Беспринципные, циничные, и уродливые - Андрей Арсланович Мансуров

хорошо и тщательно пытавшиеся защититься от них — мертвы. А уж — мнительность ли это, или нет — покажет исследование Матери. И вот ещё что. Мать! Плевать на безопасность и «желание ознакомиться с обстановкой воочию»! Подгони челнок прямо сюда. И обработай-ка нас получше.

— Собственно, он и сейчас над вами. Просто в режиме «невидимости». — над головами, в сотне метров возник челнок, — А насчёт «обработать» — я как раз собиралась предложить. Потому что все необходимые реактивы и аппараты на месте.

Джо осмотрелся: действительно, периметр полусферы прозрачнейшей пластиковой термоустойчивой плёнки вокруг входного люка действительно щетинился. Аппаратами и баллонами.

— Ладно. Давай, поджаривай.

«Обработка» ослепительными плазменными струями из сопел горелок-форсунок длилась не больше десяти минут. Затем последовали облака аэрозоля из баллонов, и облучение ультрафиолетом из софитов. Мать соизволила смилостивиться:

— Ну, если там, в палатке, сейчас кто-то выжил, кроме особей в скафандрах высшей защиты, то я — курайский хомячок!

— Вот: видишь?! До чего доводит долгое общение с тобой. Компьютер начинает пытаться острить и прикалываться. Причём — очень тупо.

Джо посчитал ниже своего достоинства огрызнуться на старую подколку. Сказал:

— Мать! Лебёдка челнока работает? А то лезть по трапу я уже не смогу.

Лебёдка действительно работала, и за пару минут втянула на высоту ста метров, на которых Мать удерживала челнок, и скутер, и обеих напарников.

— Я предупреждала. Повторную обработку буду производить усиленную.

— Ладно, ладно — …рен с ним, что повторную — только бы нам не «вымереть», как эти бедолаги там, внизу… — Джо на самом-то деле вовсе не чувствовал раздражения, которого постарался подпустить в голос. Да и Пол, подставляя бока в тамбуре челнока под тугие струи и капли аэрозоля-дезинсектанта, щурясь от ослепительного света бортовых софитов, плюс пережидая весь традиционно-неприятный и муторный процесс наружной чистки, не ворчал, как обычно, что «Материнская перестраховочка рано или поздно нас доконает!»

Спустя полчаса интенсивной обработки, в процессе которой им даже пришлось лечь на спину, чтоб манипуляторы шлюза могли обработать и подошвы, они только кряхтели, да вяло перекидывались дежурными приколами, (Всё-таки подъём по шахте отнял много сил!) их впустили наконец внутрь челнока. За скутер Джо не волновался: в его ангаре точно такие же средства дезинфекции.

До «Чёрной каракатицы» долетели через десять минут, и здесь обошлись уже без «чистки».

— Н-ну, где тут спрятаны особо ценные биологические экспонаты? — с потолка спустились два весьма плотоядно потиравших друг друга манипулятора.

Джо, позаботившийся, как и Пол, все добытые причиндалы тоже — извлечь, и подставить под струи и излучения ещё в шлюзе, протянул руку с контейнером. Металлический цилиндрик забрали, и по цепочке манипуляторов передали в лабораторный бокс: к электронному микроскопу. В лабораторию же прошли и напарники.

Спустя полчаса усиленного изучения Мать смилостивилась:

— Ну ладно. Посмотрите и вы.

Первым к окуляру приник Пол. Сказал, когда смог подобрать отвалившуюся от удивления челюсть, только:

— Твою ж мать!..

Джо невежливо оттёр партнёра от прибора:

— Хватит наслаждаться ужасами в одиночку. Я тоже мечтаю о новых ночных кошмарах. Пусти-ка.

Да, «насладиться» нашлось чем!

Странной формы микросущества, очень похожие на мутировавшие вирусы гриппа, оказались живы и спустя долгие четыреста лет! Более того: они активно двигались по питательному бульону, в который Мать их поместила, и нагло пожирали и уничтожали все остальные, запущенные для проверки, бактерии, вирусы, бациллы, и просто — клетки.

— Универсальные, так сказать, вирусы. Могут питаться всем, что имеет органическое происхождение. В том числе, разумеется, и вами. — Мать таким образом предупредила вопрос Джо, который уже открыл было рот.

— Чёрт. Но… — Пол запустил руку снова в ежик волос, — Как эта хрень попала к ним туда?! Ведь эти люди же были… Если мне позволят так высказаться — герметично закупорены! И имели целую систему шлюзов и средств обеззараживания.

Для как раз — предотвращения!

— Эта «хрень», как ты выразился, и не попадала к ним снаружи.

Они сами её и вывели. И даже не расшифровывая содержимое доставленных вами компов, могу смело сказать: для борьбы с летающими тварями. Эти люди вывели их уже находясь внизу, в Бункере. В-основном для того, чтоб пожирать эластичную плёнку баллонетов летучих монстров. Быстрее, чем та заращивала бы дыры. И для блокирования размножение её клеток. Организмы супер-вирусов по-своему… Уникальны.

Как уникальны и существа, против которых они должны были… Как же мне их обозначить-то… О! Вот: кстати! Назову-ка я этих дирижаблей — Сифонофорус Мадрениус. То есть — как первооткрывательница — в свою честь! А вот вредоносные и смертельно опасные вирусы можете назвать сами — уже в свою честь.

— Смотри, Джо: до чего доводит даже самый лучший и скромный компьютер — мания величия и синдром вседозволенности! А так же вера в свою непогрешимость!

— И до чего же это?

— До традиций первопоселенцев северной Америки.

— Ну насчёт мании и веры — понятно. Но насчёт традиций…

— Ну как же! Это же они — кто первый увидел большое озеро, или, там, реку, или гору, или там просто утонул — так и назвал в свою честь! Маунт Билл! Потомак-ривер!..

Джо невесело похихикал, представив себе, как тот, кто «утонул» назвал реку или водопад в «свою честь». Но ответил:

— Мысль понятна. Ладно, я думаю, мы простим Матери этот маленький комплекс непризнанного географического гения. Или там — биологического. Мне, собственно, тоже надоело всех скотов и тварей, которых мы открываем, называть — скотами и тварями. А так — хоть что-то конкретное. Как, говоришь? Сифилисфорус Матрёникус?

— Сифонофорус Мадрениус. — по тону Матери Джо понял, что та обиделась.

Он не придумал ничего лучше, как буркнуть:

— Мать… Э-э… Извини в тысяча триста шестьдесят девятый раз. Шутка не слишком удалась.

— Ладно. Но смотрите: чтоб уж это — точно было в предпердпредпоследний раз!

— Договорились. И пошли взламывать софт.

Софт «взлому» поддался. И кристаллы основной памяти сохранились неплохо.

Мать просмотрела всё вначале сама — да оно и понятно. Это же у неё — тысячеядерный процессор, способный в тысячные доли секунды усвоить и проанализировать объём информации, который нормальный человек получает за год обычной жизни.

— Знаете что, чем разжёвывать и растолковывать, давайте я вначале просто вам покажу. Здесь есть видеозаписи.

Напарники, несколько напуганные непривычно серьёзным тоном их главного компьютера, уселись перед центральным экраном рубки. Мать даже выключила свет.

На экране появился лес. Вернее, то, что это — лес, можно было только догадываться. Потому что в тучах пыли и трухи видно было плохо. Но можно было домыслить, что располагавшиеся вокруг оператора с видеокамерой монументальные замшелые стволы в три обхвата,