Меченый смертью. Том 5 - Валерий Юрич

— Потому что вино здесь, а не там! Хам! — воскликнула Елизавета Михайловна, поднимаясь с кресла и гневно сверкая глазами. — Я не хочу больше находиться с вами в одной комнате, мерзавец! Когда проснется Михаил Петрович, я ему поведаю про ваше вопиюще неприличное поведение. Про то, как бесстыдно вы меня домогались своими похотливыми взглядами и обозвали меня воровкой!

Баронесса схватила бокал и сделала еще один нервный глоток. Потом она в гневе оглядела стол, схватила пробку от бутылки и, демонстративно показав ее растерявшемуся от такого напора охраннику, истерично заявила:

— Выносить ничего нельзя, говорите⁈ Это я возьму с собой! И только попробуйте мне помешать!

Гордо вздернув подбородок, Елизавета Михайловна негодующе хмыкнула, повернулась к начальнику охраны спиной и неспешно покинула кабинет, хлопнув напоследок дверью.

— Истеричка! — процедил главный охранник сквозь зубы.

Он внимательно посмотрел на стол, где лежали листок бумаги и оставленная баронессой ручка. Удивленно вскинув брови и покачав головой, начальник охраны принялся обходить весь кабинет, проверяя целостность сейфов и секретных ящиков. Особое внимание при осмотре он уделил бюсту князя. Однако руками трогать его не рискнул, справедливо опасаясь, что включившаяся сигнализация разбудит генерал-губернатора.

Вернувшись к столу, он еще раз взглянул на лист бумаги. На нем красовался черновой набросок портрета князя Зубова. Выполнен он был очень мастерски и невероятно похоже.

— Ну и штучка, эта баронесса! — пробормотал он себе под нос. — Вертихвостка чертова! Умеет, однако, подход найти. Похоже, завтра будет тяжелый день.

Начальник охраны вышел из кабинета, решив, что сегодня уже не будет ложиться. Елизавета Михайловна ему явно не нравилась. За ней нужен глаз да глаз.

Гюрза знала, что он следит за ней. Следит сквозь стены, читает ауру и пытается выяснить, кто она. Этот мерзавец что-то заподозрил и теперь надо быть очень осторожной, чтобы не выдать себя.

Несколько месяцев назад с помощью невероятно сложных заклинаний Гюрзе изменили ауру. Случилось это в подпольной мастерской одного хитроумного чародея Парижа. Этот плут мог вытворять такое, что после его манипуляций тебя родная мать не узнает.

Однако переоценивать результаты этой дорогостоящей процедуры тоже не стоило. Начальник охраны генерал-губернатора был весьма опытным магом. Звали его Гектор. Именно он в прошлый раз нанес Гюрзе главный сокрушительный удар, лишивший ее большей части магических сил, а после отправил за ней своего верного пса.

Сейчас он ее не узнал. Пока. Но теперь он настороже. И значит Гюрзе нужно быть предельно аккуратной.

Чародейка улеглась рядом с князем Зубовым и, успокоив мысли, вошла в легкий транс, придав своей ауре цвет крепко спящего человека. После этого, углубив трансовое состояние, она начала осторожно аккумулировать из магического эфира силы, повышая свой и без того довольно весомый колдовской потенциал. Если дело дойдет до схватки, то ей понадобится чертова куча энергии и примерно столько же везения. Главное, чтобы не влипнуть во что-то серьезное в особняке князя. Тогда у нее не будет ни единого шанса.

Рано утром, когда по расчетам Гюрзы ее пробуждение уже не должно было вызвать особых подозрений, она открыла глаза. Грациозно выскользнув из-под одеяла, чародейка сходила в душ, привела себя в порядок, оделась и направилась в кабинет.

Князь Зубов тем временем все еще был отягощен беспокойным похмельным сном. После вчерашнего алкогольного угара его пробуждение обещало быть весьма тяжелым. И лучше, если в этот момент он будет один. Светить своей помятой физиономией перед прелестной баронессой он вряд ли захочет.

Когда Елизавета Михайловна вошла в кабинет, Гектор уже был там. Приняв надменный вид, баронесса холодно смерила его убийственным взглядом и молча прошла к своему рабочему месту.

Вчера князь Зубов, прежде чем натрескаться, поверхностно ввел ее в курс своих финансовых дел. Как он и обещал, для Елизаветы Михайловны в его кабинете был уже готов ноутбук с необходимым программным обеспечением. Накануне баронесса смогла только мельком просмотреть финансовые отчеты, так и не успев дойти до первичных документов. И сейчас нужно было исправить этот недочет. Свою роль Гюрза хотела отыграть идеально.

Она села за стол, открыла ноутбук и принялась за работу. Примерно через пять минут, она взяла из лежащей рядом пачки чистый лист бумаги и полезла к себе в сумочку. Копалась она в ней довольно долго. Потом нервно вытряхнула ее содержимое на стол и внимательно его изучила.

— Да где же эта противная ручка⁈ — наконец, не выдержав, воскликнула она.

— Вчера вы оставили ее на столе, мадмуазель, — раздался позади равнодушный голос.

— Вас забыла спросить, бесстыдник! — резко бросила она через плечо и нервным шагом двинулась за ручкой.

Вернувшись на свое место, баронесса стала собирать в сумочку разбросанное на столе содержимое. Добравшись до бутылочной пробки, она сделала вид, что хочет выбросить ее в мусорное ведро. Однако рука Елизаветы Михайловны задержалась на полпути. Баронесса злобно хмыкнула, глянув через плечо, и демонстративно засунула пробку обратно к себе в сумочку.

Час прошел за упорной работой. Елизавета Михайловна скрупулезно раскладывала по полочкам все финансовые операции князя Зубова и резюмировала свои выводы на листке бумаги. Ей было предельно ясно, что это только вершина айсберга. К части, скрывавшейся под водой, никто ей доступа не даст. Баронесса осознавала, что сейчас ее могут банально проверять на компетентность. В предоставленных данных была хорошо спрятана одна утечка. Елизавета Михайловна обнаружила ее к исходу часа. Если это все, что от нее требовалось, то князь ее весьма недооценивает. Хотя, с другой стороны, все эти цифры и отчеты могли быть простой фикцией и служить лишь ширмой для того, чтобы затащить ее в постель.

По прошествии часа в кабинет вошел слуга и принес кофе с бисквитами. Баронесса оторвалась от работы и, смерив неприязненным взглядом Гектора, который упорно изображал статую у выхода из кабинета, принялась за легкий завтрак. Кофе — это именно то, чего ей сейчас так не хватало, чтобы почувствовать себя в форме. Зажмурившись от удовольствия, она пригубила бодрящего и ароматного напитка.

В этот момент дверь из спальни генерал-губернатора открылась и на пороге показался улыбающийся Михаил Петрович. Выглядел он несколько помято, но при этом был, как всегда, чисто выбрит, опрятно одет и весьма щедро надушен.

Как хорошо, что за спальней князя не ведется никакой слежки, подумала баронесса. В противном случае Михаил Петрович весьма бы расстроился, узнав, что вчерашние незабываемые постельные приключения были лишь искусно наведенной иллюзией.

— Добрейшего вам утречка, чудесная моя, Елизавета Михайловна. Как вам спалось? Надеюсь, вы всем остались довольны?