Среди нас 3 (СИ) - Вальтер Макс

Однако зверь молчал, словно у него сели батарейки. Зато внутри меня ревели кишки, которые просто умоляли закинуть в них чего-нибудь вкусненького, и как можно больше.

Но вместо этого я принялся обшаривать подъезд. Ведь не зря же меня принесло сюда второй раз подряд?

Глава 16

Фарш

В своё прошлое пребывание в этом подъезде выше второго этажа я не поднимался. Во-первых, мало приятного перешагивать через примёрзшие ошмётки, а во-вторых, не было цели обыскивать все квартиры. Мне лишь требовалось отыскать что-нибудь съестное, что я и сделал за первой попавшейся открытой дверью. Но сейчас мне требовалось что-то найти, и я понятия не имел, что именно.

Не помню, кто говорил: «Если человек выпадает из окна пятого этажа и остаётся жив — это случайность, второй раз — совпадение, а третий — уже привычка». Пока медведь привёл меня в этот подъезд дважды, но что-то подсказывает: был бы и третий заход, предоставь я ему эту возможность. Он явно здесь нечто учуял, а я, естественно, ни черта не помню. При этом честно несколько раз пытался вызвать в памяти хоть малейший намёк. Без разницы, будь это подозрительный запах или звук. Но тщетно, по данному поводу в голове царила абсолютная пустота.

Не знаю почему, но обыск я решил производить сверху вниз. Поднявшись по лестнице, замер на площадке третьего этажа. Взгляд упёрся в равностороннюю трёхгранную пирамиду, сложенную из оторванных голов. Впервые вижу, чтобы бесы развлекались подобным образом. Обычно им плевать на всё, будто они вовсе не испытывают никаких эмоций. Неужели люди? От нас всего можно ожидать. С другой стороны, головы редко находились после атаки бесов. Мы, конечно, особо и не искали, но и на подобную конструкцию я нарываюсь впервые. Никогда даже не слышал, чтобы кто-то встречал такие пирамиды.

Присутствовала в ней и некая энергия. Я чувствовал её, но опознать не мог, потому как принадлежала она тьме. Да и фонила не сильно, а так, будто лёгкое дуновение ветра, едва уловимый сквозняк, который можно почувствовать, лишь поднеся руку к месту из которого тянет.

Здесь этот принцип не сработал, зато возбудил любопытство. Я попытался снять верхнюю голову, чтобы заглянуть внутрь. Однако она и не подумала сдвинуться с места. Первой мыслью было «Примёрзла», и на таком морозе это совсем не удивительно. Вот только даже хороший пинок не смог сбить голову с навершия пирамиды.

Почесав макушку, я решил вернуться к данному занятию чуть позже, после того, как проверю подъезд и сгоняю за своими вещами. Перед натиском заговорённого меча эта штука вряд ли устоит. Но странности и не думали заканчиваться. Стоило шагнуть на ступень, чтобы подняться выше и продолжить обыск, меня повело. Голова закружилась, в глазах потемнело, а колени затряслись от внезапно нахлынувшей слабости. Я едва успел схватиться за перила, а другой рукой опереться о стену, чтобы не рухнуть рожей в бетонную лестницу.

Некоторое время я собирался с силами, однако после второго шага зашатался ещё сильнее. Тьма сделалась гуще, и даже ночному зрению не удалось её пробить. Будто я в другое измерение попал… Стоп! А что, если?..

Я обернулся на пирамиду и шумно выдохнул. Удерживая равновесие при помощи рук, медленно опустился на лестницу и уселся на третью ступень. Так я хотя бы не рухну от нахлынувшей слабости и смогу получше рассмотреть странную конструкцию в совершенно ином спектре.

А поглазеть здесь было на что.

Пирамида источала тьму. Эта субстанция исходила из глаз и распространялась выше по подъезду. Внешне потоки походили на кровеносную или корневую систему, которая проникала в стены и потолок, пропитывая их энергией. А при взгляде наверх тьма становилась совершенно непроглядной и казалась густой, как кисель. Она полностью блокировала любое проявление света, а возможно, высасывала его, поглощала, становясь от этого ещё плотнее. Что, собственно, и объясняло мою слабость.

У меня вдруг возникла совершенно безумная идея. Я осторожно, чтобы не загреметь на пол, спустился пониже. Подняться решился, лишь когда ноги коснулись площадки, а тьма отступила. Однако слабость ещё некоторое время преследовала меня. Более-менее нормально я почувствовал себя, когда окончательно выбрался из подъезда на улицу. Окончательно отошёл только возле магазина.

Зайдя внутрь, я подхватил свои вещи, которые благодаря моей предусмотрительности на сей раз остались нетронуты. Нацепил разгрузку, повесил на грудь автомат, а рюкзак на спину, надел пояс с мечами и наконец перестал ощущать себя голым. Как ни крути, а к весу оружия я привык настолько, что в его отсутствие испытывал сильный дискомфорт. Лыжи тоже оставлять не стал. Это сейчас я хожу по пробитой медвежьей тушей борозде, но стоит свернуть — и меня ждут сугробы по пояс.

Крепления послушно щёлкнули, фиксируя ботинки, и я классическим стилем двинулся обратно к подъезду. Уже приближаясь, наконец понял, почему меня так сюда тянуло, когда я находился в образе медведя. Его привлекала энергия тьмы, исходящая от этого места. Каждый раз, приходя в себя на лестничной площадке, я думал, что слабость — это следствие лунатизма. Ну, или как оказалось, обращения в зверя. Но на самом деле на меня влияла сторонняя энергетика.

Дверь тихонько скрипнула, пропуская меня внутрь. Лыжи я поставил к стене, в тамбуре, пристроив рядом и палки. Затем вытянул клинок и поднялся на третий этаж, к жуткой пирамиде. Перехватив меч двумя руками, примерился и рубанул по верхней голове сверху вниз. Раздался глухой стук, инерция удара передалась в руки, но с пирамидой ничего не произошло. Она как стояла невредимой, так и осталась в том же положении. А ведь эта сталь способна с одного удара разрубить арматуру диаметром в двенадцать миллиметров. Плюс ко всему, оружие заговорённое, предназначенное как раз для борьбы с тёмными силами. Вот только сейчас оно оказалось бесполезным.

— Ну, как-то так я и думал, — пробормотал я и, сделав глубокий вдох, направился к лестнице.

Меч предварительно убрал, чтобы не мешал держаться за перила.

Поднимался не спеша, отдыхая по несколько минут на каждой ступени. Однако взобравшись на четвёртую, всё же опустился на корточки. Ноги просто отказывались держать вес тела, которое тряслось и обливалось холодным потом.

Я присел на ступень, немного подождал, когда восстановится дыхание, и вытянул из подсумка на правом боку светошумовую гранату. Разогнув усики чеки, выдернул её и, ухватившись за перила, подтянул тело, помогая себе подняться. Из сидячего положения метнуть гранату вряд ли получилось бы, по крайней мере, корректно. Бросок вышел так себе, но главное, что на площадку четвёртого этажа я всё-таки её зашвырнул. А затем поспешил опустить пятую точку обратно на ступени и, закрыв глаза, прикрыл уши руками и разинул рот. На самом деле обычному человеку досталось бы, даже примени он все вышеперечисленные действия. Помещение замкнутое, а кирпичные стены прекрасно отражают звук. Но я витязь, и мне доступно многое из запредельных арсеналов.

Однако хлопок оказался едва слышным, будто это не граната сработала, способная одним лишь звуком контузить человека, а крохотная петарда, да и та накрытая подушкой. Подозреваю, что вспышка тоже была едва заметна.

М-да, интересное кино. Эдак я здесь до самого рассвета проковыряюсь, а толку так и не добьюсь. Остался последний вариант: жахнуть светошумовой по самой пирамиде, может, это хоть как-то сработает. Уж очень мне любопытно, что скрывается там, этажом выше. Но если и это не сработает, перейду к плану «б», а именно: дождусь когда явятся хозяева данного сооружения и поговорю с ними лично.

«Может, и не стоит тратить ценный ресурс, а сразу поискать место для засады?» — подумал я, но всё же вытянул ещё одну гранату и, не особо переживая о последствиях, сбросил её вниз, к подножию кошмарной пирамиды. На сей раз грохнуло знатно, хорошо, что я не поленился предпринять необходимые действия по смягчению последствий. По крайней мере, нос мне прочистило — чуть соплями не подавился.