На чужой войне 2 - Ван Ваныч

Эврё. И, поскольку, последнее обстоятельство имело особое значение, Амери просил сообщить моё решение как можно скорее и, если оно положительное, немедленно выступать в поход.

И вот тут я задумался: выступать ли, и если да- за Париж или Наварру. Ни тот, ни другой король, не вызывали у меня особых предпочтений. Но, если всё же выбирать сторону, предпочтительнее- для меня- выглядит Карлос Наваррский. Укрепление Валуа грозит в перспективе усилением противостояния в Бургундии, что чревато последствиями для моих завоеваний. Карл тоже подарком не выглядит, но, в отличии от Валуа, до сегодняшнего дня вражды между нами не было…

До определенного момента это были умозрительные рассуждения- с чего бы мне кому-то из них помогать? — но чуть позже- на третьи сутки- получил известие, что наиболее боеспособные компании рутьеров в Бургундии, в том числе- Протоиерея, отправились в Нормандию. Похоже на то, что планировались масштабные разборки, и между рутьерами- в том числе. А я уже давно не отделяю себя от них, к тому же явных угроз каких- либо в данный момент не проглядывалось. В этот момент я и решил поучаствовать…

Назначил Марка своим заместителем и оруженосцем (последнее- чтобы перед знатными сеньорами бледно не выглядел) на время моего отсутствия, оставив ему более двух сотен бойцов и половину артиллерии- на случай неожиданностей, и третьего мая в составе небольшого отряда (беря в привычных мне размерах- батальона) выступил в поход. Вместе со мной навстречу приключениям отправились двести человек пехоты и по пятьдесят- конницы и арбалетчиков, в сопровождении двух орудий. Итого- чуть более трёхсот человек. Полностью перевооруженных- чему поспособствовал захват Турню и его богатые закрома, и обеспеченных всем необходимым, в том числе- порохом и ядрами, для перевозки чего использовались все тридцать пять готовых к данному моменту фургонов. В случае опасности, способных, к тому же, послужить- при установке дополнительных щитов- в виде передвижной крепости, вагенбургом- если хотите. И что-то мне говорит, моё появление на поле боя точно не останется незамеченным…

Путешествие наше протекало вполне благополучно, без отсутствия сопряжённых в это неспокойное время нападений со стороны кого бы то ни было. И то ли причиной тому была всенепременная разведка, рыскающая на маршруте и отпугивающая любителей внезапных неожиданностей, то ли обоз, сворачивающийся каждый вечер в чреватую для ночных нападений чрезмерными потерями крепость, но и встречные феодалы, и вездесущие жадные до чужого добра рутьеры предпочли обойти непонятный, а значит и опасный, воинский отряд стороной. Мы проследовали по долине Луары, через Нивернэ и Орлеаннэ, обходя крепости и города, нередко пересекаясь со следующими тем же маршрутом компаниями, но ни с кем не объединяясь. Что на фоне поведения прочих рутьеров совсем не выглядело странным: волки охотятся только в своей стае, и никогда- в чужой. И тринадцатого мая подошли к Эврё.

Столица одноименного графства, расположенная чуть в стороне от реки Сены, на примерно одинаковом расстоянии что от Руана, что от Парижа, впечатляла своими укреплениями и соборами- некогда, до появления на этих берегах норманнов город являлся центром епископства, но, поскольку мы прибыли не с туристическими целями, не это меня более всего волновало, а вопрос- ко двору ли вообще мой приход? Ведь может статься, что за время похода многое изменилось…

--

За стеной изредка шелестел ветер, вычерчивали внутри фигуры высокого стрельчатого окна, отражённого солнечным светом на полу, замысловатые конструкции качавшимися кронами деревьев. Изредка проём окна почти полностью затемнялся, знаменуя собой прохождение очередного облачка. Но, за исключением редких порывов ветра, день обещал быть пригожим.

В упомянутой комнате, двое мужчин, расположившись на (так и просится сказать- удобных, но нет- комфортом тут и не пахнет) стульях с высокой спинкой, употребляли из бутылки его нечто красное содержимое- судя по причмокиваниям после очередного глотка, достаточно приятное- и, как бы между прочим, перекидывались словами:

— Ты не передумал? — спросил своего более молодого собеседника уже поседевший, но всё ещё представительный дворянин лет пятидесяти от роду. — Может статься ещё кто-нибудь подойдёт?

Мужчина, к которому он обратился, брюнет лет тридцати- тридцати пяти худощавого телосложения, чуть подумав, ответил:

— Нет. Сегодня прибыл отряд и вовсе с границы Бургундии- ждать более некого.

— Кстати, Жан, что ты думаешь по поводу их командира?

Жан де Грайи, капталь де Бюш, а именно он был тем молодым человеком, теперь задумался над ответом чуть подольше.

— Знаешь, Роберт (его собеседника зовут Роберт де Ла Порт, и он является в данный момент канцлером Наварры в Нормандии), сразу даже не скажу. Слишком мало знаю о нём, лишь со слов других людей. Некоторые из них утверждают, что он- настоящий принц, а другие- что это самозванец, — и капталь (титул такой) картинно развёл руками.

— Но всё же, — настаивает де Ла Порт.

— Моё мнение… Видно, что человек не из простецов, — увидев соглашающийся с его выводом кивок собеседника, продолжил, — вопрос только- принц ли? А что говорит герольд Эврё?

— В том-то и дело, что ничего. Ныне титул короля Русского носит Казимир, Третий этого имени, правитель Польши, а получил он его после захвата территории королевства. Единственный король Владимир, на которого ссылается, как на своего родителя, наш принц- это может быть только Владимир, сын Льва, умерший в 1340-м году от Р.Х. Которого сначала по молодости знать выгнала из столицы, а после- он и вовсе умер подозрительной смертью. Супруга его умерла ещё ранее, и спросить теперь по сути некого.

Собеседники ещё посидели, дегустируя из бокалов и просто медитируя на фоне отличного денька. Пока, наконец, Жан де Грайи не высказал свою окончательную точку зрения:

— Он вполне может оказаться принцем. Но для меня, как человека военного, более важно, что все, кто знают этого Даниэля или слышали о нём, уверены- это настоящий воин. К тому же- привёл на помощь отличных бойцов. Мне есть с чем сравнивать: скажу так- такой дисциплины я не видел даже у Чёрного принца! И скоро эти воины нам очень пригодятся… Помоги нам, Матерь Божья! — полководец благочестиво перекрестился, и его примеру последовал канцлер. — Завтра! Когда мы отправимся на встречу с врагом…

--

Амери так и не прибыл. Где затерялся- для меня, и не только, — было загадкой. Приняли вполне неплохо, особенно, по этим временам: и местом под лагерь определили, и- что для меня нечто новенькое- на довольствие поставили. Разговором с главнокомандующим тоже остался доволен: человек не чуждый военному делу, потому знающий наши потребности, а главное- желающий найти им решение. Лишь вежливо удивился тому же- отсутствию сэра Джона Амери. В том плане, что меня капитан