. Разнокалиберные осколки, от кулака размером, до головы взрослого человека, насквозь прошибали каменную кладку, ломали стропила и кровлю, разбрасывая во все стороны щепу и глиняные черепки.

А когда, на месте взрыва пыль осела, все увидели, что каменная глыба больше не существует в природе, только торчит из земли огрызок пару десятков сантиметров в высоту.

- Как это?!

Сказать, что у пришлого магистра отвисла челюсть, это ничего не сказать. Вид у него был, хоть картину пиши.

- Так это, - ответил я, не удержавшись и нарушив запрет, - формулы, графики и всё такое.

Глава 19

- Нецелесообразно.

- Как? - мне показалось, что я ослышался, - как нецелесообразно? Вы же видели!

Но высказавший свой вердикт имперский чиновник, уже сел на место и теперь скучающе оглядывал аудиторию, в которой комиссия обосновалась для итогового заседания.

Несколько столов просто сдвинули в один ряд и все шесть членов проверяющей комиссии сидели там, негромко подводя итоги. Сильвия с Калистратисом скромненько пристроились сбоку, а мне определили стул у стены, ожидать итоговый вердикт.