Чёрная Рука - Иван Романов

мне донести командованию на твою фамильярность и убитую форму, которую ты никогда даже не стираешь? А? Отвечай мне, солдат! - следом, она нанесла мощный удар коленом поддых свалившегося на колени парня, заставив его упасть на спину.

Часовые не решались вмешаться в спор двух лейтенантов, не говоря о том, что их конфликты были давним развлечением для рядовых членов организации и головной болью для командования.

— Рядовой Бласковиц, - крикнула Кристина часовому, который в момент выровнялся, - либо пропусти меня в ставку, либо зови сюда кого из капитанов, я привела того ублюдка, которого искал майор Вильгельм.

— Т-так точно! - он развернулся и крикнул своему товарищу вглубь лагеря, чтобы тот пришел для сопровождения пленного.

«Раз всё так вышло, значит капитан, которого я убил, лишь предположил, что она предательница, ведь увидел меня рядом с ней... Это хорошо, так будет даже проще» - мысленно произнес Фридрих

Толкнув его вперёд, она направилась вглубь лагеря. Воспользовавшись возможностью осмотреться, Фрид, настолько незаметно, насколько смог, разглядывал окружавших его солдат, сновавших туда-сюда. Несколько парней, примерно его возраста, разгружали в телегу продукт производства столичных алхимиков - бомбы, имеющие разные эффекты. Пт характерной зеленой бумажке, приклеенной к одному из деревянных ящиков, было ясно, что бомбы были двимеритовые, антимагические.

Еще несколько солдат в утяжеленной кожаной броне, с виду весившей под сотню килограмм, катили за собой пушки и мортиры, выписаннык чуть ли не из королевской оружейной палаты. Следом за ними шли сами алхимики и зельевары, несущие ящики с мутной жидкостью внутри прозрачных склянок. А чуть в отдалении стояла целая стена из ящиков, под завязку набитых алхимическими ингридиентами, едой и оружией, от кинжалов до клэйморов.

Отдельно выделялся квартирмейстер, либо нанятый специально, либо выделенный организацией для этого похода. Его лавка, чуть ли не встроенная в прежде эльфийский магазин, на котором все еще осталась вывеска, гласящая: «Еда и напитки от Джудит!», была завалена товаром для военных, начиная с разного качества сапог и заканчивая созданным на заказ специфическим оружием. Сам дядька квартирмейстер носил очки в серебряной оправе, через которые взирал на Фридриха суровым, но отеческим взглядом, выражавшим сочувствие. Магу могло показаться, но когда они перекинулись взглядом в последний раз, квартирмейстер беззвучно произнес: «Ты справишься».

На дороге организовали палаточный лагерь с постоянным доступом к проточной воде. Некоторые солдаты тренировались, стреляя магией палочками и посохами в мишени. Но было и то, что привлекло внимание Фридриха особенно сильно. Уложенные штабелями на металлические и деревянные стойки трупы, по десятку на каждой из них. Всего тел набиралось чуть больше полутора тысяч, если прикинуть математически, но каждый из трупов был завален целой массой других вещей, из-за чего сложно было угадать, где лежит труп, а где хлам.

— А с этим что? - спросил один из лейтенантов, видно ответственный за медицинскую службу, - от чего умер?

— Инсульт, - ответил врач в чёрном плаще и с маской-клювом на лице.

— Значит, подойдет для экспериментов майора Вильгельма?

— Да, вполне. Отправляйте на базу к профессору Моро.

Фридриха будто парализовало, когда он услышал знакомое имя. Этот Моро, профессор с огромным стажем, в свое время обучавший магии последнего и предпоследнего директоров академии, исчез без вести в ходе штурма, но объявился сейчас, упомянутый в диалоге двух медицинских работников. При Фридрихе, Моро вел несколько предметов, очень узко специализированных и сильно связанных с алхимией и биологией, так что отправление трупов именно к нему было ожидаемо.

Начальник медицинской службы, дядька в летах, подозвал к себе рядового мага с посохом и грубо скомандовал ему, не особо церемонясь с умершими, ни в словах, ни в действиях.

— Это мясо на базу под Требетом, то и вон то тоже. Остальных на органы для проекта «Богемия», - он обратился к доктору в маске-клюве, - выбери ещё пятнадцать трупов для проекта «Мидлтон» и оставшихся отправь в замок Донфор, для распределения на другие проекты. Исполнять!

«Значит, отсутствующие в городе трупы это дело рук Чёрной Руки. Она их собирала по всему поселению для того, чтобы пустить их на эксперименты в Требете, что в Королевстве Грейкасл и замке Донфор, который я не знаю где искать... Теперь ясно, к какому будущему они стремятся. Одной причиной вырвать хребет Вильгельму стало больше» - едва остановив поток гневных мыслей, он дернулся, почувствовав удар в бок от сопровождающего их рядового.

— Мы пришли, скотина. Ты бы знал, сколько наших полегло из-за того, что ты сопротивлялся, птьфу - он злобно плюнул под ноги Фридриху, убирая в сторону полотнище, закрывающее вход в палатку.

— И я тебя рад видеть, Юта Колдберг, великий и ужасный защитник угнетенных, чуть не убивший герцогиню из-за мерзкого насильника, - с издевкой сказал Фридрих, узнав одногруппника, с которым они в свое время учились и конфликтовали.

Заметивший это Юта хотел было сказать что-то еще, но будто бы проглотил язык, понимая, что отчасти его соперник прав. Возникшая на почве травли насильника, общего козла отпущения всей группы, ненависть Юты к тем, кто его обижает, переросла обычную детскую грубость и стала чем-то вроде кровной вражды идеалиста Юты, что всеми силами желал защитить унижаемых и угнетаемых, против рационалиста Фридриха, который никогда не верил только одной точке зрения, основанной на обьективном мнении.

— Вот оно значит как... - прервавшись от зачитывания очередного доклада, произнес капитан, выглядящий на удивление молодо. Его взор устремился на Фридриха, чьи глаза скрывала длинная челка. Он подошёл ближе, приподнял ее и широко улыбнулся, предчувствуя скорое повышение, - лейтенант Кристина де Трастамара, от имени майора...

Капитана прервали. В палатку зашёл еще один юноша, возраста Фридриха, с чёрными ухоженными волосами, аккуратно ложившимися на щеки. Его густые брови почти слились друг с другом из-за его хмурости, а красные глаза хищным взглядом сверлили документы, которые он держал в руках.

Но, увидев знакомый силуэт, он пораженно открыл рот, который исказился в безумной улыбке, а затем и смехе, который не сулил ничего хорошего. Фридрих, услышав этот смех, сразу понял, кого встретил и не менее безумно улыбнулся в ответ, все еще стоя к нему спиной.

— Ублюдок.. А я надеялся, что ты, наконец сдох... Даже свечку за тебя ставлю каждый вечер, чтобы ты упокоился поскорее и более мне не мешал, а ты оказывается здесь, как на ладони... - усмехнувшись, он широко раскрыл глаза, словно увидел самую желанную вещь в мире, - как там София? Вы уже сыграли свадьбу? А может, уже