Черные стрелы (СИ) - Игорь Конычев

 Ухватившись рукой за бревенчатый угол одного из домов, мужчина резко свернул, одновременно разворачиваясь, пригибаясь и выставляя оружие прямо перед собой. Не успел охотник и глазом моргнуть, как преследовавший его измененный налетел грудью на клинок, удивленно воззрившись на погруженное в его плоть тускло сверкающее лезвие.

 Это был деревенский кузнец Тугр. Как успел заметить Тенро, его нынешний противник пал от клыков и когтей черного медведя, видимо, сражаясь в первых рядах защитников. В голове измененного кузнеца зияли страшные раны от когтей, а грудь, чуть выше того места, где ее пронзил меч, была разворочена так, что были видны белеющее кости.

 Скрюченные пальцы Тугра метнулись к шее охотника. Мертвого кузнеца не заботило то, что он еще глубже насаживается на холодную сталь. Выпустив рукоять меча, Тенро отступил на шаг, избегая когтей измененного и, рванув из заплечных ножен второй меч, одним мощным ударом обезглавил кузнеца.

 Вытащив оружие из оседающего на землю тела, охотник снова вынужден был защищаться от женщины с обглоданным лицом, налетевшей на него словно обезумевшая кошка. Ее когти дважды успели достать Тенро, нанеся ему неглубокие, но болезненные раны на груди. Зашипев от боли, бывший разведчик изловчился и, ударом снизу вверх, отсек измененной одну руку почти по локоть, обратным движением перерубив еще и ногу.

 Слева послышались быстрые шаги зверя, но тень волка пронеслась мимо Тенро, скрывшись в тумане, как раз в том направлении, куда нужно было и самому охотнику.

— Ульн! — Неприятная догадка встряхнула охотника и, возможно, только мысль о том, что добрый пилигрим попал в беду, не дала Тенро провалиться в туманный омут.

 Третья попытка подчинить его сознание оказалась не в пример сильнее предыдущей. Тело мужчины скрутило так, что еще бы чуть-чуть и кости не выдержали бы. Из груди разом пропал весь воздух, уши заложило, а из носа сорвались первые капли крови. Тенро почти что замер, но его неожиданно и для самой себя, спасла обезображенная измененная — ее когти впились охотнику в ногу и вспышка физической боли, на миг вытеснила из сознания охотника все остальное.

 Словно откуда-то из-под воды, мужчина услышал хриплый крик и сразу же узнал голос Ульна.

— Не сдамся! — сжав рукояти клинков так, что заскрипели костяшки пальцев, Тенро оторвал ногу от земли, чувствуя, как та вцепляется ему в подошву.

 Еще одно усилие и охотник сделал второй шаг. Когти измененной покинули рану на ноге, и новая вспышка боли окончательно отрезвила Тенро. Благодарностью твари тумана стал быстрый удар наэрского клинка и, не успела отрубленная голова откатиться от обмякшего тела, как охотник сорвался с места, жадно глотая ртом так необходимый ему сейчас воздух.

 На пилигрима он наткнулся довольно быстро. Полный мужчина катался по земле, пытаясь сбросить с себя измененного волка, терзавшего рукав его просторного одеяния. Даже задыхаясь, Ульн молился, но слова молитвы сменялись криками, когда клыки твари задевали его плоть.

 Тем не менее, боль не могла сломить веру этого мужчины, защищавшую его разум от воздействия тумана. То, что неподготовленный человек продержался здесь так долго, удивило Тенро. Он не надеялся найти Ульна живым и уже готов был уничтожить то, во что должен был превратиться пилигрим.

 Но этого не случилось.

 Порядком покусанный, истекающий кровью, но вполне живой Ульн, сейчас в очередной раз попытался отпихнуть морду измененного волка от своего бледного лица. Ему это удалось, но острые зубы клацнули в опасной близости от мясистого носа.

  Новая попытка полакомиться человечиной определенно удалась бы измененному зверю. Однако Тенро имел другое мнение на этот счет. Не дожидаясь неоспоримой кончины пилигрима, охотник подскочил к нему и ударом ноги опрокинул терзающего человека волка на бок. Прежде чем тварь успела подняться, Тенро одним клинком пригвоздил ее к земле, а другой вогнал в пылающий злобой глаз.

— Вставайте. Быстрее!

 К удивлению Тенро, вскочивший на ноги Ульн едва не разбил ему нос неожиданным ударом.

— Я больше не дрогну перед тобой, отродье тьмы! — Размазав по лицу собственную кровь, пилигрим сжал кулаки и вновь попытался достать ошеломленного охотника.

 Однако подобные вещи не проходили дважды с тем, кто раньше служил в «черных стрелах». Среагировав практически мгновенно, Тенро поднырнул под удар, вбив рукоять меча точно в объемистый живот неожиданного противника.

— Не время дурить, жрец! — Едва успев убрать мечи в ножны, охотник отвесил пилигриму звонкую оплеуху, после чего подхватил его под руку и потащил за собой.

— То есть ты… живой, да?! — Отхаркиваясь, выдавил Ульн. — Хвала Альтосу!

— Если не хотите вскорости встретиться со своим богом, перебирайте ногами быстрее. — Вес у пилигрима оказался далеко немаленький и Тенро быстро уставал. Да и тени, заскользившие вокруг, не предвещали ничего хорошего.

— Я…

— Заткнитесь и шевелите ногами! — Резко оборвал свою ношу охотник.

 Тенро никогда не был слишком раздражительным или же озлобленным, но давление тумана пробудило в нем эти черты и теперь ему стоило огромного труда держать себя в руках. К тому же скоро духи вновь попытаются взять верх над телами людей, и это обстоятельство отнюдь не способствовало спокойствию.

 Удивительно, но Ульн самостоятельно почти добрался до дома Линны. Измененный волк настиг его, когда пилигриму оставалось пройти всего лишь пару дворов.

 Когда крыльцо нужного дома было на расстоянии вытянутой руки, туман вдруг сгустился вокруг мужчин. Голова Тенро наполнилась множеством сладостных голосов, обещавших ему покой и тишину, убаюкивающих и манящих.

  Когда охотник, усилием воли, отогнал наваждение прочь, ему на смену пришла дикая боль, пронзившая каждый дюйм человеческого тела крошечными ледяными иглами. Застонав, Тенро едва не рухнул на колени и боль, почувствовав его слабость, откатилась, подобно волне, сменившись волнующими голосами. Кажется, Тенро различил в этом нестройном хоре голос собственной матери, а потом и увидел ее. Она стояла совсем рядом и протягивала к сыну руки.

— Этого… не может быть, — прохрипел Тенро, силясь сопротивляться, но он против своей воли начал тянуться к нежно улыбающейся матери. — Нет! Я не поддамся твоим чарам! — Мужчина отдернул руку и услышал доносящиеся откуда-то сверху слова:

— … и даруй нам мудрость и благословение свое, — зазвучавший рядом голос заставил силуэт матери Тенро пойти рябью, будто тот проступил на воде.

— Защити нас, ибо сами мы слабы. Веди нас, ибо без тебя мы слепы. Дай нам сил, ибо немощны мы в своем невежестве! — Голос становился все громче и увереннее.