Чужой силуэт - Владимир Григорьевич Колычев

с глушителем наполовину вывалился из нее. Пистолет обычный, ТТ, с самодельными нарезами, зачем глушитель уже накрутили, непонятно. Может, киллеры собирались на дело?

– Хочешь потрогать? – Степан взял пистолет за глушитель, протянул рукоятью вперед.

Бухтеев руку не отдернул, хотя и брать оружие не стал.

– Чистый ствол?

– Что значит «чистый»? – опустив голову, буркнул тот.

– Дружки твои быстро бегают? А то вдруг убегут, отвечать тебе одному придется. Восемь лет у тебя уже есть.

– За что восемь лет?

– За сбыт огнестрельного оружия. А если еще и убили кого-то… Ты и убил, да?

– Не убивал я никого!

– А кто убил?

– Да никто!

– Только собирались?

– Никто не собирался!

– А стволы почему с глушителями?

– Да это не наше оружие, здесь нашли…

– И липовые ксивы здесь были?

– Да нет, ксивы настоящие!

– А стволы?

– Э-э… И стволы настоящие…

– Откуда стволы?

– Да здесь были…

– Мы же возьмем твоих дружков, Бухтеев, разведем вас по углам, кто-то из вас точно расколется. Поверь, Мороков скажет, что ты главный!

– Да нет, он главный!

– И скажет, что это ты замочил!

– Да не мочили мы никого, только собирались…

– Кого собирались мочить?

– Да я не знаю…

– Мороков знает, он скажет… Он мужик с опытом, знает, как выкручиваться, все на тебя свалит.

– Да не знаю я, кого надо замочить. Знаю, что надо! Рома подъехать должен, он скажет…

– Кто такой Рома?

– Я не знаю, Мороков знает. Рома стволы подвез, сказал, пусть у нас будут. Уже сегодня хотел сказать, кого мочить, но передумал. Обещал подъехать, сказать.

– Когда должен подъехать?

– Не знаю, может завтра. Может, сегодня… В общем, ждать сказал.

Из-за машины показался Федот, он вел Морокова, подталкивая его в спину. Оба еле живые от усталости.

Намучился и Кулик, догоняя Кириличева. И этот вернулся в мокрой футболке, но с уловом.

– На гараж хотел заскочить, еле сдернул, – выдохнул он.

На вопрос, кто такой Рома, Мороков сплюнул на землю. И это дико разозлило Федота.

– А ну давай еще раз!.. – затолкнув задержанного в первый гараж, потребовал он. – Мне сейчас так хочется кого-то придушить!

Мороков озадаченно смотрел на него, Федот на самом деле разозлился не на шутку, в таком состоянии он мог и убить.

– Кто такой Рома? – спросил он, снимая мокрую футболку.

– Да не знаю я!

Сначала Федот скрутил футболку в тугой жгут, а затем влепил ею наотмашь, да по голове. От неожиданности Мороков сел на задницу.

– Это я не знаю, кто такой Рома! Но ты сейчас мне расскажешь!

– А если нет?

На этот раз Федот всего лишь бросил футболку в лицо и тут уже ударил кулаком в живот. Мороков сначала сложился пополам, а затем опустился на колени.

– Это только начало! – предупредил Федот.

– Я же тебя найду, – сквозь зубы процедил уголовник.

– Как ты меня найдешь? С того света не возвращаются… Или ты думаешь, что заслужил что-то другое?.. Кто такой Рома?

– Да кореш мой, на зоне сошлись… Мы работали здесь, прошлый сезон отпахали… это… а тут Рома подъезжает, смеется. Чтобы я да работать стал!.. Хорошую работу предложил. В смысле плохую, но аванс предложил хороший.

– И стволы подвез… – сказал Степан. – Кого вы должны убить?

– Не знаю, честно не знаю. Рома подъедет, скажет.

– Откуда он, этот Рома?

– Отсюда, битовский.

– Сафроновский?

– Я не знаю… То есть знаю, что это Сафрона земля, но на кого Рома работает… Говорит, что на себя, тачка у него крутая, при деньгах…

– Связь с ним есть?

– Нет, сказал здесь быть, он сам подъедет.

– А подъедет? – Степан посмотрел на Федота, на Кулика.

Вдруг они вспугнули Рому своей беготней? Или сторож на связи с бандитами. Но, возможно, Рома ничего и не узнает. Если так, то не сегодня завтра он будет здесь. И нужно сделать все, чтобы взять его с поличным.

* * *

Ленусик – это как вкусный обед на столе. Людочка, Лика, все остальные прочие – всего лишь аперитив до и десерт после, сладко, пьяно, все хорошо, но без обеда останешься голодным. Тем более что Ленусик вполне могла подать себя в качестве десерта, чем она сейчас и занималась. Танец невесты отдыхает, сегодня она чисто госпожа: кожаный корсет без лифа, чулки на подвязках, сапоги в обтяжку и на тонком высоком каблуке, трусики чисто символические, под микроскопом только и разглядишь.

Сафрон и не хотел, чтобы Ленусик привязывала его к кровати, даже непонятно, как он согласился лечь. Но ведь согласился… А может, ему нравится такой секс? Может, он мазохист по своей натуре?..

– Ладно, на сегодня все! – дернулся он, пытаясь высвободить руку.

– Все только начинается, дорогой! – коварно усмехнулась Ленусик. Она сделала музыку погромче, но танцевать не стала. – Отдыхай! Я сейчас!

От ее улыбки заледенело внизу живота. Она действительно вышла из спальни, но куда, а главное – зачем? Что, если за ножницами?

Музыка играла, одна композицию сменяла другую, а Ленусик все не появлялась. Сафрон уже не просто нервничал, он злился. Может, она с Гонсалесом сейчас, пока он здесь извращается? И вряд ли в свое удовольствие.

Гонсалеса нет, у него дела, но вдруг он приехал, причем без предупреждения? Игра у них такая – водить Сафрона за нос. Он здесь, а они трахаются у него в кабинете, и стонут, и ржут… Что-то нужно делать с Ленусиком с ее черной магией секса, пока не поздно. Или уже поздно?

Вдруг дверь с грохотом открылась, и в спальню вломился Круча. Мощный, молодой, горячий, плечи как у Геракла, пиджак нараспашку, рукоять пистолета из-под полы торчит. Пиджак, джинсы, туфли, а Сафрон лежит перед ним в одной шляпе. На причинном месте. И уже совсем не важно, как здесь оказался Круча.

– Ух ты!

У Кручи вытянулось лицо, он даже сморгнул: вдруг мерещится? И это его лицо вдруг застыло перед глазами, как будто течение жизни остановилось и все замерло. Или это охреневшая физиономия Кручи так намертво врезалась в память, что в глазах все остановилось?

Но нет, спустя мгновения картинка ожила, и сам Круча пришел в движение. Открыл шкаф, заглянул за штору, подошел к кровати, хотел снять шляпу.

– Эй! – предостерегающе дернулся Сафрон.

Злость душила его, но от бессилия хотелось плакать. А Круча засмеялся. Не собирался он забирать шляпу, просто издевается. Сволочь.

Шляпу он трогать не стал, но смотрел на Сафрона, откровенно наслаждаясь его беспомощностью. Затем, выключив музыку, предложил вариант.

– Скажешь, что это Гонсалес тебя связал, отвяжу!

– Где Гонсалес? – взвился Сафрон.

Ну понятно, Ленусик убежала к Гонсалесу, они устроили оргию где-то на первом этаже,