Его маленькая слабость - Алиса Лиман, Саша Ким

Глава 15

АНЯ

— Раздевайся! — слышу приказ, едва успеваю переступить порог дома.

Молча подчиняюсь, развязывая плюшевый на ощупь поясок нового пальто.

Я знаю, что он зол. Хоть и не могу найти тому причин. Разве я сказала в магазине что-то не то? Может, обидела его чем-то? Вроде же нет. Все по делу. Однако я буквально кожей ощущаю исходящее от него напряжение.

Неторопливо бреду по коридору, желая спрятаться в своей комнате, чтобы не злить его еще сильнее. К тому же не хотелось бы столкнуться с Надеждой. Ее едкие комментарии нередко выбивают меня из колеи, а я и так сегодня перенапрягла хозяина дома своими эмоциями.

— Куда собралась? — рычит низкий голос мне в спину, и я замираю у двери, едва успев нащупать ручку. — Я неясно сказал? Раздевайся!

Так я уже. Пальто сняла. Обувь тоже. Может, он не ко мне обращается?

— Анна! — словно в ответ на мои мысли гремит строгий голос. — Немедленно снимай с себя все это тряпье!

Что? В с-смысле?! Все? Тут же где-то Надежда бродит. Да и Лара уже, наверно, вернулась. Тем более она вроде с другом должна прийти... Он что же, собрался прилюдно меня раздеть?

— Я жду.

Даже мысли дрожат.

Он пользуется правом, которое я ему сама дала. И ведь он предупреждал меня даже о том, что может попросить об ужасных вещах. А я согласилась на все. Однако здравый смысл все еще пытается найти лазейку. Разве я не говорила ему, что все, что между нами произойдет, должно оставаться за закрытой дверью? Вот!

— Я не стану, — дрожа всем телом, отвечаю я, — делать это здесь.

— Станешь. И будешь делать все, что я пожелаю! Я хочу посмотреть, за что я плачу.

Так вот какова моя плата за проживание? Он хочет меня унизить? Ему даже не секс от меня нужен был. Ему куда больше по вкусу растоптать меня.

Представляю, как несколько пар глаз таранят мою спину, затаившись в ожидании представления. В горле встает ком. Я не могу этого сделать, но и отказаться не могу. И в любом случае потом пожалею о своем решении...

— Идите к черту, Глеб Виталич, — говорю я сквозь слезы и прячусь за дверью своей комнаты.

Падаю на кровать и, уткнувшись лицом в подушку, не могу сдержать рыданий. Какая же дура?! Что я навоображала себе?! Ненавижу свою беспомощность! Хочу видеть! Видеть, чтобы просто заглянуть ему в глаза! И понимать, когда он играет со мной! Чтобы не строить воздушные замки, ведясь на его доброе отношение.

Не понимаю. Я словно не слепая, а безумная. Еще в кафе я совершенно точно чувствовала с его стороны тепло. Это было так странно. Но я поверила... Представляю, как он смеялся над глупой незрячей девчонкой, что принимала все его действия за чистую монету.

Эмоциональный день вытянул из меня все силы, и финальная встряска стала последней каплей. Потому я и сама не замечаю, как отключаюсь. Слышу сквозь сон до боли знакомый голос. Он что-то мерно рассказывает, словно сказку на ночь:

— «Совсем юная. Худенькая, как и сказала продавщица. На ней тонкий бежевый сарафан, совсем не по размеру. Темные волосы беспорядочно рассыпаны по плечам...» — Глеб прерывается буквально на секунду и усмехается: — На тебя похожа.

Даже дышать боюсь, спросонья, пытаясь понять, что происходит. Глубокий голос продолжает рассказ:

— «Я уже собирался нарушить эту чарующую тишину, но взгляд снова уцепился за бежевое и почти насквозь промокшее платье, сквозь которое просвечивала смуглая кожа девушки. Почему-то меня очень заинтриговала эта прилипшая ткань».

Чувствую, как щеки начинают гореть оттого, что он говорит такие откровенные вещи. Словно подробно описывает представший его взору образ. Не выдержав, резко сажусь на кровати.

— Что вы делаете?! — выпаливаю я, прерывая смущающее повествование.

— Книжку тебе читаю, — буднично отвечает Глеб.

— Какую еще книжку?! — взрываюсь я, не понимая, в чем подвох.

— Роман какой-то. Мне его в книжном в подарок дали. Сказали, девочки такое любят. Не понравился? Могу другой купить.

— Не надо мне ничего! Снова потом тыкать будете, что потратились?! И заставлять раздеваться при всех домочадцах?

— Ань...

Глеб накрывает мою руку своей, а я отползаю по кровати. Но он не оставляет меня. Обнимает за талию и подтягивает к себе.

— Так вот в чем дело, — выдыхает он, и я чувствую исходящий от него запах хмеля. — Ты все не так поняла. Я переборщил, не спорю. Но не стал бы тебя так унижать.

Он поглаживает мою щеку, и мне снова хочется ему верить.

— Лара домой так и не вернулась. Надежда уже закончила работу и ушла, — словно оправдываясь, шепчет он.

— Вы снова пили? — решаюсь спросить, ловя его руку на своем лице.

Он тяжело вздыхает и целует мою ладонь.

— Мгм.

— Зачем?

— Потому что понял, что не справляюсь.

— Это из-за меня? — Чувство вины вполне ясно дает о себе знать.

— Нет, невеличка. Из-за меня. Твоей вины здесь нет. Это я сам с собой разобраться не в состоянии.

Чувствую, как он поднимается с кровати и отпускает мою руку.

— Спокойной ночи, Анют.

Слышу, как усталые шаги отдаляются к двери, и понимаю, что не хочу, чтобы он уходил.

— Я не хотел тебя обидеть, девочка, — вдруг добавляет Глеб. — Кажется, мне просто в любом моем состоянии стала невыносима мысль, что однажды ты оставишь меня...

У меня екает сердце. Что это значит? Только не надумай себе опять чего, глупая!

— Глеб, — сдавленно шепчу я, еще толком не успев подумать над тем, что собираюсь сказать. — Вы могли бы... остаться со мной? Только сегодня...

Ответом мне служит хлопок двери.

Закусываю губу и откидываюсь на подушки. Ну почему я такая идиотка?! Может, у меня во время аварии еще и мозг повредился? Ну с чего бы ему вдруг хотеть быть со мной? И что я там себе представила? Жили долго и счастливо и умерли в один день?

Вообще удивительно, что он может даже просто хотеть такую, как я! И каких сил стоило предложить ему себя, даже зная его желание... В сознании непрошено всплывают воспоминания о сегодняшних «происшествиях».

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍