Дом на границе миров - Александра Окатова

Это произошло весной, и внезапно разбуженная Спящая красавица никак не могла привыкнуть к красоте и яркости мира, которых она раньше не замечала, пока спала. Море удовольствия, море радости, которое обрушилось на Спящую красавицу, так ошеломили её, то есть дали по шелому, по шлему настучали так, что она поразилась, как она так долго спала и ничего этого не видела. Зато теперь она наслаждалась тем, что она может чувствовать. Она упивалась этой способностью. Она чувствовала всё подряд.

Чувствовала, как растут деревья, медленно распираемые соками, чувствовала не грусть, как люди, глядя на опавшие листья, а терпение и уверенность, что за зимой придет весна и соки деревьев опять заставят набухнуть тело дерева, и кора треснет сочно от этой полной радости жизни, и появится трещинка, а потом ещё и ещё, чувствовала, как ночью она раскрывает окно, а тело, тело всё так же лежит на кровати, и она, наполненная светом и воздухом, как шар, летит вверх, где воздух становится постепенно холоднее, и ей приходится возвращаться обратно, но она успевает увидеть коробки домов, расставленные вдоль улиц со светлым асфальтом и светом фонарей, растворенных в зелени деревьев, на море она чувствовала, как сама становится рыбкой, и волны меняют ритм её сердца на свой ритм, и в сердце стучатся синхронно, но не могут встретиться из-за ребер, и чувствовала, как на небе воюют теплые с холодными, и в зависимости от того, кто побеждает, возникает теплый либо холодный фронт, и от этого идёт дождь, она чувствовала, что её муж видит, как она изменилась, и не может понять, что с ней, она чувствовала, что если не позвонит принцу с синими глазами, то её пробуждение будет напрасным и она не успеет встретиться с ним, как опять заснёт.

Правда, у этого отрадного явления была вторая сторона, как у любой медали: чувствовать она стала слишком сильно. Видимо, от радости, что она проснулась, Спящая красавица взяла в руки слишком большую ложку, не по зубам.

Несколько недель продлился инкубационный период, в течение которого она иногда встречалась с синеглазым принцем в ПКО, когда он приносил авторские материалы для карты тёплых течений в океане. В этот период принц подарил ей свою самую знаменитую сказку, изданную в миниатюрном формате, что окончательно перевернуло жизнь Спящей красавицы. Инкубационный период кончился, и она влюбилась. Как всегда после пробуждения, она пришла в восторг от этого открытия, ведь раньше она спала, а тут такое сокровище чувств – она влюблена. Ей нравилось быть влюбленной. Она распробовала это чувство, как небесное вино, нечаянно попавшее ей в руки. Дрожащие, алчущие руки. Но ей все было мало. Ложка большая, но ей мало, мало, мало, ей нужно всё. Если не дадут, если не нальют этого небесного вина, то она умрёт, она это точно знала. Умрёт, заснёт, какая, к чёрту, разница!

Жажда была такая сильная, как у апельсиновой девушки. Не напоит он её – она умрёт точно так же, как она. Счастье, чувства, восторг, тоска и жажда били так сильно, что скрывать это она просто не могла, и муж Спящей, пардон, Разбуженной красавицы обострённым чутьем почти покинутого мужа вычислил, что Спящая красавица превратилась в Разбуженную, но не им. Открытие не из приятных.

Синеглазый принц, оценив обстановку, понял, что политика невмешательства, разумного ограничения и двойной жизни Разбуженной красавице уже не поможет и придется что-то решать, понял, что он не может по ряду причин взять Разбуженную красавицу на себя, потому что забрать её из семьи – как вырвать дерево из земли и перенести его на пляж, например, потому что она не одна, у неё разветвленная семья, мать, отец, муж опять же, сын, второй сын, вырвать её из этой грядки нельзя, если вырвать, то всё порушится. Опять же мужу её он пообещал, что не будет продолжать с ней отношения, пообещал на глазах бога, то есть бог свидетель: мы что-то обещаем друг другу, а бог является свидетелем нашего обещания.

Сколько ни билась Разбуженная красавица, чтобы принц возобновил с ней отношения, он стоял на своем и был непреклонен.

Большая ложка Разбуженной красавицы осталась не у дел, а ей, по-прежнему сильно чувствующей, надо было всё. Всё! Всё!! Всё!!! Большой ложкой. Принц не давал, не мог: он ведь обещал богу. И, отчаявшись от страха, что просто умрёт без него, она, не зная, как ей иначе выжить, опять заснула, как после аффекта. И так крепко заснула, что опять стала Спящей красавицей и ходила по дому типа: что воля, что неволя – всё одно, но сработало. Она выжила, только опять спала: и во сне, и наяву.

Вот такая история. И если вы думаете, что это конец, как думала и сама Спящая красавица, то вы ошибаетесь. Она-то точно думала, что она больше не проснется и умрет в положенный срок прямо во сне, но получилось не так, как она думала.

Получилось глупо и смешно, как это часто бывает в жизни.

Она жила уже во сне, заснув по второму разу после первого пробуждения, и уже думала, что синеглазый принц не существовал вовсе и всё это ей только приснилось, как вдруг после пятнадцати лет неведения она вдруг получает весточку от него – облако, серое сверху и с нежной светлой розовой подкладкой, а потом – клочок тумана в открытое окно, ну точно от него, она же знает, потом листик зеленый, исписанный жилками, что написано было, она никому никогда не скажет, но, чудо, она опять второй раз проснулась! Второй раз на те же грабли. Ой-ё-ё-ё-ё-ёй! Ну ладно, один раз проснулась, заснула потом, и всё спокойно, но чтобы второй раз проснуться от того же принца, этого ни в одной сказке не было. Кошмар! Опять, что ли, чувства, стихи и – не спать? Не спать, Спящая красавица!

Мораль. После пробуждения очень хочется плакать от полноты чувств и дальше реветь – по инерции. Тут самое главное – не превратиться в царевну Несмеяну, а хуже того – в помесь Спящей красавицы с царевной Несмеяной, а то будешь полсуток спать и полсуток – плакать.

14.06.13

Принц на горошине

В одной северной стране жил принц. Строго говоря, принцем назвать его можно было только с большой натяжкой, потому что в этом королевстве уже давно всех королей и принцев попросили удалиться, и кто удалился, тот не пожалел. А король, его папа, решил остаться и пожалел. Потому что жизнь его очень изменилась. Вместо родового замка, который стоял на высоком берегу бурной реки в глухих лесах, ему дали двухкомнатную квартиру в промзоне Москвы между железной дорогой и открытой веткой метро.

Дом был построен почти семьдесят лет назад, и горячего водоснабжения в доме не было. Была только холодная вода, а чтобы пользоваться горячей, надо было включить газовую колонку, сейчас, наверное, колонки уже сняли и провели горячую воду, как по всей Москве. Король погиб на войне, королева умерла от горя, и принц остался один на всём белом свете.

Дома у него всегда был образцовый порядок, принц славился на всю страну своей педантичностью, вся страна знала, какой он чистоплотный и организованный. Эти качества в несколько гипертрофированной форме пере шли к принцу от его пра-пра-пра-пра-прабабушки, весьма известной во всех кругах, – спасибо ей большое. Её все-все знали – это была Принцесса на горошине. Естественно такой аккуратный и педантичный потомок не мог не сохранить горошину его пра-пра-пра-пра-прабабушки.

Среди всего, что числилось в домашнем музее принца, горошина хранилась с самым большим почётом на бархатной пурпурной подушке под хрустальным колпаком. Понятно, что прикасаться к горошине вообще никому не было дозволено и за ослушание грозило строгое наказание вплоть до смертной казни. Всё всегда было на своём месте, и если кто-то брал что-либо в руки, принц очень сердился и приказывал поставить эту вещь на место. Этот строгий запрет распространялся практически на всё в покоях принца: нельзя было снять с полки даже книгу, не рискуя вызвать его гнев. Принц был очень педантичен. Например, он позволял себе съесть пять оливок в день, не больше, а гостям, понятно, полагалось только три, а кто пытался слопать четвёртую, получал от принца порицание, а если пятую, то мог быть отлучен от двора.

Порядок, заведенный принцем, был очень строг, и даже бытовой мусор очень боялся принца и строго следовал его приказаниям складываться в пустые бумажные пакеты из-под молока, которые по мере заполнения принц самолично выносил, когда выходил из дома по своим королевским делам, тем самым он экономил время, то есть он шёл-то по делу, а заодно выносил и мусор и ни в коем случае не тратил время только на то, чтобы вынести именно мусор, а то много чести, специально выносить мусор.

Дома у принца был чисто музей.

Самым ценным, самым раритетным и самым романтическим экспонатом в коллекции принца была горошина. Так как горошина была семейной реликвией, передавшейся вообще-то по женской линии, он получил её от своей матери, которая умерла от горя, ну, вы помните. Когда принц женится и у него родится дочь, то по семейной традиции он передаст эту горошину дочери как подтверждение её высокого происхождения и того, что не прервался и не прервётся славный род принца и что вечная река жизни продолжает своё величественное течение. Принц-то, конечно, передаст, в этом нет никакого сомнения, но пока было некому!