Богоборцы 2 (СИ) - Широков Алексей

— А что, если так? — с вызовом взглянула мне в глаза русская Бенедетти. — Тебе какая разница? Сиди жри молча!

— Не будь злюкой, — я не мог сердиться на ребёнка. — Хочешь совет? Подойди к прапорщику, у которого мы вчера вещи получали. За небольшие деньги он подберёт что-то относительно нормальное. Если сама шить не умеешь, обратись к девчонкам или вон к Матвею. Он у нас мастер на все руки от скуки. Ну а с обувью, уверен, начальство пойдёт тебе навстречу. Только гонор свой придержи и поговори спокойно.

— Тебе что от меня надо?! — ни с того ни с сего психанула та. — Я сама со всем разберусь, понятно?!

— Не ори! — осадил я наглую девицу. — Я тебе не сват и не брат, чтобы ты на меня голос повышала. И научись за помощь благодарить.

— А я не просила мне помогать, — буркнула Изабелла, ковыряясь в салате.

— И зря, — вмешался Стас. — Тор дело говорит. Твой командир группы облажался, так что справляться придётся самой. И это реально выход. Или хочешь вылететь со сборов? Сама знаешь, это волчий билет в богоборцах после колледжа.

— Можно подумать, я собираюсь и дальше по кустам бегать за разными монстрами, — съязвила Бенедетти. — Мне уже двадцать один будет, уеду в Италию.

— И тебя будет муж содержать, — я отхлебнул компота, — ну а что, хорошая перспектива.

— Да! — взвилась девчонка. — Отличная! Уж точно получше, чем по говну скакать! — Потом подхватила разнос с так и не тронутым завтраком и убежала.

— Блин, я реально помочь хотел, — вроде бы мелочь, а я расстроился. — И чего психанула. Из-за мужа, что ли?

— Так и есть, — кивнул Стас. — Ты просто плохо знаком с тёмной стороной мира одарённых. Думаешь, Алку приняли в Дом просто так? Да щаз. Будет рожать, от кого скажут, а муж чисто для формальности.

— Мля-я, — я аж стакан отставил. — То Одинцова, то эта. Что ж люди людьми быть не могут.

— Ты про Леду, что ли? — как отпрыск весьма сильного Дома Скуратов, естественно, был знаком с большей частью золотой молодёжи города. — А чего с ней? Или ты про её перевоспитание папашей?

— Ты в курсе? — я даже удивился — она мне таких ужасов наговорила.

— Да забей, — рассмеялся Стас, отмахнувшись. — Там всё не так было. Одинцов, когда увидел, что дочка на девочек засматривается, заплатил одному жиголо. Специально нашёл его где-то в Бразилии. Такой, знаешь, горячий латиноамериканский мачо, мистер секс и прочая, прочая. Короче, девки при виде него сами из трусов выпрыгивали. Ну и поручил, значит, дочку соблазнить.

— Вытрахать все мысли о бабах, — грубовато, но верно закончил я мысль. — И чего?

— Да этот хрен бразильский решил Одинцова кинуть, — ухмыльнулся Скуратов. — Зачем брать часть, когда можно захапать всё. Правда, тут случился облом, в постели Леду удовлетворить не удалось. Но эта сука принялась окучивать девчонку всеми возможными способами по всем правилам психологической ломки. По ушам проехал так, что та сама побежала учиться, мол, дело в ней, она неправильная, и всё такое. Машку с собой потащила тоже, чтобы любимому услужить. Папаня, когда узнал, все волосы на голове выдрал. Не у себя, у бразильца. Говорят, он якобы домой вернулся, но лично я сомневаюсь.

— Ага домой, — скептически скривился я. — В родное болото.

— Вот и я так считаю, — кивнул Стас. — А Леда с психологом год работала, а потом папе закатила образцовый скандал. И с тех пор образ жертвы эксплуатирует. Одинцову возразить нечем, вот и носится как с чемоданом без ручки, куда бы пристроить. Он же тебе предлагал на ней жениться?

— Ага, — я не сомневался, что о нашем разговоре уже было известно. — Большие деньги сулил.

— Дело твоё, но лично я бы не полез, — не удивился Скуратов. — Там и папа, и дочка хороши. Сожрут и не поморщатся.

— Леда тоже предлагала, отдельно от папы, — добил я знакомого. — Она сначала огорошила, мол, мужиков ненавижу. Потом рассказала, как её во все щели… любили. А потом предложила союз против папеньки.

— В этом вся Ледка, — рассмеялся Стас. — Мне она тоже предлагала. Даже готова была второй или третьей женой, лишь бы в Дом войти.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— И Машку предлагала? — я прищурился, почему-то мне не хотелось, чтобы Мышку отдали чужому мужику, даже Стасу.

— Ну, они не разлей вода, — дипломатично не стал вдаваться в подробности Скуратов. — Но я сразу отказался. Нафиг этот головняк.

— Вот и я думаю, — задумчиво кивнул я. — Девок, что ли, мало? А бабло я и сам заработаю.

— Ну, не тебе на отсутствие внимания женского пола жаловаться, — заржал было Скуратов, но тут же осёкся, поймав на себе четыре возмущённых взгляда. — Понял, виноват, исправлюсь. Строгие они у тебя.

— А то, — я гордо задрал нос, но потом рассмеялся. — Ладно, хватит о бабах. Пошли, вон офицер уже выгоняет всех. Пора родине служить.

Кое-как построившись, мы по команде принялись маршировать, ну, как мы себе это представляли. На физкультуре в школе приходилось ходить строем, но, видимо, далеко не всем. Плюс габариты курсантов сильно разнились, так что, если кто и попадал в такт, то скорее случайно. Большинство было занято тем, чтобы не столкнуться с другими, и от этого получалось только хуже. Ведущий нас офицер пару раз пытался навести порядок, потом ударил себя ладонью по лицу и, качая головой, оставил всё как есть. Понял, что ловить здесь нечего, ну, как минимум за такой короткий период.

Привели нас в отдельный корпус, в котором находились помещения, на удивление похожие на классы в школе. Даже парты такие же, разве что на стенах вместо Пушкина, Льва Толстого и таблицы Менделеева висели наглядные пособия типа устройства РПГ-7, погоны и знаки различия и прочая строевая подготовка. Жаль только, рассмотреть всё не дали, офицер, что нас привёл, вежливым матом приказал всем сесть и заткнуться, объявив, что сейчас будет вводное занятие на тему устава и обязанностей одарённых военнослужащих. Мы притихли.

— Сначала представлюсь. Меня зовут старший лейтенант Игорь Александрович Цветков, и я являюсь командующим сводной антитеологической роты, то есть вашим непосредственным командиром. — По кислой морде было видно, что военный рад до безумия, что ему в подчинение отдали сорок пять обломов, от которых неизвестно чего ждать, а он должен вытирать им сопли и нянькаться, потому что большинство из них выходцы из богатых и влиятельных Домов. — Моя задача — научить вас основам военной подготовки. Поэтому начнём с главного, а именно с Устава!

В этот момент дверь класса распахнулась, и в помещение вошёл офицер в сопровождении солдата.

— Рота, смирно! — тут же рявкнул старлей и, дождавшись, когда мы поднимемся, сам вытянулся во фрунт. — Товарищ майор, сводная антитеологическая рота проводит занятия согласно расписанию дня.

— Вольно! Садитесь, товарищи, — жестом подтвердил приказ вошедший офицер. — Я на секунду. Буквально пару слов перед занятием. Зовут меня Ренат Тимурович Атипов, и я являюсь заместителем командира по военно-политической подготовке. Не надо пугаться названия, раньше мы назывались заместителями по воспитательной работе. Так что, если вдруг у вас что-то случится, милости просим. Всегда готов помочь будущим защитникам нашей родины от потусторонней нечисти.

Круглое тюркское лицо майора прямо лучилось благодушием, но почему-то лично я не ощутил позывов бежать и дружить с этим прекрасным человеком. Может быть, меня смущал солдат, постоянно фотографирующий замполита на нашем фоне. Причём я припомнил, что уже видел вчера эту парочку. Она и в столовой появлялась и возле пункта выдачи снаряжения. Зачем это нужно, для меня оставалось тайной, но навскидку можно было предположить, что Атипов готовит доклад высокому начальству о том, как успешно и ответственно он провёл сборы молодых богоборцев. Мне было не жалко, но очков майору это не прибавляло.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Обязанности антитеологических подразделений в армии необычайно важны, особенно в военное время, — продолжил вещать замполит, — паранормальные средства ведения войны запрещены Женевской конвенцией от 1906 года, однако наши противники никогда не стеснялись их использовать. Достаточно вспомнить Великую Отечественную Войну и то, что творили немцы. Аненербе и ренегаты нацистов не гнушались самыми грязными средствами, зачастую противоречащими самой идее богоборцев. Они не только сами предали идею борьбы человечества против потусторонних захватчиков, но и активно распространяли ересь на оккупированных территориях и с помощью диверсантов. После войны ещё долгое время не только особисты боролись с разными недобитками типа лесных братьев и прочих бандеровцев, но и антитеологиеские группы сражались с разной нечистью и колдунами, порождёнными нацистами. И именно вам предстоит принять знамя предков и гордо нести его, защищая нашу страну!