Острие Кунты - Илья Беляев

У другого моего пациента, Николая, лицо и руки были покрыты ожогами. Он рассказал мне, что произошло. Во время войны ему пришлось провести несколько ночей в залитом ледяной водой окопе, и Николай заработал сильнейший ревматизм, мучавший его много лет. Однажды случилось так, что, когда он заправлял свою машину на бензоколонке, автомобиль загорелся. Николаю удалось выбраться из охваченной пламенем машины, он получил тяжелейшие ожоги, но выжил. В результате пережитого Николаем шока его двадцатилетний ревматизм полностью прошел.

Я слышал еще несколько подобных историй, когда вследствие шока проходили мучительные многолетние заболевания. Меня этот феномен заинтересовал. Очевидно, ситуация крайнего стресса высвобождает скрытые энергии, способные творить с организмом чудеса.

Как-то на Ладожском озере, на пляже, произошел такой случай. Не рассчитав свои силы, один мальчишка заплыл слишком далеко и начал тонуть. Мать его загорала на берегу и, увидев, что происходит с сыном, вскочила на ноги и побежала по воде. Добежав до ребенка, она погрузилась в воду, схватила его и поплыла к берегу. Энергии, высвобожденной шоком, хватило ровно настолько, чтобы добежать до тонущего мальчишки и вытащить его на берег. После этого мать потеряла сознание.

Моя знакомая по имени Валентина, узнав о смерти мужа на фронте, решила покончить жизнь самоубийством и выбрала для этого довольно оригинальный способ. Стояла морозная зима. Натопив печку, Валентина разделась и распарилась у печки докрасна. Потом выбежала на улицу, бросилась в снег и долго лежала в нем Процедуру эту она проделывала всю ночь в надежде подхватить смертельное воспаление легких. Вместо этого Валентина не только не заболела, но всю оставшуюся жизнь не знала, что такое простуда или насморк.

Мне довелось встретиться с несколькими знахарями, использовавшими в своей лечебной практике метод шоковой терапии. Самым скандальным из них был дедок по фамилии Федоров, в прошлом психотерапевт, живший в городке Зарайск под Москвой. У Федорова была колчаковская сабля, доставшаяся ему в наследство от отца. Со свистом размахивая саблей над головой, дедок любил гонять своих пациентов вокруг дома, пока те в изнеможении не падали на землю. Федоров предписывал своим больным самые невероятные процедуры, некоторые из которых были чудовищны. Так, например, в случае смертельных заболеваний он мог заставить мать переспать с сыном, а то и бабку с внуком. Видимо, федоровские методы работали - людской поток у его калитки не иссякал.

Другой любопытной фигурой была бабка Маняша, жившая в деревне под Ленинградом. Она делала что-то вроде лечебного массажа, хотя назвать массажем это было трудно. Когда я приехал к ней, она поначалу отказалась показывать мне, что она делает, но я настаивал, и, в конце концов, Маняша согласилась. Она попросила меня снять рубашку, взяла обеими руками за кисть и начала медленно двигаться по моей руке вверх, к плечу. Маняша была маленькой сухонькой старушкой; пальцы ее, однако, были подобны стальным когтям огромной птицы. Та часть руки, которую она обработала, ощущалась уже не рукой, а месивом из мышц, костей и сухожилий. Я проклинал себя за любопытство, но, поскольку сам напросился, приходилось терпеть.

Искалечив, как мне показалось, мои руки, Маняша уложила меня на спину на кушетку и занялась животом, предварительно заткнув мне рот полотенцем, чтобы, как она выразилась, "соседей не тревожить". Полотенце, действительно, частично заглушало мои вопли, в то время как знахарка массировала мышцы живота изнутри, каким-то образом заведя свои пальцы-когти под них. Мне никогда не приходило в голову, что такое возможно. Но самое страшное ждало меня впереди, когда Маняша приступила к позвоночнику. Бабка массировала позвоночник через живот.

Чтобы как-то приободрить меня, Маняша объяснила, что тело здорового человека должно быть мягким, как у ребенка. Она рассказала, что раскатывала раковые опухоли скалкой, но тогда человека приходилось держать вдвоем или втроем. Принцип ее работы заключался в том, что она разбивала малейшие затвердения в мышечной ткани, которые она называла рачками и которые, по ее словам, могли перерасти в опухоли.

После процедуры Маняша дала мне что-то выпить и велела немного полежать. Поначалу я чувствовал себя так, словно меня переехал каток. Через некоторое время, однако, в теле поднялась волна жара, и я почувствовал, как этот внутренний огонь сжигает накопившиеся в теле шлаки и нечистоты. После этого наступило блаженное ощущение, как будто мое тело размягчили и вымыли изнутри.

Выходя из Маняшиного дома, я заметил возле дома большую металлическую бочку на чугунной треноге. "Что это?" - спросил я с затаенным ужасом. "Это, милок, людей в навозе, парить", - объяснила бабка. Оказалось, что бочку наполняют конским навозом и больного сажают в него по шею, после чего под бочкой разводится огонь. Процедура длится шесть часов. Я спросил Маняшу, какие болезни этим лечат. "Мертвых поднимала", - ответила бабка. Не сомневаюсь, что именно так оно и было.

Глава 37

Оставь заботу о теле его создателю. Живи в Духе.

Маняша была ученицей Порфирия Иванова, известного целителя и учителя, оставившего после себя многих последователей. В детстве он был слабым и болезненным ребенком, но, возмужав, укрепил здоровье целительной силой холода. Зимой он часами ходил за околицей деревни в одних трусах и босиком. Впоследствии он никакой другой одежды не носил.

Главными лечебными средствами Иванова были этика и холод. Первое, что он делал со своими пациентами, - это окатывал их ведром холодной воды из колодца. Во время войны немцы посадили Порфирия в душегубку вместе с группой односельчан. Когда душегубку открыли, Иванов был единственным, оставшимся в живых. Тогда его заперли в душегубке одного и вновь завели двигатель грузовика, но Порфирий опять оказался цел и невредим. Тогда немцы отпустили его, выдав бумагу, что ее податель является русским святым. Иванову, впрочем, никакой бумаги было не нужно. Он и был русским святым, совершившим множество чудес и исцелений. За свою долгую жизнь он принял около двух миллионов человек и никогда ни от кого не брал ни денег, ни подарков.

Советская власть неоднократно упрятывала Порфирия в психушку, где на нем испытывали новые лекарственные препараты. Иванов как-то умудрялся выводить ядовитые вещества себе в ногу, в результате чего потом охромел. Однажды Порфирий приехал в одних трусах в Москву и каким-то образом сумел попасть на прием к Калинину. Он представил "всесоюзному старосте" проект оздоровления нации путем широкого внедрения "холодотерапии". Проект, естественно, остался под сукном.

Принципы своей этики Иванов сформулировал в коротком манифесте, названном им "Детка" и состоящем из 12 пунктов. Из них мне запомнились только два: всегда желать людям старше тебя доброго здоровья и никогда не плеваться.

В Непале мне довелось встретиться с традиционной тибетской целительницей Лхамо Долкар. Она кусала своих пациентов и буквально высасывала из них болезни, что является старинной тибетской практикой. Лхамо бежала из Тибета от китайской оккупации и жила в Катманду. Каждое утро в ее квартире собирались больные, в основном местные, но приходили и иностранцы. Определенной платы за лечение не было - каждый оставлял, сколько может. Среди пациентов можно было встретить и бедных крестьян, и членов королевской семьи. Лечила Лхамо все.

До того, как стать целительницей, она была очень больна, и многие считали ее безумной. Это продолжалось до тех пор, пока Лхамо не встретила ламу по имени Таглунг Ринпоче, который благословил ее на путь целителя. По благословении Лхамо не только избавилась от мучавших ее недугов, но и стала проводником богини Дордже Юдронма, получив ее целительную силу. Впоследствии Лхамо благословил и Далай Лама.

Сеанс начинался с того, что целительница одевалась в ритуальную одежду и шапку, после чего молилась богине, призывая ее, простираясь ниц перед танкой (тибетской иконой) и раскачиваясь всем телом. После чего Лхамо преображалась - из простой тибетской женщины она превращалась в грозное буддийское божество - Дордже Юдронма входила в тело Лхамо Долкар, и та погружалась в транс.

Преобразившись, Лхамо подзывала первого пациента и, задав несколько вопросов на тибетском или через переводчика, которым была ее племянница, определяла болезнь и приступала к лечению. Последнее заключалось в том, что целительница впивалась зубами в различные части тела и высасывала темно-коричневую, дурно пахнущую жидкость, которую выплевывала в стоящий рядом таз. Иногда из тела выходили сгустки, иногда маленькие камешки. Камешки черного цвета полагалось выбросить, белые же - носить при себе как талисман.

Моя жена Вика хранит один из таких белых камешков, вышедших у нее из виска: Лхамо исцелила ее от хронической мигрени. Иногда Лхамо использовала длинную медную трубку и высасывала болезнь через нее. В этом случае пациент оказывался весь залитым темно-коричневой гадостью, сочащейся через его кожу. Процесс это очень болезненный, многие кричали в голос. Муж Долкар находился рядом, помогая ей. Странным образом вся эта фантастическая процедура воспринималась как совершенно заурядное и бытовое явление, в ней не было ничего мистического. Человеческая природа привыкает к сверхъестественному очень быстро.