Чертополох и роза - Виктория Холт

Маргарита была прекрасна и желанна; оба они достигли зрелости, и ответить на порыв такой женщины не составляло труда.

Наконец королева оторвалась от молодого человека. Глаза ее были полузакрыты, казалось, она сейчас потеряет сознание от избытка чувств.

– Ангус… – прошептала она. – Дорогой мой Ангус. Ничто отныне не разделяет нас, клянусь.

– Ваше величество… Маргарита вскинула руку:

– Я поклялась. Я думала об этом очень долго. Они, конечно, попытаются нас остановить, но мы не позволим. Дражайшая любовь моя, ты не должен думать обо мне, как о своей королеве. Пусть никакие условности нас не разделяют! Как я жажду тебя! Нам надо пожениться сразу, немедленно!

– Ваше величество, долг велит мне…

– Не «ваше величество», а Маргарита. Я для тебя Маргарита теперь и навсегда. У нас будут противники, но я говорила с лордом Драммондом, и он все устроит для нас. Твой дед хитер и умен. Нельзя допускать никаких задержек. Скоро, любовь моя, мы будем в объятиях друг друга. – Она рассмеялась. – Как ты обманывал меня! Временами тебе удавалось сделать вид, будто ты совершенно безразличен ко мне. О, какой несчастной я тогда была! Но теперь все позади!

Она снова бросилась к молодому человеку и сжала в страстных объятиях. Что мог сделать Ангус, как не ответить? «Для этого нужно быть евнухом, а не мужчиной!» – утешал он себя. Маргарита была так прекрасна, так темпераментна и в довершение всего – королева! Пикантность ситуации поколебала бы и самого верного влюбленного.

Маргарита не давала Ангусу говорить – тотчас закрывала ему рот поцелуями. И кто посмел бы бормотать о своей любви к другой женщине, когда губы королевы прижимались к его губам? А потом Арчибальд не рискнул даже попытаться: как он мог сделать это, когда Маргарита призналась ему в своих чувствах? Заявить, что не разделяет их? И смертельно оскорбить королеву?

Маргариту переполняла благодарность к дедушке и дядям своего возлюбленного. Лорд Драммонд пообещал ей устроить тихую брачную церемонию, и королева со спокойной душой возложила на него эти проблемы. Племянник старика, Уолтер Драммонд, был настоятелем Данблейна и священником Киннула, и паре ничего не мешало тайно обвенчаться в церкви его прихода.

Маргарита жаждала выразить благодарность этим любезным господам и начала с назначения Гэвина Дугласа епископом Данкилда. Дядя Ангуса рассыпался в изъявлениях верноподданнических чувств, но королева ответила, что никогда не забудет его доброты и желала бы одарить его еще достойнее, намекнув, что, возможно, сумеет сделать примасом Шотландии.

Братья Дугласы и лорд Драммонд вновь встретились и поговорили. Драммонд ликовал.

– Видите! – восклицал он. – Епископство уже есть, обещан пост архиепископа! Уверяю вас, друзья мои, в скором времени Дугласы и их родня будут править Шотландией. Хорошо, что Ангус так молод – юнцами легче управлять. Но вы должны устроить этот брак, прежде чем о наших намерениях станет известно. Вы знаете не хуже меня, что в Шотландии есть люди, способные развязать гражданскую войну, лишь бы предотвратить то, что мы замыслили.

– Но, коли так… – нервно проблеял сэр Арчибальд; однако Драммонд не позволил ему говорить:

– Нет, сэр Трусишка. Мы играем по-крупному. И придется рискнуть пару раз. А если мы будем сидеть сложа руки, не сомневаюсь, королева с ее буйной кровью обойдется без нас.

Теплым августовским днем, менее чем через двенадцать месяцев после битвы при Флоддене, Маргарита вышла замуж за графа Ангуса в церкви Киннул.

Она и думать не стала о последствиях этого брака. Главное – этот юный красавец, так долго занимавший все помыслы, наконец-то стал ее мужем.

Единственным желанием Маргариты было отдаться всепоглощающей страсти.

Позже королева решит, как объяснить все это своему народу.

Глава 7

ПОКИНУТАЯ КОРОЛЕВА

Маргарита была счастлива так же, как в первые недели после свадьбы с Яковом. Ангус не показывал жене, что его влюбленность куда менее глубока. Вдобавок молодожена захватила волна маргаритиной чувственности – она скопила огромный опыт, прожив столько лет с изощренным в любви Яковом IV, и теперь могла очень многому научить, а молодой Дуглас, человек довольно темпераментный, оказался примерным учеником. В эти недели было бы весьма неловко думать о Джейн Стюарт, и он приложил все усилия, чтобы забыть ее. Ангус обнаружил, что повзрослел: он больше не был юным романтиком и стал понимать, как мудро поступили его дедушка и дяди, настояв на этом браке.

Маргарита так безумно любила мужа, что чувствовала себя счастливой только рядом с ним, и обещала все, чего бы Ангус пи пожелал, осыпая его подарками. «Я хочу дать тебе все, что захочется, в обмен на те наслаждения, которые ты мне даришь», – шептала она.

Ангус отвечал, что Маргарита сама доставляет ему стократ больше наслаждений. И лишь временами он чувствовал легкие угрызения совести, вспоминая о Джейн.

«Она поймет», – утешал он себя. Королева настояла на этом браке, а никто не может ослушаться королевского приказа.

Тайна, окружавшая их брак, придавала ему дополнительную прелесть. Маргарите казалось, будто она обрела вечное счастье, но было глупо надеяться, что подобный секрет можно хранить долго.

В октябре подвернулась возможность назначить Гэвина Дугласа примасом Шотландии, и Маргарита, не задумываясь, отдала этот пост дяде любимого мужа.

Знать недовольно загомонила. Почему королева оказала столь высокую честь до сих пор, в общем, ничем не примечательному прелату? Совсем недавно она вручила скромному священнику епископство Данкилд. Чем он это заслужил? Старый Кот-с-Колокольчиком в свое время возглавил немало мятежей. Так неужели они допустят, чтобы клан Дугласов вновь рвался к власти?

Всем стало ясно, что есть некая причина, по которой клан Дугласов вдруг попал в такую милость.

Понадобилось совсем немного времени, чтобы раскрыть тайну, и тогда спешно созвали Совет. Собравшиеся лэрды не скрывали ярости. Для них и для Шотландии было оскорблением, что королева вышла замуж, ни с кем не посоветовавшись, а то, что она выбрала графа Ангуса, окончательно накаляло страсти. «Что возомнила о себе эта Тюдор? – гневались члены Совета. – Право па корону принадлежало ей исключительно благодаря браку с Яковом Шотландским, а эта женщина, не выждав и года после его смерти, бессовестно вышла за другого».

К собранию обратился лорд Хьюм.

– До сих пор, – сказал он, – мы выказывали полную готовность чтить королеву, хотя правление женщины идет вразрез с обычаями пашей страны. Но поелику наш возлюбленный король и суверен Яков IV передал жене регентство, мы позволили ей оставаться у власти. Это было терпимо, пока королева хранила вдовство, но теперь она больше не вдова. Я предлагаю отстранить королеву от регентства и вновь обратиться к герцогу Олбани с просьбой приехать в Шотландию и стать регентом. Кроме того, я предлагаю вызвать сюда королеву, дабы мы могли выразить ей недовольство.