12 невест миллионера - Елена Логунова

Мне ничего не померещилось, на что я втайне надеялась. Стамбульская голышка действительно выглядела точь-в-точь, как я, побывавшая в руках гримера. Тогда Ля Бин вылепил одно лицо всем двенадцати девочкам, и это было именно то лицо, которое теперь показывали по всем каналам.

– Другими словами, стамбульской голышкой могла быть любая из них! – Тяпа сказала то, о чем я не хотела думать.

Пользуясь тем, что немногочисленные посетители бара смотрели больше в свои стаканы, чем на экран, я щелкала пультом, перескакивая с одного канала на другой вслед за новостью о стамбульском взрыве.

Кроме греческого телевидения, были доступны болгарское, плюс англоязычный канал «Евроньюс». У греков я только картинку смотрела, на других каналах добирала информацию.

Трагическая история постепенно обрастала подробностями.

Неизвестная особа погибла в результате взрыва на смотровой площадке знаменитого стамбульского кафе. Никаких программных заявлений она не делала, вообще ни слова не сказала, просто разделась донага и – ба-бах! В момент взрыва женщина стояла у парапета ограждения, вблизи никого не было, и другие люди не пострадали.

Это больше походило на самоубийство сумасшедшей, чем на продуманный теракт, если бы не одно «но»: в момент взрыва в кафе с прекрасным видом на террасу проходил банкет международной организации женщин-журналистов, и все они поторопились проинформировать о случившемся свои СМИ. Таким образом, о событии узнало все более или менее прогрессивное человечество, не исключая даже читательниц гламурных журналов, редко освещающих трагедии иного рода, нежели чей-то сломанный каблук или лопнувшая бельевая резинка.

Ближе к полуночи я покончила с пивом и перешла на более крепкие напитки, а в эфире начали возникать все более качественные фотографии, сделанные очевидцами-туристами. Появилась возможность разглядеть, что округлый предмет в руках погибшей – не мячик, а крупное яблоко, и тут началось!

На англоязычном канале выскочили какие-то деятели из так называемой общины «Дети Евы». Они развернули, как пыльный флаг, древнюю библейскую историю о прародительнице всего живого, и давай доказывать, что к суициду стамбульскую голышку привел тот самый материнский инстинкт, ибо она и есть Праматерь Ева, принявшая смерть ради вечной жизни потомков! Потому что на дворе у нас – что? Конец лета. А через четыре месяца будет – что? Конец света! И тем, кто хочет его пережить, одна дорога – в общину «Дети Евы», потому что именно им – и только им – была обещана жизнь вечная.

В подтверждение сказанного горластые Евины детки сыпали цитатами из Священного Писания и более поздних текстов столпов церкви.

– Что за бред?! – прямо высказалась моя Тяпа. – Что ж, если голая баба – с яблоком, так она сразу Ева? Мы в колхозе на летней практике яблоки ведрами собирали, и тоже были в одних бикини, но мы же не рвемся на этом основании в героини Ветхого Завета! И вообще, за грехи человеческие вовсе не Ева умерла, насколько я знаю! С чего это «Дети» ей поклоняются?

– Кхгм, видите ли, в чем дело, – деликатно кашлянула Нюня. – Лет этак восемьсот тому назад, в двенадцатом-тринадцатом веках, существовал культ Девы Марии, которую воспринимали именно как вторую Еву. Этот поворот в христианской спиритуальности подчеркивал искупление Марией, новой Евой, греха всех женщин. Так что преступница Ева, можно сказать, давно реабилитирована. А главное: ей действительно с самого начала было обещано, что через нее станет человек богом. Будете, мол, как боги! Так что при желании под культ Евы вполне можно подвести солидную базу.

– И огрести солидный куш! – фыркнула Тяпа. – Эти сектанты небось уже приготовились задорого билеты продавать! Надеюсь, в мире не слишком много идиотов, способных поверить в такую чушь.

– Да почему же чушь? Вы посмотрите, как это символично! – завелась Нюня. – Похоже, что взрывное устройство у нее было в яблоке, где же еще, правда? И получается, что Еву снова погубило яблоко!

Чувствовалась, что она уже загорелась и скоро разовьет тезисы Евиных отпрысков в стройную систему.

– Хорош, а? – грозно попросила Тяпа. – Этого опиума для народа и без нас сварят полные бочки! Давайте подумаем о другом. Кто, вы думаете, взорвался на террасе – Афродита?

Вопрос хороший.

Вопрос не в бровь, а в глаз ребром!

Я пощелкала пультом и нашла в очередной новостной программе фото погибшей.

Так… Волосы у нее скорее каштановые, чем рыжие, и не кудрявые, а лишь немного волнистые. Но прическу легко изменить, особенно если натянуть на коротко подстриженную голову подходящий паричок.

Афродита?

Больше всего я боялась, что погибшая – Катерина! Бюст стамбульской голышки, даже приплюснутый цензурной нашлепкой, выглядел на редкость аппетитным. Грудь Афродиты я в свое время не рассмотрела, о чем теперь очень жалела. Может быть, у подруги Аполлона тоже четвертый номер? Тогда, возможно, в Стамбуле была именно она.

– Не волнуйся за Катю, – попыталась успокоить меня добрая Нюня. – Мы ведь уже выяснили, что Катерина с компанией уехали в Софию, то есть совсем в другую сторону.

– Не буду волноваться, – согласилась я.

Но в глубине души все-таки волновалась.

– Ты не волнуешься, тебя штормит! – съязвила Тяпа. – Одно пиво и два виски на половинку пиццы – многообещающее сочетание. Впрочем, не вижу ничего страшного в этом. Кое-кому необходимо было расслабиться.

Расслабилась я вся, включая и мозги, и это осложнило мне решение последней на этот затянувшийся вечер задачи. На такси я вернулась на станцию и долго стояла у расписания, разбираясь, когда ждать следующего поезда из Софии. Мелкие буквы малопонятного греческого алфавита прыгали перед глазами, как блохи, строчки расползались, как червяки.

– Какие аппетитные сравнения, – саркастически заметила Тяпа. – По-моему, кому-то срочно нужен отдых.

На пальцах, которые тоже прыгали и расплывались, я подсчитала, что первый завтрашний поезд из Софии в Салоники прибудет на станцию Промахон через шесть часов с минутами. Я надеялась, что Мик вернется с этим поездом, иначе мне придется ждать еще шесть часов, а за это время я от тревожных мыслей и вынужденного безделья озверею так, что собака Буси рядом со мной покажется Эйнштейном.

Вспомнив Буси и ее хозяина, я поняла, куда мне двигаться дальше, и скоротала остаток ночи на их любимой лавочке.

Я не могла уйти со станции. Встать на перроне во время прибытия софийского поезда – это была единственная возможность снова встретиться с Миком.

– Старик, ты утратил навык! – сказал себе тот, кого сейчас звали Миком.

Он привык во всем добиваться успеха, как Джеймс Бонд, как герой фильма «Миссия невыполнима». Не в том смысле, что любой ценой, – наоборот, он был нацелен на максимальный успех по минимальной стоимости. Обычно так и выходило, и нынешний пятидесятипроцентный результат на фоне полных побед воспринимался как неудача.

В группе, которую он преследовал, было четыре человека, а нашлись только двое, мужчина и женщина. Причем какое-то время он думал, что это два парня, и недоумевал, чего ради четверка разделилась по анекдотическому принципу «девочки налево, мальчики направо».

Куда делись девочки, было непонятно, а на мальчиков его вывела продавщица мороженого, сама еще юная, но уже озабоченная сексуально. Пару «мальчик и еще мальчик» она запомнила, потому что оба парня ей понравились. И Мик ей тоже понравился, что помогло ему наладить контакт с девушкой.

От четырех порций пломбира, съеденного прямо у тележки-холодильника с архиважной целью – дать кокетливой продавщице повод подольше задержаться на перроне для важной беседы – у Мика заболело горло. Это была небольшая цена за информацию о том, что смуглый накачанный мачо и грациозный юноша, похожий на фото в телефоне, сойдя с поезда Салоники – София, сели в автобус до курортного местечка Банско.

Слушая восторженное описание загорелого качка, Мик мысленно навешивал эффектные бицепсы и трицепсы сначала на нежное тело Ля Бина, потом на коренастую фигуру Лайонела.

С эстерьером «бультерьера» мужественные выпуклости более или менее сочетались, Мик не сомневался, что под просторными курортными одежками Лайонера прячется тело, не избалованное отдыхом, но закаленное тренировками. Внезапно появившийся густой загар наверняка проистекал из тюбика с темным тоном. Странным казалось лишь то, что немолодой мужик с холодным цепким взглядом и челюстями, способными перекусывать проволоку, понравился юной особе. Мик считал себя неплохим психологом и знал, что юным девочкам больше нравятся смазливые мальчики, нежели опасного вида мужики.

А грациозный парнишка, похожий на Таню, наверняка откликался на имя Катя и надел бейсболку только для того, чтобы спрятать длинные волосы.

Интересно, что же она надела, чтобы спрятать свой выдающийся бюст?!