Лживая игра - Сара Шепард

Никогда, пока она может хоть что-то сделать.

Она собиралась выяснить, что они сделали с Саттон.

Она сделала бы все, чтобы доказать, что они причинили ей вред.

Нужно просто подобраться поближе, чтобы побольше узнать.

Эмма повернулась к компьютеру, на котором все еще была открыта страничка Саттон и написала в статусе: "Игра началась, сучки".

Три комментария появились почти мгновенно.

Первый от Шарлотты: "Игра? Расскажи.

Я участвую! Следующий от Мэделин: "Я тоже!". Лорел добавила: "Я третья! Это секрет, да?"

"Вроде того", - написала в ответ Эмма.

За исключением того, что разыгрывать будут их.

И в этот раз это вопрос жизни и смерти.

Глава 21

НЕОПЛАЧЕННЫЙ ШПИОНАЖ

- Так куда ты хочешь пойти пообедать? - спросил Эмму Гаррет, ведя свой Jeep Wrangler вниз по склону.

- Ну, я не знаю.

Эмма прикусила мизинец.

- Может, ты выберешь?

- Гаррет выглядел ошарашенным.

- Я?

- Почему нет?

Удивление на лице Гаррета сменилось неуверенностью.

Он напомнил Эмме почти неработающую куклу Элмо-Пощекоти-Меня, которую она унаследовала от старшей девочки в свой первый год в приюте; иногда Элмо смотрел в пустоту и не знал, что делать дальше.

- Но мы всегда ходим туда, куда хочешь ты.

Ногти Эммы впились в ладонь.

Если бы она только могла сказать, что не может выбрать чертов ресторан, потому что не знает ни одного поблизости.

Потом она заметила бакалейную.

- Почему бы нам ни купить сыра и еще какой-нибудь еды и устроить пикник на горе?

- Отличная идея.

Гаррет перестроился, чтобы заехать на парковку магазина.

Все началось субботним вечером примерно в 7 часов вечера, солнце все еще висело над горизонтом.

Гаррет появился перед дверью Мерсеров на полчаса раньше с букетом цветов в руках и источал он целый букет ароматов: одеколон, спрей для тела, геля для волос.

Посмотрев на выражение лица парня, Эмма не смогла отменить свидание, хотя каждая клеточка ее тела страстно этого желала.

Ей было немного не до Гаррета - она искала убийцу Саттон.

После стояния в очереди за пожилой леди, которая настаивала на оплате чеком, Эмма и Гаррет наконец приехали в парк штата Каталина, с сумкой, полной шипучего сидра, черных оливок, крекеров, винограда, орехов и сухофруктов, причудливой австралийской лакрицы и куском бри.

Воздух был прохладным и свежим, пахло солнцезащитным кремом.

Другие отдыхающие расположились вдалеке.

После нескольких поворотов и спусков-подъемов, они добрались до аллеи и расположились на большом валуне.

С него открывался прелестный вид на горную тропу.

С такой высоты машина Гаррета казалась игрушкой.

- Как хорошо, что мы сегодня встретились, - прошептал Гаррет, проводя рукой по волосам.

Он снял рубашку и сделал из нее импровизированное одеяло для пикника.

Его загорелые бицепсы напряглись,

и бутылка сидра открылась с удовлетворенным шипением.

Эмма не могла вымолвить ничего вразумительного.

Она только тупо смотрела вперед.

Там, где в ее голове должны были быть темы для разговора, летали перекати-поле.

О чем говорили Гаррет и Саттон? У них были только им понятные шутки? Что они делали вместе? Если бы Саттон вела нормальный дневник, Эмма могла бы узнать что-нибудь полезное.

Вздохнув, она вытащила крекеры, маслины, смесь из орехов и сухофруктов и лакричные конфеты из сумок.

Она рассеянно положила крекер на салфетку, сделала ему глаза из двух оливок, нос - из ореха из смеси, а кусочек лакричной конфеты заменил рот.

Подумав об Итане, она толкнула Гаррета.

- Нравится мой новый друг?

Гаррет мимолетно взглянул и кивнул.

- Симпатично.

- Не хочешь такого же?

Гаррет пожал плечами.

- В художественном классе я круг с трудом рисую..

Эмма закинула одну из оливок в рот.

Как много точек прикосновения...

А я обрадовалась тому, что ей не понравился Гаррет.

Я не могла точно вспомнить, почему я его любила.

Не могла вспомнить, что заставило меня думать о нем, как об испорченном. Я просто знала это.

Эмма откинулась назад и уставилась на горизонт, рассеянно касаясь царапин на горле.

На коже остался крошечный красный след.

Горло до сих пор болело.

Эмма выпила пачку ибупрофена и покрыла царапины тональным кремом, который нашла у Саттон в ванной, надеясь, что Гаррет не подумает ничего неправильного.

Она еще могла чувствовать горячее, несвежее дыхание нападавшего на своей шее.

Девушка закрыла глаза и вздрогнула.

- С тобой всё в порядке? - спросил Гарреетт.

Эмма кивнула.

- Да,

я просто устала.

- Хорошо повеселились на вчерашней ночевке?

Эмма не знала, что ответить.

- Ну, ночевкой это можно было назвать с натяжкой.

Поспать мне так и не удалось.

- Это хорошо или плохо?

Эмма теребила медальон Саттон, ничего не отвечая.

Она никак не моглв к нему привыкнуть.

- Ну же,

Гарретт пихнул её в бок.

- Ты можешь рассказать, что происходит на ваших сумасшедших ночевках.

Я бы хотел, чтобы ты рассказывала мне больше.

Эмма потянулась за еще одной упаковкой крекеров, и вдруг ее осенило.

Гаррет же может помочь в расследовании.

- Ну, я не совсем уверена, что можно употребить слово "весело", - медленно сказала она.

- Скорее... тревожно.

Иногда я думаю,что мои друзья ненавидят меня.

Мне кажется, они бы ударили меня в спину, если бы могли.

- Казалось странным произносить слова, найденные в дневнике Саттон.

Из-за холма появилась пара обкуренных студентов.

В воздухе тут же запахло потом.

Гаррет налегал на виноград, на его подбородке было немного сока.

- Ты говоришь о той ночи?

Эмма подпрыгнула.

- Какой ночи?

Гаррет медленно дожевал крекер.

- О ночи, о которой ты не хотела мне рассказывать.

Глаза Эммы расширились.

О чем это он?

- Или ты говоришь о Шарлотте? - Спросил Гаррет, не дождавшись ответа.

Эмма опустила глаза.

При чем тут Шарлотта?

- Да, о ней, - ответила Эмма, надеясь, что это к чему-нибудь приведет.

- Я просто не понимаю в чём её проблема.

Гаррет наступил на небольшой участок земли с сухой травой.

- Просто дай ей немного времени, Саттон.