Эмилер - Елена Янук

Лея заметила Райна еще издали, он был один. Она сидела, и чего-то ждала… Было страшно возвращаться к сестре и племянникам с вестью, что Майт, муж и отец — погиб.

— Тебе холодно. Я отведу тебя обратно в поселок. — Райн заботливо наклонился и предложил ей руку опереться. — Но может быть, ты хочешь остаться одна?

— Нет. — Она взяла за его руку, с удивлением отметив про себя, что рука лэра тоже сильно дрожит.

Несколько минут они шли молча. Лея снова вспомнила, как он целовал ее на утесе и как сказал, что всю неделю скучал без нее. Она уже жалела о том, что это случилось. Даже еще больше о том, что тот восхитительный поцелуй, по всей видимости, не будет иметь продолжения. Не должен. Это предательство!

— Я искал тебя по делу…

— Да… что случилось?.. — равнодушно спросила Лея, в этот момент, представляя в лицах, как она рассказывает Атем, что Майт погиб.

— У брата пропала жена, оставив его с двумя малышами…

Лее показалось, что холодная рука сжала ее сердце, и оно вдруг перестало биться. Она оторвалась от своих бед и с отчаяньем взглянула на него.

— Создатель… Как же я устала от этого! — с надрывом сказал она. — Смерть. Смерть. Смерть, Смерть! Я уже не знаю, как это все переживать! Не вернется жена к твоему брату, пусть ищет себе другую!

— Это ваших рук дело? — ледяным тоном спросил Райн.

— А ты сомневаешься? — желчно спросила Лея, оглядывая лицо разозлившегося лэра. Внезапно от всего этого она перенеслась в бескрайнюю пустыню ледяного одиночества, из которой не существовало выхода. Нет, один был… Лечь и умереть.

Ну что бы дало ее объяснение, что они сами уже стонут от подлости Правителя?! Ничего. Она вырвала свою руку из ладоней лэра.

Райн стоял неподвижно, обдумывая услышанное. А потом сказал то, что убило у Леи всяческую надежду.

— Жена Дирка кроме дочки воспитывала сына, своего брата — Тейта, одного из тех, кого ты убила, обрушив уступ. Так вот… его жена пропала первой и малыш остался сиротой!

Она молчала. Правитель не один в крови по пояс. Лея воин. Она уничтожала врагов не одно десятилетие. На ней крови еще больше. Да, этого не очистить как и не повернуть историю вспять.

— Да, лэр. — Спокойно сказала она Райну. — Это война. И я убийца лэров. На данный момент самая опасная из всех кого ты, когда-либо встречал. Так что встретишь меня еще раз, и убьешь с чистой совестью. А сейчас мне надо домой. Сообщить сестре, что отец ее детей лежит на дне Вечного ущелья со всем своим отрядом, и женам и мужьям и детям погибших, что их жизнь разбита и у каждого из них теперь будет вестись новый отсчет времени «до и после»!

Она тихо всхлипнула, закрыв лицо руками, и вдруг резко добавила:

— Еще мне надо уладить одно дело! — Лея твердо решила уничтожить Правителя.

Райн думал совсем не то, что предполагала Лея. Создатель, как он будет жить без нее дальше? Сейчас он не смог бы и одной ночи пережить без ее теплых рук спасающих рук, мягких плеч и пьянящего дыхания. Он на самом деле давно нормально не спал. Это было ночное метание, опустошающее, нагнетающее боль, забирающее силы.

— Лея, не бери на себя всю вину! Войну затеяла не ты!

— Я знаю, кто ее затеял, вот и разберусь с ним!

Она уже выслушала бывшую жену Правителя, и перед ней все события прошлого выстроились в логическую цепочку.

— Как мне спасти женщин, ведь погибло уже несколько десятков лэри, а у них дети…

— Пусть идут в дальние леса. Видимо этот гад рассыпал деревья-убийцы возле вашего Стойбища!

— Это один и тот же тип?!

— Да, он изобрел новые деревья, на вид кусты кустами, а корни такие мощные, что и исполинским деревьям не справиться. Я их не видела, нас с тобой не было, но Атем рассказала… Атем… — Лея горестно вздохнув, умолкла, опустив взгляд в землю.

— И морозы им нипочем… — Добавил Райн, ему захотелось сразу обнять ее.

— Да, магия. У этого гада гигантский запас сил, опыта и сравниться с ним никто не может. Вот и творит, что хочет. Когда я ему отказала, он задумал сделать гарем из молоденьких девчонок! — Лея выпалила наболевшее, а потом, спохватившись, добавила:

— Даже если я смогу уничтожить зачинщика войны, она не сойдет на нет. Она и дальше будет идти, пока последних выживших и с той и с другой стороны не сожрут размножившиеся синие кошки.

— Да, наши Старейшины не успокоятся…

— Знаю… и не только они…

Дирку идти по плато было крайне сложно и дело не в эмирими за спиной. Если бы подъем к Стойбищу хоть иногда чередовался с мелкими спусками или хотя бы с горизонтальными участками — все было бы совершенно по-другому. Но ровный тягун (долгий, многокилометровый подъём) с постоянным наклоном вверх выматывал даже выносливых лэров, причем чрезвычайно быстро.

Дирк доставил добычу домой под утро, протащив через лагерь поверженного врага, укутанного в старую шкуру.

В его доме стоял безумный ор. Охриплые малыши вопили в два голоса, помогая друг другу, захлебываясь в слезах.

— Сейчас, сейчас, лапочки, я брошу этот куль и займусь вами…

Лэр кинув шкуру с эмирими на пол, зажег светильник, снял меховую куртку, открыл дверь к детям и осмотрел малышей. Главное живы! Хоть мокрые, голодные и измученные. Но раз есть силы так кричать, значит все в порядке.

Атем очнулась от сильного удара. Ее тошнило, она чувствовала сильнейшую головную боль, во рту был металлический привкус… Она пошевелилась, осматривая неприятеля, до которого она сейчас доберется! Расчленяя его ненавидевшим взглядом, тонкой огненной магией палила веревки, связавшие ее руки.

Как опрометчиво она отправилась на поиски мужа! Не предупредив Лею, не сказав мальчишкам! Глупость наказуема, и это закон!

Атем шла, не видя ничего вокруг. И пришла… в «гости» к лэру!

Сейчас она убьет лэра и сделает все, чтобы вернуться домой! Но тут ее взгляд угодил на две жалкие мордашки заплаканных крох, несчастные и замерзшие, которые подползли к похитителю. Несчастные-несчастные. Они сипели охрипшими ротиками, видно совсем обессилив от крика.

Атем и под комбинезоном чувствовала ледяной пол, а по нему ползали крошечные дети! Освободив руки, первым делом пригвоздила лэра стазисом и сказала:

— Ты безмозглый, клыкастый! Понял?! Совсем дети не нужны?! Ну вы, лэры, зажрались!

Она подняла с пола расплакавшуюся малышку и, стянув с нее мокрые штанишки, завернула в куртку отца.

— Грейся, крошечка! Сейчас займемся братиком.

Атем было не впервой ухаживать разом за двумя малышами, ее Крим и Трем родились почти подряд и она это все уже проходила. И сейчас занималась этим с радостью. Еще бы, настоящие малыши! Пусть и зеленокожие!