Ружемант 2 - Евгений Лисицин

ружеклятье — я колдовал все, что только мог, решив не ждать.

Белка застрекотала пистолет-пулеметом, выстрелы захлюпали по броне, врезались в один из многочисленных глаз оптики.

Я вдарил следом, «Янтарь» бил прикладом в плечо. Попадания вгрызались в воздушное тело боевого вертолета, яркими вспышками разрывов надеясь пробиться к мягкому чреву с механикой. Тщетно. «Шмель», едва почуяв опасность, изменил траекторию полета, резко склонился на правый борт.

Хлопнуло. Дымя, издавая жуткий свист, с крыльев полился снарядный шторм. Петляя, словно желая запутать своей траекторией, ракеты устремились к нам. Я припал на ноги, прекратив стрельбу, рывком бросился к Белке. Влада тенью перетекла от одного дерева к другому, шустро сокращая расстояние до Елены.

Земля вздрогнула, словно от поступи великана. Белка взвизгнула. Не сразу, но я увидел, как над нами волной поднялась черная скверна. Брызги обожгли спину, пробивая камуфляж, листы походной брони, портя напрочь флягу.

Показалось, что горю заживо. Паника велела вскочить, попытаться сбить пламя, вместо этого схватил Белку за шкирку, потащил — ей досталось больше. Грязью мерзость окутывала ноги. Дымились прорванные штаны, сползала кожа сапог.

Сейрас выставила перед собой ладонь — заполненные мерзким проклятием капсулы попали в магнитное поле. За миг раздувшись, лопнули мыльными пузырями. Ната коснулась висков, отчаянно желая вклиниться в подсистемы машины, но вскрикнула — ее поразило разрядом.

Влада окутала волчицу теневым покрывалом, словно поток, нырнула прочь. Выплюнула под земным склоном. Подвывающая волчица закатилась в ров, закрыла голову руками.

— Горит. Больно! — Белка застонала, зажмурившись, выгнулась дугой. Скверна не хуже кислоты собиралась вклиниться в мягкую кожу ее стоп.

— Оставь мне! Стреляй! — Влада вынырнула из дымчатого вихря. Сумка раззявила пасть, тотчас же завоняло спиртом и едкими медикаментами.

Я отстегнул стреляный магазин, сунул новый. «Янтарь» принял подношение с благодарностью.

«Шмель» не унимался. Словно ребенок-исполин, выскочивший посреди деревни лилипутов, он не знал, какой живой игрушке оторвать руки первой. Пронесся над нами, разворачиваясь. Один за другим падали наземь разведывательные сферы-дроны. Благодаря им эта скотина видела, куда бить.

Пушка заработала, раскалывая землю в клочья, собираясь сделать то же самое со мной. Отскочил в самый последний миг, стиснул спусковой крюк — хвост вертолета тотчас же разорвало тремя разрывами. Я стрелял, опустошая магазин, одной очередью за другой. Младшие версии ружеклятья оседали на стволе адских орудий и лопались под их чудовищным напором. Злой стрекот вертолета гоготал, что моя способность отныне не панацея от всего, что умеет стрелять.

Хорошо смеется тот, кто смеется последним. Вскрик раненой Белки заставил взреветь от ярости, сдерживая пляшущий в руках «Янтарь». Последняя очередь, прежде чем утроба магазина щелкнула пустотой, угодила в механическое чрево.

«Шмель» вспыхнул. Удача выдала мне два безжалостных выстрела подряд, третий активировал самостоятельно. Летающую машину прошибло насквозь.

Нутро сквернострела задымилось, пошло искрами. Раненым зверем вертолет взревел, уносясь прочь. Я с трудом подавил желание стрелять ему вслед — бессмысленно. Не попаду.

Выдохнул, обернувшись. Сученыш сумел нас потрепать…

* * *

Волчица плакала. Каялась и извинялась передо мной, Белкой, остальными. Было бы хорошо, если бы мы слушали. Успокоилась лишь тогда, когда вместо обвинений прижал к себе покрепче, дал ей почувствовать себя в надежных руках. Ругаться и выяснять, кто струсил, а кто не очень будем потом. Сейчас были дела поважней.

Наказал ей помочь Сейрас. Получив приказ, а не выговор, волчица немного ожила.

Влада нагревала воду, Ната накладывала повязки на поврежденные ноги Белки.

— Ходить сможешь?

Девчонка неуверенно кивнула, попробовала. Первые шаги оказались болезненными. Хоть не упала и твердо стоит — уже хорошо. Но быстро сдалась: — уровень ее выносливости был на нуле. Девчонка стояла одним лишь усилием воли. Помог ей сесть, мягко опустил на землю. В моих объятиях рыжеволосая сразу же засопела, провалилась в сон.

— Нужна специальная аппаратура, сероглазый, — вампир отвела меня чуть в сторону, чтобы не слышали остальные. — Я накачала ее обезболивающими: всеми, какие были. Дала святостина пару таблеток.

— Святостин?

— Никогда не слышал? Да, ты же с гражданки, сероглазый… Несмотря на название, это комплекс витаминов. Вот, — протянула блистер мятой упаковки. Два пустых слота, восемь капсул ждали своего часа. — Если со мной что-то случится, по две таблетки утром и вечером. Иначе скверна начнет разрастаться.

Ириска тут же подсветила описание витаминов: способны снимать проклятия до третьего уровня, оказывают обезболивающий кратковременный эффект, сдерживают на 25 % эффект проклятий сильнее третьего уровня (показатель зависит от умений оказывающего помощь).

С умениями Влады замедление было 90 % — нехило!

— Что это за скверна такая?

— Черная магия. Помесь неприятных проклятий: обращает любой пышущий здоровьем организм в ходячую развалину.

Глянул еще раз на Белку — несчастная уснула, побледнела. Сейрас с Еленой соорудили носилки: знали, что пригодятся. Закусил губу, нахмурился.

— План тот же? Идем через кладбище? — Ната возникла будто из ниоткуда.

— Предложения?

— Пустырь. Видел, куда эта махина унеслась?

Кивнул, в сторону того самого кладбища и полетела.

— Можем попытаться пройти через деревню.

— С раненой? — хмыкнул я, сомневаясь в затее. Сразу в голове всплыли воспоминания о бойцах, что просили их бросить одних и с последним патроном. И ведь бросали…

Смогу так поступить с Белкой? Ответа не знал.

— Он вернется с подкреплением, — заговорил я. — На пунктах будут не просто ждать, к ним нас будут гнать… Он же вернется и будет на них толкать.

— Нет, — Ната отрицательно затрясла головой, поправила волосы. Поймала на себе мой недоуменный взгляд, поспешила объясниться: — Ты ему хвост повредил, там антенное соединение. Я оценила его состояние перед тем, как он успел улететь. Да и на миг все же скользнула в него, пытаясь взломать. Кое-что интересное.

— Да?

— Ты повредил ему последними выстрелами логическую систему. Он запомнил нас как цели и теперь жаждет одного: нашего устранения. Он должен был бы сообщить иным машинам, где мы, но антенна повреждена.

— А сейчас он полетел на кладбище. Зачем?

— Собирать скорбные начала. Эта адская машина может собирать души и трансформировать… скорбь, если ее так можно назвать, прямиком в снаряды для своих пушек, — Влада вставила свое слово. — Представь, мальчик, вертолет, способный пополнять боезапас исключительно за счет павших противников.

Да уж, вечная машина погибели, иначе и не скажешь. В деле несения смерти потомки легионеров преуспели.

Глава 22

Вторая ночь мягко опустилась на грешную землю.

Развалины деревни мало чем отличались от того, что мы видели раньше. Разве что давно ржавеющими под небом остовами подбитых машин. Беспилотники и не очень. Несколько лет назад за эти сопки развернулось кровопролитное сражение. Было не по себе представлять, что лежащие здесь мертвецы делятся энергией с тем, кто собирается наделать еще больше трупов.

Прав был Щебекин: варварство в чистом виде, иначе и не скажешь…

Запустение царствовало вот уже который год, покосившиеся избы походили на кладбище уюта. Некогда здесь бурлила жизнь, а теперь лишь пустота и уныние.

Не было слышно птиц, зверье давно покинуло эти места. Видел волчьи следы, спросил у рядовой Ипиной по поводу младших собратьев, но та шутку не оценила. Сказала, что даже волки не ходят в проклятые места. В особенности волки…

Все складывалось скверно, как никогда.

Глянул на Белку. Забывшись в сонном бреду, она пару раз вырывалась из сна к нам. Задавала ничего не значащие вопросы, рассказывала о своей жизни: попытка стать гражданином на пару классов выше, чем есть, смешные байки из детства, с теплотой вспоминала родителей.

Велел девчатам ей отвечать, сам когда-то был на ее месте. Бормотал все, что только придет в голову, лишь бы не снова в кошмары, лишь бы не быть одному.

Ей сейчас хотелось того же.

Время от времени менялись местами: выдохшиеся Влада с Натой сменялись мной то с Сейрас, то с Еленой. Волчица горазда была тащить носилки в одиночку, но не позволил.

Обещал Белке глупости. Мягкость подушек, отсутствие войны, незнание нужды. Ей помогало успокоиться…

Заградительный пункт прятался в каждом доме. Вампир позволила вновь обернуться крохотным нетопыренком. Не тратя времени даром, разведал все, что лежало