Дан - Игорь Хорт

— Ты куда? — Вскочил на ноги молодой и вытащил из ножен кинжал, его примеру последовал и второй помощник Хромого. — Тебя пока ни кто отсюда не отпускал.

— Двадцать пять золотых с тебя за оскорбление. — Хромой поднялся на ноги и уже не выглядел таким спокойным. На его лице сквозило бешенство.

— Это что вооруженный грабеж? — Засмеялся я в лицо твоих бандитов. — Меня позвали поговорить, а теперь что хотят ограбить? — Отсмеявшись, спросил я у Хромого. — Ставки налога растут как на дрожжах? Тут что, кто сильнее тот и прав?

— Да. — Хромой попробовал нанести мне удар, два его помощника кинулись на меня с кинжалами, правда, у них это не получилось.

Мой прямой удар в лицо правой сбил с ног молодого. Мгновенный удар в пах второму бандиту ногой отбил у того желание думать о чем-то, кроме своего здоровья. От удара Хромого, не пришлось даже уворачиваться, я просто отступил назад и, ухватившись за его руку, дернул его на себя, с уходом вправо. Хромой перелетел через отделяющий нас стол и грохнулся у меня под ногами. Борн попробовал подняться, но удар ногой в висок прекратил его безуспешные попытки.

— Хромой, если тут кто сильнее тот и прав, то тебе придется самому поделится деньгами со мной. — Обратился я к Хромому, в полной тишине трактира.

Посетители замерли, от неожиданности. Три бандита в плачевном состоянии за пять-шесть секунд. Такая короткая расправа не могла уместиться в их понимании, ведь еще несколько секунд численный перевес и вооружение бандитов превосходили мое. Один даже открыл рот в удивлении.

— Ты заплатишь за это. — Поднял голову Хромой.

Я наступил ему на руку, которой он хотел подобрать кинжал Борна, перенеся весь вес своего тела на нее (раздался хруст ломающихся костей пальцев) произнес:

— Возможно, но сейчас тебе надо платить. Быстро все оружие и деньги к осмотру! — Злым, очень тихим голосом произнес я.

Голос оказал на Хромого отрезвляющее действие. Под ноги мне упал кошель, меч и кинжал Хромого. Я спокойно поднял имущество и положил его на стол. Борн так и не пришел в сознание, поэтому его кошель, меч и кинжал я просто снял с него вместе с его поясом.

— Остался ты, мой безымянный друг. — Обратился я к бандиту, лежавшему с прижатыми к промежности руками. Мне сломать тебе что-нибудь или ты сам отдашь кошель и меч? — Ласково улыбнулся я третьему разбойнику.

— Сам.

Пояс с мечом и кошелем оказался у меня.

— Хромой, думаю, ты догадываешься, что тебя ждет, если я тебя еще рас встречу с твоими друзьями на своем пути? — Поинтересовался я у Хромого, лежавшего на полу.

Хромой кивнул, мол, понимает.

— Очень хорошо. Это относится и к твоим друзьям. — Я собрал кошельки в свой карман, стянул все мечи и кинжалы поясом и, забросив эту ношу на плечо, отправился к выходу из таверны.

На пристани Донь уже явно нервничала, когда я появился и сбросил трофеи на дно лодки: три меча и три кинжала.

— Дан, что ты так долго?

— Да, пришлось немного поболтать с Хромым. — Я запрыгнул в лодку и начал отталкивать ее от пристани. — Теперь можно спокойно ехать назад. У хромого вроде нет к нам претензий.

— Ты им заплатил, — спросила меня Донь.

— Нет, они заплатили мне за то что оторвали меня от дел. — Я взглядом показал на оружие бандитов. — Три кошеля пришлось тоже забрать, их было трое. — Пояснил я количество кошелей, вытащенных из кармана и брошенных в небольшую походную торбу.

— Сколько там?

— Не знаю, не смотрел, — пожал я плечами.

Глава пятнадцатая

На остров мы вернулись через три часа. Я особо не спешил, да и Донь сидела, о чем-то задумавшись.

— Донь, что с тобой? О чем ты задумалась? — Спросил я Донь.

— Да, ни чего особенного, Дан. Я просто вспомнила тетку Варвару. — Донь улыбнулась мне. — Когда наш хутор сгорел, я осталась одна в живых. Вместе с беженцами я попала в «Речной». Варвара сразу меня признала. Я ведь тоже тогда была такой же. «Дар» мне передала моя бабка. Я тогда и не поняла, что она шептала, но Варвара была в курсе. Она сразу забрала меня к себе. Может, Варвара и была плохой для всех, но для меня она была, хоть и строгой, но теткой.

— Понятно. — Я кивнул на девушку сидевшую во второй лодке. — Куда мы ее поселим?

— Я думаю надо убрать стол от печки, там сколотить кровать. Мы можем читать и заниматься за тем, на котором едим. Книжная полка пусть там и остается.

— Я тогда разберу стол и сколочу ей из него кровать — Согласился я.

— Хорошо, я сразу погоню ее мыться в бухту. Сразу пусть все свое перестирает, не дай бог вшей целый воз у нее. — Размышляла вслух Донь. — Надо потом расспросить ее, кто она и откуда. Видишь, сидит, пригорюнилась.

Когда пристали к острову, быстро разгрузились и перенесли все в кладовую. Девчонка помогала, как могла, но она настолько исхудала и обессилела, что едва волочила свои ноги. Когда я вытащил лодку на берег и понес последний мешок. Донь с девушкой остались на берегу. Я сразу занялся переделкой стола в кровать и к тому моменту, когда девушки пришли, ее закончил.

Вспомнив про кошельки бандитов, я пересчитал деньги, оказалось не так и много, в трех кошельках было семьдесят два золотых, сто тридцать серебра и пригоршня меди. За этим занятием меня застали девушки, вернувшиеся после купания в бухте.

— Донь, примерно семьдесят три золотых. — Ответил я на немой вопрос девушки. — Итого у нас сто двадцать семь золотых, вместе с нашей выручкой. Это за неполных двадцать дней.

— Не плохо. — Улыбнулась мне Донь. — Ты, я так понимаю, обобрал Хромого и его помощников?

— Они бросились на меня с ножами. Пришлось успокоить и забрать деньги и оружие.

— Будут проблемы, нам это так просто не спустят. — Нахмурилось Донь.

— Поживем, увидим, но обирать бандитов, мне кажется выгоднее, чем целыми днями коптить рыбу и мясо. — Усмехнулся я. — Хотя одно дело избить и обобрать в ответ на их нападение, другое убивать из-за денег. Тогда мы ни чем не будем отличаться от них.

Я посмотрел на наше приобретение, внимательно слушающее наш с Донь разговор, девушка выглядела теперь лучше. Волосы она промыла, надела платье Донь, но была такая же худенькая и маленькая. Ее скуластое, с правильными чертами лицо и большими черными глазами, с длинными ресницами не было лишено очарования. Платье Донь, висело на ней как на вешалке.

— Как тебя зовут? — Спросил я девушку, смутившуюся под моим взглядом, склонившую голову и покрасневшую.

— Дан, ее зовут Зари. — Донь представила мне девушку. — Старые тряпки пришлось сжечь, я отдала ей свое платье, все равно оно мне уже маленькое. Вещи ее я сожгла, да и не было у нее почти ни чего.