Девиант-2 - Вова Бо

— Я тебе не куколка.

— И не факт, что сумеет дойти до конца, — закончил фразу Эйфория.

— Что это за место? — вступил я в диалог.

— Последний приют. Для тех, кто отчаялся. В основном здесь случаи, для которых испытания чертогов оказались неподъемны. Они приходят сюда в поисках покоя, чтобы избавиться от страданий.

— И никто из них не уйдет отсюда живым, — подвел итог Камень.

— Никто из них и не собирается, мальчик, — усмехнулся Эйфория. — Они не хотят уходить отсюда. Они пришли сюда не за спасением, а в поисках легкой смерти. Уйти в круговорот душ без боли, без страданий, без мучений.

— Без борьбы, — еще больше мрачнел Камень.

— Без борьбы, — согласился Эйфория, посмотрев парню прямо в глаза. — Они сдались еще до того, как попали сюда. Потому что были не готовы. Не готовы сражаться, жрать крыс, убивать, быть убитыми. Это обреченные души. Это место — хоспис. Хоспис радости в чертогах безумия.

— Я не совсем это спрашивал, — вклинился я в разговор, прежде чем Камень перегнет палку. — Я о том, как это вообще возможно? Вообще все это. Я не так давно в чертогах, но даже я понимаю, что это место выбивается из общего безумия чертогов.

— Конечно выбивается, — рассмеялся он. — Потому что ты больше не в чертогах Амодеша, Деви. Это чертоги Эйфории. Это место — мой личный чертог.

— Духовное пространство? — ахнула Заноза. — Невозможно, духовное пространство максимум растягивается на десятки метров, а мы прошли одних комнат штук двадцать по пути сюда.

— Что за духовное пространство? — встрял я.

— Универсальная ульта. Абсолютная способность, искажающая реальность по воле игрока.

— Неверно, куколка, — усмехнулся Эйфория. — Духовное пространство не изменяет реальность. Оно покрывает ее душой владельца. Как морская волна, что набегает на песок, делая его мокрым. Размер же зависит от силы заклинателя. А я — аватар Амодеша в Чертогах Безумия. Так что можно сказать, что я — сильнейший игрок в этом месте.

— После Амодеша, — задумчиво произнес я.

Меня заинтересовало то, как он построил фразу. Мы не в чертогах Амодеша, а в чертогах Эйфории. Может ли быть так, что Чертоги Безумия — просто ульта Амодеша? Интересно. Интересная способность.

— То есть мы внутри твоей души? — уточнил я. — И все здесь подчиняется твоей воле?

— Скажем так, — покачал головой Эйфория. — Здесь я могу то, что обычно считается невозможным.

В этот момент стена за его спиной обвалилась и мы увидели битву, где сотни чумных рвали на части игроков. Рыцари, берсерки, верещащая ведьма, громилы и бегуны. Все они атаковали разрозненные группы игроков, а судя по количеству трупов, у людей дела шли не очень.

Но не только мы увидели их, но и они нас. Десяток бегунов посмотрели в нашу сторону и тут же бросились в атаку. Быстрые твари с белезыми глазами, тянулись когтистыми лапами, почуяв безоружную добычу.

Но стоило им преодолеть незримую черту, где раньше была стена, как чумные замедлились, словно пытались бежать сквозь толщу воды. Незримая пелена окутала их тела, не только скорость, но и их поза изменилась.

Они уже не бегут в нашу сторону, а неуклюже шагают, перебирая ногами. Не тянут когтистые лапы, а выставили руки перед собой. Не рычат, а просто бредут, свесив головы. Темная пелена вокруг их тел уплотняется, обретая форму и объем, превращаясь в пиджаки. И вот уже пятеро свирепых бегунов покорно бредут в нашу сторону, одетые в черные костюмы официантов. Та же пелена формирует подносы с едой и напитками.

Зомби-официанты, что мгновение назад хотели перегрызть нам глотку, просто поставили угощения и побрели по своим официантским делам.

— Чумные не подчиняются Амодешу, — с сомнением произнес я.

— Да, — согласился Эйфория. — Использовать их в своих целях считается невозможным. Но Амодеш заключил сделку с Бароном Чумой. Тот прислал своих миньонов, а я просто одолжил их уже у своего повелителя. Так это и работает. Невозможное становится возможным, если твоя душа достаточно сильна.

— Бред, — фыркнула Заноза. — Ультимейты не могут работать так долго и по такой площади. Даже у такого как ты, даже в чертогах.

— Если только, — загадочно улыбнулся Эйфория, а Заноза моментально побледнела. — Продолжишь мысль, куколка?

— О чем он, Заноза?

— О статусе аватара, — через силу выдавила та. — Деви, он не человек. Он практически стал аватаром.

— А в чем разница? — не понял я.

— Да, куколка, в чем разница? У Девианта сейчас десять? Двенадцать процентов от становления аватаром?

— Восемь, — не стал я лгать.

— Вот, а у меня восемьдесят. Так в чем между нами разница?

— В том, что через двадцать процентов Девиант останется человеком, пусть и станет гораздо сильнее обычного игрока, а ты превратишься в охотника. А это, — она обвела рукой вокруг. — Станет твоими угодьями. Вот цена заемной силы. Это путь всех аватаров.

— Верно, — спокойно кивнул Эйфория. — Но это не самый плохой путь, куколка. Уж поверь мне. И случится это ой как не скоро. Хочешь совет, Деви? От аватара аватару. Не доводи прогресс до пятидесяти процентов. Именно после этого твоя личность начнет стираться.

— И как этого избежать?

— Пей божественную амброзию по рюмке перед завтраком, используй карту Абсолютного Очищения раз в месяц, не совершай ничего, что понравилось бы твоему покровителю. И тогда ты умрешь человеком. Правда, очень быстро.

— Серьезно? — рассмеялась Заноза. — По рюмке Амброзии? Это которая на аукционе улетает по сто черепов за каплю? Очищение? Которое в Вавилоне появляется раз в несколько лет? Где он его достанет?

— Да у меня есть одна, вообще-то.

— Одна, — согласилась Заноза. — Осталось найти еще пару сотен, чтобы продержаться до старости. Хотя, о чем я вообще.

— Действительно, — улыбнулся Эйфория.

— Ты не человек, — внезапно рыкнула Заноза.

— Ну это как посмотреть, — пожал плечами тот. — Ощущаю я себя вполне человеком.

— Твой разум затуманен. В тебе больше Амодеша, нежели человеческого.

— Благодарю за комплимент, — усмехнулся он.

— Может закончим этот бессмысленный спор? — вклинился я. — Мне вот интересней, что мы будем дальше делать в сложившейся ситуации.

— Хороший вопрос, — улыбнулся Эйфория и