Чужая память - Геннадий Васильевич Иевлев

Не будешь соваться! — замелькали у Аттонара досадные мысли. — Что за ерунда? Откуда взялось это странное поле? Двойник! — тревожная мысль больно кольнула мозг. — Что произошло? Почему я его так хорошо чувствую? Странное ощущение, будто у меня в голове появился какой-то усилитель. Я отчётливо чувствую сторонние поля. Но я их и до сих пор чувствовал. Но сейчас более уверенно, гораздо чётче, будто моя чувствительность возросла в десятки, сотни раз. Хм-м! Я даже чувствую токи энергии. Их тьма вокруг. И что мне с этим делать?»

Напружинившись, Аттонар сел и увидел серый проём двери. Соскочив с платформы, он шагнул к проёму и заглянул в него — это была каюта капитана «Глорр» — его каюта. Он прошёл до середины каюты. Его взгляд остановился на кресле, где лежала скомканная одежда. Хотя в каюте был полумрак, но он узнал, что это его куртка и брюки. Вскинув брови, Аттонар окинул себя взглядом — он был в нижнем белье. На ногах алели длинные глубокие царапины. Он наклонился и дотронулся до одной из них, в голове отдало острой болью.

— Хара! — невольно вырвалось у него.

Выпрямившись и стиснув зубы, он направился в санационную.

Из голографического зеркала в санационной комнате на него посмотрело немного припухшее лицо, в принципе, молодого человека, с коротким ёжиком тёмных волос, внимательным взглядом достаточно больших тёмных глаз, тёмнобрового, с прямым носом, средней толщины губами, волевым подбородком, с чуть выпирающими скулами, мощной шеей и широкими плечами, хорошо видимыми мышцами бицепсов на руках, говорящими о хорошей физической силе. Аттонар подёргал плечами. Ему понравился тот, кто смотрел на него из голографического зеркала.

Быстро приведя себя в порядок, он оделся в новую одежду, так как его старая была вся изорвана, переложил все вещи из её карманов в новую одежду и направился в зал управления.

Аттонар не заметил, когда исчезло настырное поле. Видимо это произошло ещё в санационной. Он убрал, ставшую ненужной защиту и разбросил своё поле по сторонам и тут же почувствовал, что корабль не стоит на твердой поверхности, а находится в пространстве, хотя и не движется. Не успев ещё осознать это в полной мере, выйдя из-за угла, он увидел в дальней части коридора какую-то возню около стены. Что-то делающие там люди были ему незнакомы. Он ускорил шаг.

— Прекратить работу! — громко заговорил он, подходя ближе. — Я, капитан корабля, приказывают прекратить все работы!

— Аттонар! Аттонар! — донёсся громкий голос, в котором он узнал Олигу. — Останови их. Они забрали источник и пластинки.

Возившиеся у стены распрямились и повернулись к Аттонару. Он мгновенно остановился, как вкопанный — это были они, круглоголовые жители планеты. Их было трое.

Аттонар тут же почувствовал, как игла чужого поля очень больно ткнулась ему в мозг. Он молниеносно, будто этим практиковался долгие годы своей жизни, выстроил из своего поля защиту и бросил её под иглу. Ткнувшись в защиту, игла завибрировала и начала её протыкать.

«Какой настырный. Ну тогда получи, — молнией мелькнули у Аттонара недовольные мысли.

Он бросил в защиту всю мощь своего поля и сжав в его объятиях непрошенную иглу чужого поля переломил её. В тот же миг, один из круглоголовых громко простонал и рухнул на пол.

Два других круглоголовых задёргались, в их руках появились продолговатые предметы, скорее всего какое-то оружие и уже через мгновение в сторону Аттонара неслись два ярких зеленых луча. Он мгновенно бросил поле своей защиты им навстречу и тут же утонул в зеленом ореоле.

Едва ореол рассеялся, Аттонар выстроил своё поле в иглу и с силой ткнул ею, по очереди, в две круглые головы. Незнакомцы тут же упали на пол и застыли темными бесформенными массами.

Аттонар наконец увидел Олигу, которая до сих пор стояла за круглоголовыми, прижавшись к стене. Он бросился к ней.

— Что происходит? — он схватил девушку за предплечья и легонько тряхнул. — Почему мы в пространстве? Как они здесь оказались?

— Ты! Ты жив! Я очень испугалась, — Олига подалась вперед и прислонилась головой к груди Аттонара.

Аттонар почувствовал, как девушка несколько раз вздрогнула. Он отстранил её от себя, на щеках у неё блестели две широкие влажные полосы.

Сзади раздался шорох. Аттонар оглянулся — один из круглоголовых, привстал и тянулся рукой к лежащему неподалёку оружию. Отпустив Олигу, Аттонар шагнул к круглоголовому и наступил ему на руку. Круглоголовый громко вскрикнул, его рука задергалась под ногой Аттонара. Второй ногой Аттонар отшвырнул оружие подальше и шагнул ко второму такому же оружию, лежащему рядом со вторым круглоголовым и уже занёс ногу, чтобы отшвырнуть и его, но передумал и наклонившись, поднял его и завертел в руках, рассматривая — это была какая-то черная спиральная конструкция, вьющаяся вдоль блестящего полупрозрачного стержня, с другой стороны входящая в довольно массивное утолщение. Свободный конец спирали имел характерные для энергетического оружия следы пригара. Аттонар взял оружие, как его держали круглоголовые: оно оказалось неудобным для его руки, к тому же ещё и тяжёлым.

— Аттонар! — раздался громкий голос Олиги.

Аттонар оторвал взгляд от оружия и повернул голову в сторону девушки, но вместо неё перед ним стоял круглоголовый.

Роста он был около среднего, так как макушка его головы доставала Аттонару лишь до подбородка; светло-коричневая, или даже желтоватая грубоватая кожа покрывала его безволосую голову; круглые безбровые и без ресниц серо-зелёные ничего не выражающие глаза; совсем небольшой бугорок носа с двумя отверстиями для дыхания, широкая полоса рта с очень тонкими, но отчётливо видимыми ярко-красными губами-ниточками; круглый подбородок и высокие, но прижатые к голове ушные раковины делали его голову круглой, будто мяч. Шеи или вовсе не было, или она была закрыта одеждой, что-то вроде широкого плаща из складок которого выглядывала одна рука, обтянутая такой же коричневато-жёлтой грубоватой кожей. Рука, явно, была гибкой, так как она как-то нервно шевелилась вся сразу и скорее всего на ней не было привычной ладони, а было, что-то вроде нароста из которого, во все стороны торчали очень гибкие пальцы, похожие на небольшие щупальца. Так как круглоголовый стоял очень близко, то его нижняя часть тела Аттонару была не видна.

Глаза круглоголового вдруг сверкнули, будто выплеснули пучок энергии и Аттонар тут же почувствовал болезненный укол в мозг.

Аттонара мгновенно охватила неконтролируемая ярость. Отшвырнув, зажатое в руке оружие, он схватил круглоголового за плащ, в том месте, где у него должна была быть грудь и приподняв, начал трясти. Хотя он был тяжеловат, но видимо ярость Аттонара оказалась намного сильнее веса круглоголового.