Охота на флагманов - И Кубатько

Надо учесть, что трудности, и немалые, на разных этапах возникали между, например, Королевскими ВВС и Адмиралтейством; к началу войны в Англии практически вся палубная авиация осталась без пилотов в результате очередной возни с переподчинением. Мучительно налаживалось взаимодействие флота, флотской авиации с береговой охраной и так далее - но эти трудности и трения (в известной мере они существуют и сейчас, спустя более чем полвека) преодолевались. Усилиями с обеих сторон.

В Третьем Рейхе таких усилий не было ни с одной, ни с другой стороны, от самого начала до последних дней "взаимодействие" происходило как некий перманентный скандал.

В то же время "мессершмитты" жгли вражеские катера на Средиземном, Балтийском, Черном и Белом морях, "юнкерсы" и "хейнкели" торпедировали и разваливали бомбами эсминцы и крейсера, транспорты и подлодки всех союзных держав, а если попадались под горячую руку - то и нейтралов.

В то же время боевые корабли на каждой стоянке "включались" в общую систему ПВО20, а некоторые были вообще превращены в плавучие зенитные батареи.

В то же время бортовые гидросамолеты "Арадо" и "Хе-114" выполняли разведывательные операции (и даже участвовали в воздушных боях) с тою же пользою для общих военных интересов, что и "физлершторхи" и "Альбатросы" Люфтваффе.

Да, к началу войны в Люфтваффе было немного летчиков, достаточно подготовленных к действиям над морем, к борьбе с морскими целями; хороших пилотов самолетов - торпедоносцев немцам не хватало всю войну (здесь боевой опыт не успевал накапливаться - потери чрезвычайно велики). Но на войне учатся быстро и скорость обучения в Люфтваффе отнюдь не была ниже, чем в английской, американской или Красной авиации.

Причины даже не в том, что, как выражались сами немцы, в той войне участвовали "нацистские Люфвтваффе, Прусский Вермахт и Императорский Флот".

Гораздо ближе к истине суждение о том, что германский менталитет - это прежде всего менталитет сухопутной нации. Здесь нет никакого пренебрежения или даже неуважения к немецким морякам - в каждой стране, тем более имеющей выход к морю, находится определенное количество "прирожденных моряков". Практически всем им хватило места во флоте. В авиацию шли другие.

Германский флот не получил авианосцев - не потому ли, что вся Европа рассматривалась "сухопутными" лидерами Рейха как непотопляемый авианосец?

Прорыв

...К началу февраля 1942 года эсминцы сопровождения Тирпица прибыли в Брест и в ночь 12 февраля вместе с "Шарнхорстом", "Гнезенау" и "Принцем Ойгеном" вышли в море под командованием нового командующего линкорами, вице-адмирала Цилиакса по прозвищу "Черный Отто".

Гитлер не разрешил им следовать через Атлантику из-за того, чтобы не повторилась история с "Бисмарком". Проход через Канал был в непосредственной близости от английского побережья, но британские корабли были не ближе Скапа Флоу, а немецкие Люфтваффе плотно прикрывали корабли во время перехода - в распоряжение эскадры было выделено 250 самолетов. Первая эскадрилья истребителей встречала эскадру у Шербура, через полчаса её сменяли следующие - и так во время всего перехода

Командующий группой авиационного прикрытия полковник Ибель находился непосредственно на флагманском корабле, линкоре "Шарнхорст".

Адмирал Цилиакс предпринял несколько эффективных дезинформационных мероприятий. На французских предприятиях была заказана большая партия тропического обмундирования; в Брест за неделю до реального выхода эскадры доставили партию машинного масла в бочках с надписью "колониальная смазка"; до французской портовой администрации был доведен "секретный" приказ о проведении 11 февраля учений в море в районе между Ле-Паллисом и Сент-Назером с возвращением в порт 12 февраля и от французов потребовали предоставить буксиры и суда для буксировки мишеней; было объявлено о разрешении части командного состава отбыть 12 февраля на охоту в Рамбуйе. Агенты-участники Сопротивления весьма своевременно и тщательно оповещали об этом англичан.

В результате британское адмиралтейство получило огромное количество разведдонесений, из которых неопровержимо следовало одно: немецкие корабли готовятся к выходу из Бреста, но вот куда именно направится эскадра далеко не столь однозначно; скорее всего на юг.

Версия о возможном прорыве через Ла-Манш обсуждалась и даже на какое-то время была поддержана авиационным командованием. Береговое командование Королевских ВВС направило более двадцати самолетов на усиленное патрулирование Ла-Манша, перебазировало в Дувр эскадрилью торпедоносцев и на какое-то время ввело режим повышенной боеготовности бомбардировочной авиации. Но через пару дней - 10 февраля - отменило свой приказ и сократило частоту разведывательных полетов.

Последним звеном ошибок стал отказ техники: у британского самолета-разведчика, который появился над Брестом как раз в ночь выхода эскадры, отказал поисковый радар, который мог бы "увидеть" сквозь тьму ночи и туман, как огибают на скорости 27 узлов остров Уэссан, северо-западную оконечность Франции, "Шарнхорст", "Гнейзенау", "Принц Ойген" и отряд эсминцев сопровождения. До самой узкой части пролива оставалось десять часов хода - достаточно, чтобы "достойно" подготовиться к встрече...

Операция "Цербер" была проведена блестяще. Корабли были замечены только на следующее утро, когда они пересекали устье Сены. Капитан 1-го ранга Хоффман и флаг-штурман Гисслер держались в 10 милях от французского берега. Пролив становился все уже; к 11 часам эскадра проходила всего в 12 милях от берегов Англии, в пределах досягаемости тяжелых батарей Дувра.

Милость судьбы.

Примерно в это же время над эскадрой пролетели, в противоположных направлениях, два самолета-разведчика. Первого, направляющегося в Англию, даже не успели обстрелять и не смогли перехватить истребители прикрытия - а "в благодарность" английский летчик ничего не сообщил об эскадре, посчитав её соединением британских и американских кораблей.

Пилот второго самолета-разведчика опознал противника безошибочно, но не нарушил предписанный режим радиомолчания и доложил об увиденном только получасом позже, когда благополучно вернулся на аэродром из разведывательного полета над Францией.

...То, что началось после этого сообщения в Англии, трудно назвать иначе как переполох. Береговые батареи открыли огонь на предельной дальности, но вскоре умолкли: туман и четко поставленная дымзавеса скрыли цель. Бомбардировочная авиация была не в состоянии подняться раньше чем через несколько часов. Из 33 торпедоносцев 12 базировались в Корнуолле, в 250 милях к юго-востоку от эскадры; ещё 7 самолетов - в Портсмуте, более чем в часе полета от точки обнаружения противника; 14 - только час назад прибыли в Норфолк, в 100 милях от Дувра. Атаковать эскадру могли только шесть "суордфишей" (командир - капитан-лейтенант Юджин Эсмонд; тот самый командир, который руководил атакой на "Бисмарк").

Две девятки "мессершмиттов", барражирующие над немецкой эскадрой, наверняка перехватили бы и сожгли легкие тихоходные бипланы задолго до выхода в торпедную атаку. Требовалось истребительное прикрытие; к тому времени, когда "Шарнхорст" был уже в десяти милях на траверзе Кале, на аэродром Мэнстон, где стояли в готовности "Суордфиши", прибыла первая десятка английских истребителей.

Тем временем была предпринята попытка перехватить эскадру соединением торпедных катеров. В шторм и туман пятерка "enemy botes" отважно пошла на сближение; но дозорные Цилиакса обнаружили катера на предельной дальности и был открыт заградительный огонь такой интенсивности и точности, что даже отчаянные катерники не выдержали. Выпустив торпеды наудачу, почти с четырех миль (они прошли в трех кабельтовых за кормой замыкающего, "Принца Ойгена), катерники развернули иссеченные осколками стремительные суденышки и умчались в Дувр.

Теперь пришла очередь отражать воздушную атаку.

Юджин Эсмонд проявил выдающееся мастерство: провел машины вслепую, в гуще облаков и вышел на цель примерно в всего в пяти милях от эскадры. Английских истребителей, сопровождающих торпедоносцы, было почти вдвое меньше, чем немецких, но они смогли на несколько минут связать боем "мессеры" и позволить "суордфишам" развернуться на курсы атаки.

Но с зенитной артиллерией двух линкоров, тяжелого крейсера и шести эсминцев англичане ничего поделать не могли. Восемьдесят четыре ствола ударили по шестерке бипланов. Сразу же задымила и спикировала в крутые волны одна машина; через считанные секунды ещё один "суордфиш" взорвался прямое попадание; мгновение - и ещё одна ослепительная вспышка возникла в пересечении струй трассирующих снарядов. Самолет Эсмонда лег на боевой курс, но сбросить торпеду отважный пилот не успел: глиссада сменилась крутым пике, всплеск - и даже обломков нет на поверхности, кипящей от осколков зенитных снарядов.