Месть фермера - Макс Брэнд

— Это случилось на Стиллменском перевале, — снова заговорил адвокат. — Тело Джона унесло потоком и разорвало на куски в камнях водопада! А я стоял рядом, слабый и беспомощный, и все это видел! Отмщение! Отмщение! Господь дает честным людям право отомстить за подлое убийство!

— Мы сделаем это! — отозвались прихожане. — Мы будем преследовать убийц, пока не настигнем их!

Но другие голоса призывали к молчанию:

— Тише! Бедняга Финли будет говорить дальше, если ему хватит сил!

Голос адвоката звучал так тихо, что только наступившая тишина сделала его доступным для каждого уха и каждого сердца:

— Я знаю о Джоне Сэксоне многое, что неизвестно вам. Я мог бы поведать вам, как он повел своих людей в атаку на шайку Пасьянса, обратив в бегство бандитов и их предводителя. Я мог бы рассказать, как Джон принес мне почти шестьдесят тысяч долларов, отобранные у грабителей, и спросил, имеет ли он на них право. Однако, когда я сказал, что деньги следует вернуть в Стиллменский банк, который был ограблен бандой Пасьянса, Джон Сэксон, этот безупречный герой и джентльмен, тотчас же согласился. Чтобы вернуть деньги, этим утром я отправился вместе с ним в Стиллмен. Но когда мы остановились в ущелье напоить лошадей, загремели выстрелы. Джон упал в реку, и я видел, как его тело понесло к водопаду. В отчаянии я бросился к реке. Но чьи-то руки схватили меня, и я оказался окруженным людьми в черных масках. Они обыскали мою одежду и отняли бумажник с деньгами, а потом отшвырнули меня в сторону и поскакали прочь, крича и смеясь, покуда я взывал к Богу, спрашивая, как может быть позволено творить подобные гнусности. Я пришел к вам просить…

Его голос стих, а тело, поддерживаемое священником, безвольно обмякло. Тяжело дыша, адвокат опустился на стул.

Не дожидаясь, пока Финли придет в себя, толпа разгневанных мужчин ринулась из церкви за лошадьми и оружием.

Вскоре адвокат направился к дому опираясь на руку священника. Женщины, глядя им вслед, плакали от жалости к доброму человеку, чье сердце разрывалось от горя.

Джозеф Хантер собирался войти в дом вместе со своим сокрушенным спутником, но Дэниел Финли, словно собрав последние силы, выпрямился и сказал:

— Вы очень добры, мистер Хантер, но я предпочитаю… я должен побыть один.

Священник почтительно удалился, а Финли остался за запертыми дверями своего дома, прислушиваясь к удаляющемуся стуку копыт лошадей, хозяева которых, вооруженные до зубов, устремились к окутанному тучами Стиллменскому перевалу.

Он улыбнулся, закрыл глаза и сжал здоровой рукой бумажник, набитый деньгами. Теперь они принадлежали только ему. Ни одному человеку в мире даже в голову не придет, что деньги находятся у него. Никому, кроме Пасьянса, которому он оказал такую услугу, что его можно не опасаться. Все прошло отлично. Безупречный план был столь же безупречно осуществлен. В душе Финли царил покой.

Глава 33

Задолго до того, как Мэри Уилсон и Молли оказались в центре Стиллменского перевала, на них упали первые снежинки. Оглядываясь назад, они видели чистое небо на западе, где еще ярко сверкало солнце, в то время как над головами у них сгущались тучи и лошади мчали их сквозь туманную мглу. Когда они въехали в ущелье, весь горизонт был покрыт плотным слоем облаков.

Мэри то и дело поглядывала на свою спутницу. Они надели непромокаемые плащи, и ветер с хлопаньем раздувал прорезиненную ткань. Но каждый раз, когда Мэри смотрела на подругу, та улыбалась и ободряюще ей кивала.

— При таком ветре они не смогут ехать быстро — тем более такой старый скелет, как Дэниел Финли. Твой парень не допустит, чтобы старик простудил свои драгоценные кости. Мы догоним их, не сомневайся! Кажется, я что-то вижу на том склоне…

Они пришпорили лошадей и подъехали к центру перевала. Внезапно Молли вся напряглась, лицо ее стало мрачным. Добравшись до места, где река течет рядом со старой дорогой, она натянула поводья мустанга.

Молли слышала, как Финли и Пасьянс договаривались об этом месте, но сейчас здесь никого не было. Зато имелось много следов.

— Лошадей подводили к воде, — сказала Молли. — Смотри, следы отходят и от валунов…

Ветер заглушил ее слова. Свесившись с седла, она пустила упирающегося мустанга против ветра, вдоль тянущихся среди валунов следов. Мэри Уилсон держалась позади.

Вскоре отпечатки копыт исчезли.

— Нужно их поискать, — заявила Молли. — Оставим лошадей здесь и дальше пойдем пешком. Ты иди в ту сторону, а я…

Ветер снова не дал ей договорить. Снегопад быстро усиливался. На плащах появлялись и тут же исчезали белые полоски. Сгибаясь под порывами ветра, Молли повторяла себе, что поступает как последняя дура. Почему она должна терпеть все это ради парня, который любит другую?

А если слух о ее поведении каким-то образом дойдет до Пасьянса?

Но Молли не забывала те дни, когда они с Мэри ходили в школу, держась за руки и смеясь. Ей была свойственна та бесшабашная смелость, которая у некоторых людей выполняет почти ту же роль, что и чувство чести.

Кроме того, перед ее глазами стоял Джон Сэксон, высокий, красивый и светловолосый, машущий шляпой друзьям, с белой повязкой на голове, похожей на корону. Он казался ей настоящим героем и даже более того…

Именно поэтому Молли продолжала брести среди скал и кустарника, хотя снежная пелена, подобно стене, иногда вынуждала ее останавливаться.

Снова и снова она бросала взгляд на Мэри Уилсон, ничего не знающую о том, что творится в голове у подруги, но слепо выполняющую ее приказания. Жалость и презрение опять нахлынули на нее.

Она не сомневалась, что они зря ищут потерянный след. Самое страшное уже произошло. Следы, тянущиеся от валунов, принадлежали лошадям Пасьянса и его людей. Они преградили путь Финли и Сэксону и, вероятно, сбросили мертвое тело своей жертвы в бурные воды реки.

Но лучше убедиться во всем до конца, прежде чем отказываться от надежды на спасение такого человека, как Джон. А если он и Пасьянс снова встретятся лицом к лицу, кто тогда одержит верх? Молли не могла избавиться от жестокого желания увидеть эту схватку.

Размышляя об этом, она внезапно наткнулась на неподвижное тело, лежащее лицом вниз и наполовину занесенное снегом. Однако были видны светлые волосы и повязка на голове.

Сложив руки рупором, Молли стала звать подругу. Девушка услышала ее крик и, шатаясь на ветру, побежала к ней.

Интересно, завизжит ли Мэри или упадет в обморок при виде трупа?

Опустившись на колени, Молли протянула руку к телу и попыталась прослушать сердце. Тело было холодным как лед, но не окоченевшим. Кончики чувствительных пальцев девушки ощутили слабую пульсацию — прощальные движения уходящей жизни.