Прощание по-английски - Марина Серова

— Женя! — ахнула Виолетта, поняв, что я собираюсь сделать.

— Вперед! — бодро скомандовала я своей маленькой армии и шагнула в вольер. Виолетта, постанывая, передвигалась по земле за мной.

— Давай-давай! — напутствовала меня Изольда. — Тут эти твари тебя и сожрут! И Виолетту заодно. Красная, …, Шапочка! Давно пора. Кстати, детка, ты так удачно обвинила во всем этих болванов-биологов! Уверена, что смерть твоего отца спишут на них.

Изольда хихикнула:

— А сейчас вы просто облегчили мою задачу! Мне даже не придется прятать ваши тела — утром их найдут, и все увидят, что вас сожрали волки!

— А шесть пуль в Войтека выпустили тоже волки? — поинтересовалась я. Под ноги попалась какая-то тряпка, и я едва удержалась на ногах.

— Ну, эту проблему мы как-нибудь решим. Иностранец ведь давно уехал из поместья? Закопаем в лесу, никто и не узнает!

Да, с реальностью госпожа Севастьянова не дружит, это ясно… Хотя почему же? До этой минуты ей удавалось все, что она задумала. К тому же Войтек действительно уехал из Шишек…

— Утром здесь будет вся полиция города, — сказала я.

— Утром нас здесь уже не будет, милочка! — парировала Изольда. — Ну? Выходите по одному. Или вы предпочитаете быть съеденными волками?!

А волки уже вышли нас встречать. Знакомый запах коснулся моих ноздрей. Что такое? Я наклонилась и подняла тряпку, о которую споткнулась минуту назад. Пахло здоровым сильным зверем, молодым самцом. Это был комбинезон Романа — очевидно, сегодня днем биолога вытащили прямо из вольера, и он даже не успел толком переодеться.

Я сунула комбинезон Виоле и приказала:

— Немедленно надень!

Девушка кое-как, сидя на земле, натянула на себя стеганую ткань.

— Ой, до чего воняет! — прошептала дочка миллионера.

— Эта штука тебе жизнь спасет! — прошипела я в ответ и опустилась на четвереньки. Пора было здороваться.

Я вспомнила все, чему учил меня Роман. Первым, само собой, подошел бета-самец. Большой черный волк обнюхал меня и легонько прикусил зубами лицо. Честно говоря, у меня было такое чувство, что я встретила в темном лесу старого знакомого.

Изольда ахнула. Остальные «партизаны» изумленно заговорили наперебой:

— Ты глянь!

— Смотри, чего вытворяет!

— …!

Волк выпустил меня и двинулся к Виоле.

— Мама! — тоненько вскрикнула девушка.

— Только не беги. Не кричи и не делай резких движений! Он просто хочет посмотреть, кто это к ним пришел в гости. Он не причинит тебе вреда!

Честно говоря, я не была так уж в этом уверена. В конце концов, я и сама-то входила в вольер всего однажды, под защитой доктора биологических наук… но девушку было нужно успокоить во что бы то ни стало, а то ей конец.

Собственно, по ту сторону ограды нам конец в любом случае — без вариантов. А здесь у нас есть кое-какие шансы. Я вспомнила, что говорил Роман про иерархию в стае. Так что, когда знакомиться подошли альфы, самец и самка, я покорно подставила горло.

И ничего не случилось. Волки по одному подходили и обнюхивали нас. В этот раз они приняли Виолетту — защищенная знакомым для волков запахом Романа, девушка была признана своей. А Мишу волки, похоже, воспринимали как детеныша. Никто не причинил нам вреда. Мало того, когда мы растянулись на земле посреди вольера, в недосягаемой для выстрелов зоне, волки подошли и улеглись рядом. Я не могла поверить, что это происходит на самом деле. Словно теплое живое одеяло согревало нас в эту холодную ночь! Правда, пахло от зверей соответствующе, но это были мелочи по сравнению с подаренной нам жизнью…

Соваться за ограду никто из бандитов даже не пытался. Тщетно Изольда грозила им пистолетом. «Сама лезь!» — в конце концов ответил ей один из «партизан».

Севастьянова запустила за ограду одну из своих кошмарных собак. Не ведающий страха бойцовый пес, послушный приказу обожаемой хозяйки, успел сделать всего несколько шагов внутри вольера. После чего был немедленно разорван на части волчьей стаей. Я прикрыла Мише глаза рукой.

— Ну вот, нам бы только продержаться до рассвета, — успокаивающе сказала я мальчику, гладя его по волосам. — А там я что-нибудь придумаю. Кто-нибудь наверняка заметил огонь и дым. Место здесь глухое, но не настолько же… Не беспокойся ни о чем и спи.

— Да я и не беспокоюсь! — Миша сонно заворочался под моей рукой. — Нам даже не придется ждать утра — помощь прибудет совсем уже скоро.

— Что?!

Мальчишка приподнял голову и ответил, хитро улыбаясь:

— Помните, вы послали меня за перцем? Я еще решил тогда, что вы это… спятили немножко.

— Ну? — торопила я.

— Ну, там был телефон. Я взял и позвонил одному человеку. Он обещал помочь. С тех пор прошло уже несколько часов, так что помощь, думаю, близко.

— Кому… кому ты позвонил?

— Папиному врагу. Крашу.

Онемев, я смотрела на мальчика. Тот усмехнулся:

— А что? Виолетта ведь говорила, что они с папой старые друзья. Там даже номер в памяти телефона был. Олег Петрович Крашенинников.

— И что ответил тебе Краш?!

— Он сказал, что сам находится далеко, но обязательно пришлет кого-нибудь.

И помощь вскоре подоспела. Под утро со стороны усадьбы ударили автоматные очереди. Изольда посмотрела на пляшущее вдалеке пламя, едва различимое за стволами сосен, и сказала:

— Будьте вы прокляты!

Женщина по очереди застрелила каждую из своих уцелевших собак. Потом вложила пистолет в рот и нажала на курок.

Примерно через час по периметру вольера встали тени в камуфляже, и незнакомый голос сказал по рации:

— Первый, Первый, я Второй! Мы их нашли! Только тут это… какие-то животные. По-моему, это волки. Что? Понял, выполняю.

«Второй» оторвался от рации и обратился к нам:

— Олег Петрович Крашенинников предает привет. Это ты, пацан, звонил?

Гордый до невозможности, Миша кивнул.

— Вы как, сами оттуда выйдете или вам помочь? Лучше бы, конечно, сами…

Мы выбрались за ограду. На прощание я бросила взгляд на волков. Стая уходила в предрассветную темноту. Ни один из волков не оглянулся. Да я и не ждала.

— Честное слово, я бы вам на шею кинулась! — тоненько проговорила Виолетта, обращаясь к старшему группы. — Но у меня нога вывихнута. Потому что я прыгнула с сосны, понимаете?

Мужики в камуфляже переглянулись. Старший пожал плечами.

— Честное слово, все так и было! — поддержал сестру Миша. — А еще волки грели нас, чтобы мы не замерзли! Вы мне не верите?

Эпилог

Олег Крашенинников прибыл в Шишки к полудню. К этому времени там было не протолкнуться среди полиции. Виолетта наотрез отказалась ехать в больницу до тех пор, пока не поблагодарит своего спасителя. Да и я, признаюсь, смотрела на столичного банкира совсем другими глазами. Если бы он не прислал нам на помощь спецотряд, мы вряд ли дожили бы до утра… а его многолетняя вражда с Шишкным никого, кроме бывших одноклассников, не касалась.

Усадьба уцелела от огня — когда занялся пожар, сработала система пожаротушения. Так что сгорели только контора, конюшня и будка охранников.

Лилия Адамовна пыталась помешать уголовникам грабить усадьбу, и ее застрелили. А вот Равиль оказался жив — бандиты ударили его по голове и бросили, посчитав мертвым.

Вообще, при свете дня Шишки выглядели как поле боя. Кроме тех, кого прикончила лично я, всюду лежали тела бандитов, застреленных спецназом.

Юра Севастьянов, в отличие от своей матери, даже не пытался покончить с собой. Он мелко трясся и рыдал, но, узнав о гибели матери, разразился смехом. То ли психика дала трещину, то ли — а такое вполне вероятно — Юра действительно обрадовался, что наконец-то освободился от диктата своей кошмарной мамаши… Думаю, мальчику светит пожизненное — ну, то есть если его признают вменяемым, конечно.

Моя работа была закончена. Могу сказать, что выполнила я ее как надо. Сделала все от меня зависящее, чтобы выполнить данное покойному Шишкину обещание и защитить его детей. А чего не смогла… так я всего лишь провинциальный телохранитель. Ну какой с меня спрос?

Я попрощалась с Мишей и Виолеттой, и «Скорая» увезла меня в больницу. Так что окончание этой истории я узнала только через пару месяцев.

Я давно выписалась из больницы и успела даже съездить отдохнуть в Норвегию. Гонорар, выплаченный мне юной наследницей Шишкина, оказался весьма щедрым — куда больше того, на что я рассчитывала. Тетя Мила без меня страшно скучала, так что сразу по приезде я вывела старушку «в свет», а именно в уютный ресторанчик в центре Тарасова. Мы уже закончили ужин. Тетя, раскрасневшись от удовольствия, крохотными глотками потягивала «Куантро». Я лениво цедила текилу — вкусы у меня самые что ни на есть плебейские.

В этот момент я обратила внимание на компанию за соседним столиком. Спиной ко мне сидела миниатюрная платиновая блондинка, а рядом с ней… Я присмотрелась. Да, эти лошадиные зубы не перепутать ни с чьими… Олег Петрович Крашенинников собственной персоной!