Попаданка в Герцогиню (СИ) - Кайра Лайт

— Святые небеса! Да вы бледная как смерть! — всплеснула она руками так, будто увидела призрак. — Совсем никто о графинюшке не заботится!

Я хотела ответить: «Заботятся». Хотела сказать: «Всё в порядке». Но вместо слов вырвалось что-то невнятное, похожее на стон. Ариана, разумеется, и слушать меня не стала.

— Живо в комнату! — решительно заявила она и махнула рукой так, будто я была девчонкой, которую загоняют спать. — Ужин вам Фелька принесёт. Сама всё скажу, сама прослежу.

— Но… — попыталась я. — А остальные? Слуги…

— Остальные сами справятся, — безапелляционно перебила Ариана. — Все накормлены будут, не переживайте. А вы — в постель. И никаких разговоров.

В её голосе не было ни грамма почтительности, зато столько заботы, что в глазах защипало. Я почувствовала, как усталость, будто лавина, накрывает меня с головой. Хотелось просто согласиться. Позволить кому-то другому хотя бы на вечер взять всё на себя.

Я посмотрела на Ариану. Она улыбнулась мягко, по-матерински. И я сдалась.

— Хорошо, — выдохнула я.

Мы прошли по коридору. Тусклый свет свечей плясал на стенах, в воздухе тянуло хлебом, тушёным мясом, запахами, от которых сводило живот. Дом жил своей жизнью: где-то скрипела дверь, кто-то тихо разговаривал. Не роскошный герцогский дворец, а простой домик для слуг, но именно он сейчас был моим домом.

В комнате оказалось тепло. Пламя свечи дрожало, отбрасывая золотые пятна на стены. И тут раздался радостный вопль:

— Мам!

Анна повисла у меня на шее так, что я едва не упала прямо у дверей. Её руки, тонкие, но сильные, сомкнулись с такой отчаянной силой, словно она боялась, что я исчезну.

— Я думала, папа тебя заберёт и накажет за то, что мы убежали! — выпалила она и заглянула в лицо, будто проверяла, что я жива.

Я выдохнула, обняла её, и в груди что-то хрустнуло. Усталость, страх, напряжение за целый день — всё разом.

— Я здесь, — сказала я тихо. — Всё хорошо.

Анна прижалась ещё крепче, и под её весом я невольно осела на край кровати. Кровать жалобно скрипнула, и я рухнула на подушки, прижимая к себе дочь. Она улыбалась сквозь слёзы, и я гладила её волосы, чувствуя, как пальцы дрожат.

— С нами всё будет в порядке, — прошептала я ей в макушку. — Обещаю.

Анна серьёзно кивнула, но не отпустила. Её руки, её тёплое дыхание на шее были для меня дороже любых слов. Ради этого стоило держаться.

Я ещё успела повернуться к Миладе.

— Ты свободна на сегодня. Иди отдыхать.

— Но, миледи…

— Всё хорошо. Отдыхай.

Она замялась, но всё же поклонилась и вышла.

Анна всё ещё висела у меня на шее, и я держала её, не в силах отпустить. Мы сидели так, пока дверь не скрипнула снова.

— Леди… — несмело заглянул Фелька. Он держал поднос: миска с супом, кусок хлеба, кружка тёплого отвара. — Ариана велела, чтобы вы поели.

Анна вскочила первой, словно стражник.

— Тсс! Мама устала! — зашипела она и раскинула руки, будто могла заслонить меня от мальчишки.

Я устало усмехнулась и махнула рукой.

— Впусти. Иди сюда.

Фелька вошёл, поставил поднос на столик. Переминался с ноги на ногу, словно боялся, что я его отругаю.

— Я сам проверил, чтоб не остыло, — сказал он быстро. — И хлеб свежий.

— Спасибо, — я села ровнее, хотя спина ныла так, что хотелось лечь обратно. — Ариана тобой командует?

— Ага, — кивнул он. — Она сказала, если вы не поедите — мне голову открутит.

Анна прыснула со смехом, а я взяла ложку. Суп оказался простым, но тёплым, и каждая ложка будто возвращала мне кусочек сил. Я ела медленно, чувствуя, как голод прячется под усталостью, а тело благодарно принимает хоть что-то.

Фелька всё ещё топтался рядом. Ему хотелось, чтобы я сказала что-то ещё, может, похвалила.

— Передай Ариане, что я благодарна, — сказала я наконец. — И тебе спасибо. Молодец.

Лицо мальчишки засияло так, будто я вручила ему медаль. Он пулей вылетел из комнаты.

Я отодвинула поднос. Анна тут же снова забралась ко мне, устроилась на груди, и я погладила её волосы. Теперь можно было отпустить. Тело расслабилось, веки налились тяжестью.

— Всё хорошо, — прошептала я уже сквозь сон. — Мы вместе. Это главное.

И провалилась в темноту.

Глава 42. Утро

Утро пришло тихо, без спешки. Я открыла глаза и на какое-то время просто лежала, слушая дыхание Анны. Она спала рядом, уютно свернувшись калачиком, и так спокойно было наблюдать за её мирным лицом, что уходить из постели не хотелось.

На Земле я просыпалась иначе. Будильник звенел, соседская собака лаяла, а за окном слышались голоса спешащих на работу людей. Там утро всегда начиналось с гонки. А здесь — только мягкий свет сквозь ставни и тихое дыхание дочери. Словно сам мир дал мне шанс прожить всё заново, без суеты.

Сон уже ушёл, в теле ощущалась лёгкость, и внутри будто разливалась энергия — редкое для меня состояние. За окном едва начинало светать, в щели ставней пробивались тонкие золотые лучи. Они неторопливо скользили по полу, по краю кровати, по детским волосам Анны.

— Мам… — сонно пробормотала она и потянулась, щурясь на меня сквозь полусонные ресницы. — Доброе утро.

Она улыбнулась так искренне и тепло, что я сама невольно рассмеялась. Всё внутри наполнилось этим простым счастьем — проснуться рядом с ребёнком, увидеть её улыбку и начать новый день без спешки и тревог.

— Доброе утро, малышка. Встаём?

— Ага, — она кивнула, хотя вставать явно не хотелось.

На сборы ушло минут двадцать. Мы умылись, пригладили волосы, выбрали одежду, а потом, стараясь не шуметь, спустились вниз. Дом всё ещё спал. Даже тишина здесь казалась особенной: мягкой, домашней, уютной. Под ногами тихонько поскрипывали половицы, и каждый наш шаг будто становился частью этого сонного утра. Я поймала себя на мысли, что впервые за долгое время ощущаю себя по-настоящему дома. Не просто в месте, где живу, а именно дома — там, где тепло на душе и не хочется никуда уходить.

Я почти была уверена, что на кухне застанем Ариану. Она всегда поднимается чуть свет, и её бодрый голос с утра невозможно спутать ни с чем.