Доктор Кто. Ловушка Доктора - Саймон Мессингем

Доктор опустил звуковую отвертку. Из глубины базы донесся оглушительный рев: это исчезло звуковое поле, удерживающее монстра.

– Я иду, – сказал Доктор. – И ад идет вместе со мной.

И он шагнул во тьму.

Общество опасных вымирающих видов ударилось в панику. Доктор смешал все их планы, уничтожил все надежды. На что они только надеялись? Обхитрить Доктора? Что за безумие. Как они позволили Себастьяну одурачить их, почему поверили, будто смогут загнать Доктора в угол? Теперь у них самих не осталось выхода.

Они бежали.

Пробираясь к выходу, двое охотников столкнулись в тесном коридоре – и не раздумывая вонзили друг в друга клинки. Еще трое спустились на нижние уровни базы, где их без труда нашел склизкий питомец Себастьяна.

Только один из охотников смог сохранить ясность мышления. Он был то ли слишком самонадеянным, то ли слишком тупым, а потому верил, что все еще может победить в этой игре. Ему казалось, что следует просто подождать. Выждать подходящий момент.

Доктор решительно шагал по коридорам поддельного Снежного Пика. Он без колебания выбирал верный путь и ни разу даже не посмотрел в сторону.

Наконец он нашел Донну.

– Доктор? – Она лежала в одной из широких трещин на полу, спеленатая энергетической сетью.

Доктор наклонился к ней. Его лицо скрывала глубокая тень.

– Ты выглядишь как-то странно, – сказала Донна, внезапно ощутив прилив страха.

Он расплылся в улыбке, только когда его лицо оказалось в луче света.

– Донна Ноубл, – сказал Доктор. – Я горд нашим знакомством.

Он перерезал сеть при помощи звуковой отвертки и помог ей подняться.

– Что ты сделал? – поинтересовалась Донна.

– Расформировал Общество, – пожал плечами Доктор.

Она порывисто его обняла – хотя сама не до конца понимала, зачем это делает.

– И что теперь? – спросила Донна. – Соберемся вокруг лагерного костра и будем оказывать друг другу моральную поддержку?

Они пробирались через остатки Снежного Пика. Вокруг никого не было – даже монстр куда-то делся. (По крайней мере, Донна очень на это надеялась.) Они спускались все ниже, пока не нашли разгромленную лабораторию. На одном из обширных столов лежала глыба льда, и на полу уже образовалась лужа.

Донна сразу поняла, что здесь произошло. Вырвавшись из куба, существо решило пробиться наверх и проделало огромную дыру в потолке. Видно, заварушка была жаркой – во всей лаборатории не осталось ни одного предмета, который не выглядел бы безнадежно сломанным.

– А что случилось с учеными? Ну, с ребятами, которые здесь работали?

Доктор вывалил на пол электронные внутренности покореженного компьютера, надел свои умные очки и опустился рядом на колени.

– Не было здесь никаких ученых. Только роботы. Игрушки Себастьяна. Он похож на испорченного мальчишку, который ломает игрушки просто потому, что в любой момент может купить в два раза больше. База Снежного Пика и ледяной монстр были лишь поводом заманить меня на это нелепое сафари. Червячком, соблазняющим заглотить леску. Или рыбу ловят на крючок? – Доктор потряс головой. – Что за дурацкая приманка. Я мог бы придумать миллиард менее сложных и куда более эффективных способов заманить меня в ловушку!

Донна присела на пол напротив кучи спутанных проводов.

– Что ты собираешь? Какую-то… штуковину, чтобы связаться с ТАРДИС?

Доктор отбросил устройство в сторону.

– Да нет, пытался поймать BBC. Все равно придется ждать, когда появится Себастьян. У меня есть к нему пара слов.

Должно быть, Доктор заметил, как разочаровали Донну его слова. Он с грохотом водрузил надтреснутую мензурку на валявшуюся тут же треногу, затем похлопал себя по карманам и извлек на свет бумажный пакетик.

– Поищи какой-нибудь воды, – попросил он, помахав пакетиком. – Я заварю нам чай.

Ночь текла медленно. Вообще-то, Донна могла только предполагать, что сейчас ночь. Это слово примерно обозначало, какое на базе время суток. В любом случае текло оно медленно.

– Кто такой Себастьян? – внезапно спросила она, когда Доктор, ворочаясь, разбудил ее в третий раз. – Я ведь совсем не знаю. Он сказал, что был ученым на Земле 1973 года. Вряд ли это так, да?

Доктор молча смотрел, как она потягивается, зевает и хрустит позвонками.

– Возможно, он действительно был ученым, – ответил он, когда Донна закончила это увлекательное занятие. – Когда-то. Но ты же слышала все эти легенды. На каждой планете есть своя история о Себастьяне и Планете 1.

– У меня нет. То есть у нас.

– Ладно, на каждой цивилизованной планете. Вы слишком заняты просмотром «Кулинарного шоу Джейми», чтобы обращать внимание на то, что происходит во Вселенной. Помнится, он как-то раз делал макаронную запеканку…

– Себастьян?!

– Джейми! О, я помню ту вечеринку в Тоскане…

– Доктор!

Доктор задумчиво поскреб подбородок.

– Не думаю, что даже Себастьян знает, кто он на самом деле. Думает, что знает, но это не так. Как-то он сказал мне: «Я ничего не принимаю на веру». Тогда я не придал этому значения, но, возможно…

– Ты о чем?

– Он попросту неспособен принять, что я мог поменяться местами с Барисом. Это выше его понимания. Везде искать скрытые планы… Ловушку Доктора. Я думаю, Себастьян в буквальном смысле неспособен принимать вещи на веру. Не так он сделан.

Повисла пауза. Кажется, Донна наконец уловила его мысль.

– Сделан?

– Ну, мы все так или иначе из чего-то сделаны, – сказал Доктор. – Я не хочу об этом говорить, пока не буду до конца уверен.

– Что это за «ловушка Доктора»? Ее же не существует. Ты ее просто выдумал, да?

Доктор отхлебнул остывший чай.

– Конечно, ловушка существует.

– И что это?

– Мучительные сомнения. «Ловушка Доктора» – это навязчивая мысль, что другие знают что-то, чего не знаешь ты. Это уверенность, что над тобой одержали победу.

– Так это что-то, что другие знают, а ты нет?

– Нет. Ты лишь полагаешь, что они знают. Что тебя обхитрили. Ловушка Доктора. Я даже горжусь, что выдумал такое отличное название!

– А что насчет двери в гостинице? – спросила Донна. – И кто тот другой человек, о котором ты говорил? Ну, который на самом деле за всем этим стоял?

– Я не говорил, что это человек. – Внезапно голос Доктора изменился, став преувеличенно загадочным. Доктор поднял голову к дыре, оставшейся от потолка. – Ну же, Себастьян! Это становится скучным!

Ничего. Молчание было таким выразительным, что Донне почудилось, будто она слышит завывание снежной бури, бушующей в двухстах метрах над ее головой.

– Тебе это нравится, – обвинительно сказала она, уже понимая, что права. Послышалось металлическое клацанье, и Донна вскрикнула: – Кто-то идет!