О возвышенном - Бхагаван Раджниш

Я хочу, чтобы ты полюбил себя, ибо лишь через любовь на нас нисходит покой. Я хочу, чтобы ты полюбил себя всего, таким, каков ты есть. Это не означает, что тебе больше не нужно расти, — наоборот, как только ты примешь себя таким, каков ты есть, произойдет невероятный взрыв, ибо вся энергия, которая была вовлечена в твой внутренний конфликт, внезапно оказывается в твоем распоряжении. Это делает тебя более сильным, это делает тебя более разумным, это делает тебя более внимательным, это делает тебя более живым. Это создает твою душу.

Месяц двенадцатый, день восьмой

Думанье — от головы, от ума. He-ум открывает совершенно новое измерение — все мысли исчезают, и приходит безмолвие. Ты полностью остановился, ничто не движется, все застыло. Время остановилось, и ты — в настоящем. Это великое мгновенье, самое живое мгновенье всей твоей жизни: ты нашел себя. И это привносит бунт в твою жизнь. Ты — новый человек, ты — родившийся заново человек, тот, старый человек, умер. Ты даже не продолжение того человека, каким ты был прежде, ты не улучшенная его версия. Тот, старый человек, просто испарился.

Тогда, что бы ты ни говорил, что бы ты ни делал, — ты бунтуешь. Лишь немногие люди могут понять тебя. Толпа не понимает. Толпа против тебя. Она всегда против медитирующих. Она всегда боялась людей, подобных Иисусу, Сократу, Мансуру. Толпа убивала их, ей невыносима мысль о том, что человек способен достичь такой высоты. Признать величие другого человека — значит согласиться с тем, что ты сам живешь в потемках. Это унизительно.

Единственное, что может сделать толпа для поддержки своего эго, — это убрать такого человека со сцены, ибо само его присутствие говорит о том, что все остальные делают не то, что им следовало бы делать, что они не стали теми, какими должны были бы стать. Само присутствие такого человека напоминает людям, что они упустили свои возможности. А это не прощается.

Месяц двенадцатый, день девятый

Религия породила страх перед любовью. Поэтому монахи жили отдельно от монахинь, а монахини жили отдельно от монахов. Они все страшно боялись. Один католический монастырь на горе Атос… он существует до сих пор, ему тысяча лет, и за тысячу лет ни одна монахиня не ступила на его землю. Туда не допускают даже шестимесячных девочек, что уж тогда говорить о женщинах! Что за люди живут за стенами этого монастыря? Монахи? Чудовища? Они не допускают туда даже шестимесячных девочек! Они, должно быть, закипают! Они, наверное, сидят на вулкане сексуальности.

Монахам этого монастыря не позволяют выходить наружу. Как только монах попадает в монастырь, путь назад для него отрезан. Монастырь имеет вход, но не имеет выхода. Итак: во-первых — религия создала этих глупцов, лишенных любви, лишенных корней, лишенных земли, лишенных жизни; и во-вторых — эти глупцы стали непродуктивными, ведь без любви нет творчества, без присутствия в мире нет творчества. И это настоящее бедствие. Миллионы людей, способных творить, способных сделать мир лучше, чем он сейчас есть, оказались взаперти. Я пытаюсь положить конец этой бессмыслице. Довольно! Время пришло! Мы должны создать новый тип религиозного человека, религиозный человек должен знать, что такое любовь, что такое творчество!

Месяц двенадцатый, день десятый

Если тебе удастся подавить все, что разрушает покой в твоей душе, ты все равно не станешь хозяином ситуации, ибо это неестественное состояние: ты станешь рабом того, что подавил. Подавление не сделает тебя хозяином. Это необходимо понять: подавление сделает тебя рабом.

Человек, подавляющий половое влечение, становится извращенно сексуальным — куда более сексуально озабоченным, чем если бы он жил нормальной половой жизнью. Все его мысли и мечты будут о сексе — больше ни о чем. Для этого человека секс становится самой соблазнительной вещью на свете — ведь он подавил свое сексуальное чувство и теперь оно непрерывно стучит в его сердце: «Освободи меня!» Оно усиливается день ото дня и пытается прорваться наружу, если не через парадную дверь, то через заднюю. И тогда начинаются извращения — гомосексуализм, лесбийская любовь… имеет ли все это хоть какое-то отношение к религии?

Репрессивная религия сама создает все эти вещи, и она же и осуждает их. Проблема в том, что чем больше ты что-то подавляешь, тем сильнее ты этого боишься, и чем больше ты этого боишься, тем сильнее ты это подавляешь… и осуждаешь. Получается порочный круг, и ты, вращаясь в этом круге, начинаешь набирать обороты.

Чтобы стать хозяином своего внутреннего мира… ты ничего не должен подавлять, ты должен пытаться все понять. Мастерство приходит через понимание. Это и есть магия понимания: то, что ты понял, уже не имеет над тобой власти.

Месяц двенадцатый, день одиннадцатый

Ребенок приходит в этот мир безмолвным. Он — чистый лист. В этом его красота, его прелесть — в нем музыка безмолвия? Но мы пичкаем его религиозной идеологией, политической идеологией. Мы отравляем его честолюбивыми идеями. Мы создаем в нем желания, мы прививаем ему стремление к соперничеству, мы учим его кому-то подражать. Мы говорим ему: «Послушай, ты должен быть таким или этаким; ты должен стать президентом или премьер-министром; ты должен стать самым богатым».

Каждый отец и каждая мать хотят, чтобы их ребенок стал великим. Каждый родитель хочет, чтобы его собственные нереализованные желания реализовались через ребенка. Сам он не смог их реализовать. Желания вообще невозможно реализовать. И ничего тут не поделаешь — такова природа вещей, таковы законы жизни.

Каждый ребенок является в мир здоровым и целостным и мы тут же начинаем его калечить. Все человечество существует неправильно, в корне неправильно. Вся система образования политизирована, религия политизирована. Религия — это та же политика: от тебя требуют, чтобы ты достиг рая, в мире ином ты должен стать преуспевающим человеком.

Никто не учит тебя, что ты должен освободиться от всей своей начинки, что ты должен прийти к пустоте, в которой расцветает абсолют.

Месяц двенадцатый, день двенадцатый

Каждый ребенок невинен, но он не осознает этого. Он — невинен, но лишен сознания. Разница между Христом и ребенком заключается в следующем: оба они невинны — там, где речь идет о невинности, оба они находятся в одном пространстве, — разница в сознании. Если невинность бессознательна, она будет утрачена. Ты не сможешь сохранить ее надолго в этом плутовском мире. На базаре тебе придется быть плутом.

Тебе приходится обучаться плутовству — для этого существуют школы, колледжи и университеты. Истинное образование еще только должно прийти в мир — его еще нет.

Образование должно помогать тебе становиться сознательно невинным. Но пока что оно лишь разрушает твою невинность. Вместо того чтобы помогать тебе, оно тебе вредит. Конечно же, считается, что все это ради твоей же пользы, но о дереве судят по его плодам. То, что в мире такой хаос, такой бедлам, разве не доказательство? Все это — продукт нашего образования, цивилизации, культуры.

Образование должно щадить, уважать, охранять твою невинность, ибо она — дар Божий. Невинность бесценна; нет ничего более ценного, чем невинность. Из невинности рождается любовь, блаженство, Божественное; из невинности рождаются все высшие ценности. Чтобы защитить невинность, необходимо ее осознать. Вот зачем нужна медитация: она создает в тебе осознание, и твоя невинность выходит из тьмы на свет.

Месяц двенадцатый, день тринадцатый

Мы оказались не способными создать общество, которое позволило бы разуму достичь своей вершины. Мы все еще живем в примитивном страхе; мы все еще живем с тысячью табу и предрассудков. Медитация позволяет тебе освободиться от этой чепухи, навязываемой обществом. Когда твое зеркало очистится, ты сможешь отражать мир таким, каков он есть.

Бог — одно из многих имен этого мира. Как только слои пыли, покрывавшей твое зеркало, будут сметены, ты будешь отражать бытие таким, каково оно есть. Тогда бытие найдет в тебе отклик — ты откликнешься впервые.

Месяц двенадцатый, день четырнадцатый

Искусство медитации существует для того, чтобы принести тебе покой, безмолвие, радость. Происходит чудо — все это захлестывает тебя. Медитация лишь устраняет барьеры. Она убирает камни, и поток струится. Как только ты осознаешь, что этот поток не имеет ничего общего с наружным миром, ты обретаешь независимость, ты обретаешь свободу — ты ни от кого не зависишь, ты можешь возрадоваться в своем одиночестве. Твое одиночество становится светлым, в нем нет страдания. Это радостное, пляшущее, поющее одиночество, исполненное красоты, музыки и поэзии.

Месяц двенадцатый, день пятнадцатый

Все религии эксплуатируют человеческую трусость — они пугают тебя. Когда ты испуган, когда ты дрожишь от страха, тебя легко эксплуатировать, тобой легко манипулировать. Священники говорят тебе: «Не бойся. Мы защитим тебя, мы будем молиться за тебя. Ты должен делать то, что мы от тебя хотим, и тогда мы проследим, чтобы твоя душа попала в рай. Но если ты не послушаешься нас, твоя душа обязательно отправится в ад».