Отряд «Авангард»: Клинок пери. Багровая графиня. Тёмный Наследник - Евгений Фронтикович Гаглоев

подтащила его к себе и ударила ногой в солнечное сплетение. Никита, скрючившись, рухнул на колени у ее ног. Она громко захохотала.

– Вот и все, конец твоей карьере! – воскликнула демоница, целясь противнику в голову.

Но пистолет Никиту не пугал – он так и не удосужился зарядить оружие. Зато парень начал задыхаться. Его лицо покраснело, на лбу выступили крупные капли пота, жилы на шее вздулись. Все плыло и темнело перед глазами. Где-то в глубине сознания сыпал проклятиями и завывал от ужаса Илларион.

Легостаев уже мысленно прощался с жизнью, как вдруг краем глаза заметил волны, пошедшие по стене. Наверное, галлюцинация, предсмертный бред. Но тут до него дошло, что он лежит возле высокого, в полный рост, зеркала и рябь разбегается по стеклянной поверхности. Волны становились все сильнее и сильнее, затем по ту сторону зеркала возник светлый расплывчатый силуэт.

Шахиня с усмешкой нажала на спусковой крючок… Выстрела не последовало. А из центра зеркальной поверхности высунулась тонкая белая рука, сжимающая длинный меч с рукояткой из слоновой кости. Серебристый клинок резко рубанул по пистолету в руке Шахини, и оружие распалось на две части, как кусок мыла. Демоница, взвизгнув от боли и неожиданности, отдернула ушибленную руку. Хватка троса на шее Никиты сразу ослабла, так что ему удалось сделать вдох. А когда Шахиня отскочила от вздыбленной глади зеркала, трос вообще слетел с шеи парня. Теперь он змеился вокруг своей владелицы, словно защитная броня.

Из зеркала одним легким движением выбралась Сейлин Бероева, и комнату залил белый свет, струящийся от ее волос и одежды. Сияние было настолько ярким, что Никита прикрыл глаза ладонью.

Сейлин подняла меч на уровень груди и шагнула к Шахине. На лице той отразился неподдельный ужас, и конец троса тут же метнулся навстречу девушке, заслоняя хозяйку. Сейлин отскочила, схватилась за Никиту, чтобы не упасть, и тогда трос обмотался вокруг ножки одного из пуфиков. Шахиня сильно дернула, и пуфик взмыл в воздух, пронесся через весь зал и вылетел в окно. Послышался звон бьющегося стекла, тяжелые портьеры вместе с карнизом с грохотом рухнули на пол.

Шахиня стремительно пересекла зал и выпрыгнула в окно вслед за пуфиком. Сейлин бросилась за ней, но увидела лишь спину убийцы, быстро мелькающую между деревьями. Она уже приготовилась прыгнуть следом, но тут Никита крикнул:

– Сейлин!

Девушка обернулась – она была прекрасна даже с седыми волосами.

– Позаботься о Роксолане, – тихо, но отчетливо произнесла она. – И оставь это дело, Никита. Это мой крест.

Затем Сейлин вскочила на подоконник и растворилась в ночи. Никита с трудом поднялся на ноги и подошел к лежащей на полу Роксолане. Она смотрела на парня с мольбой и с трудом дышала, ее шелковый балахон весь пропитался кровью. Легостаев опустился рядом и зажал ее рану рукой.

– Все будет хорошо, – сказал он. – Только не двигайтесь. – Он вытащил из кармана мобильник и позвонил в скорую. Ответили быстро.

– Огнестрельное ранение! – почти прокричал в трубку Легостаев.

– Говорите адрес, – услышал он женский голос.

Никита прижал телефон плечом, достал из внутреннего кармана пиджака визитную карточку салона и продиктовал им адрес.

– Ждите, машина будет с минуты на минуту, – ответили ему.

Роксолана грустно улыбнулась.

– Какая может быть скорая? – с трудом прошептала она и закашлялась. – Я много лет предсказывала судьбы незнакомым людям. Неужто ты думаешь, я не знала, что ждет меня саму? Мне на роду было написано погибнуть от руки демона…

– Почему вы сразу не обратились ко мне?! – простонал Никита. – К чему весь этот маскарад? Что за глупые игры?

– Я знала свою судьбу и все равно пыталась подстраховаться… Как видишь, ничего не вышло. Они все-таки нашли меня. Прости за электрошок на кладбище. Я потеряла голову… Мне казалось, что другого выхода нет…

Она снова зашлась кашлем. Кровь из раны пошла еще сильнее. В это время сквозь разбитое окно донесся шум заводящегося двигателя. Подозрительно знакомый шум. Никита сунул руку в карман. Так и есть! Ключи от его машины исчезли. Видимо, Сейлин вытащила их, когда схватилась за него.

Роксолана проследила за его взглядом.

– Появление этой девушки – кара, возмездие Матриарху, отмщение за все ее преступления. Только так можно объяснить это странное роковое совпадение… Рано или поздно это должно было произойти… – слабеющим голосом произнесла женщина.

– О чем вы? Какое совпадение? Кто она, эта Матриарх?

– Страшная женщина, – выдохнула Роксолана. Ее трясло мелкой дрожью. – Но с Сейлин она просчиталась. Пообещай мне… пообещай…

Ее глаза закатились, и тело обмякло. Никита приложил ладонь к шее женщины. Пульса не было. Роксолана скончалась, и его единственная надежда пролить хоть какой-то свет на всю эту историю умерла вместе с ней.

Глава 33

Смертельная гонка

Выпрыгнув из окна гадального салона, Шахиня промчалась через сад, выбежала на темную улицу, свернула в переулок, где ее ждал Одноглазый, и с перекошенным от страха лицом ввалилась в микроавтобус. Ее трос-ожерелье было туго намотано на кулак.

– Гони! – завопила Шахиня. – Гони что есть мочи!

Одноглазый не имел привычки задавать лишних вопросов. Он тут же ударил по газам, и черный фургон резко сорвался с места и устремился в сторону старого города.

Сейлин отставала от них всего на несколько минут. Она заскочила в машину Никиты, вставила ключи в замок зажигания. Через несколько мгновений серебристый автомобиль Легостаева уже мчался по дороге за черным микроавтобусом.

Фургон Одноглазого на огромной скорости летел по ночным улицам. Отражения витрин, неоновых вывесок и рекламы так и мелькали на его блестящих боках.

– Что происходит? – на ходу спросил Одноглазый.

– Это была она! – крикнула в ответ Шахиня. – Она, понимаешь? Сама Сейлин, дочка Бероева! Она вышла из зеркала и едва не снесла мне голову! Я чуть с ума не сошла от страха!

– Ты сбежала? Испугалась какой-то соплячки? – изумился Одноглазый.

– Она далеко не соплячка! Ты слышишь, о чем я тебе толкую, кретин? Она вышла из зеркала! – заходилась в крике Шахиня. – Ей доступен проход в зазеркалье, а на это способны лишь сильнейшие из демонов!

Одноглазый потрясенно замолчал.

– Ты права, – наконец произнес он. – Зазеркалье… Надо сообщить об этом Алексе и Матриарху! И зачем тогда мы так гоним?

Он сбавил скорость. И фургон тут же содрогнулся от мощного удара сзади. Шахиня с размаху врезалась лбом в лобовое стекло и зашипела от боли. Одноглазый вновь прибавил скорость и глянул в зеркальце заднего вида. Их по пятам преследовала машина серебристого цвета. От