Эвакуатор 3 (СИ) - Шаман Иван

От испускаемой молнии начали болеть руки, я задыхался от порохового дыма тысяч выстрелов. Сердце сбоило из-за постоянных телепортов, и мне приходилось сдерживаться, чтобы не схлопотать инфаркт. А затем по рациям вновь начали доноситься вопли отчаянья. Тут и там начались прорывы. Несколько отрядов волков ворвались в здание…

Но когда я уже решил, что пора переходить к обороне в корпусах, а всю площадку перед нами заняли твари — раздался оглушительный взрыв. От яркой вспышки меня ослепило, в последнюю секунду я успел открыть рот, но даже это не спасло от удара по перепонкам и перепада давления. Едва накопившийся во время схватки запас энергии резко просел в ноль, восстанавливая здоровье и убирая последствия контузии. Но мне все равно потребовалось больше десятка секунд чтобы прийти в себя.

К счастью, врагам нужно было куда больше.

Теперь всю базу окружал ров в несколько метров шириной, на том месте, где стояла последняя внешняя стена. А по обе стороны от рва, сплошным слоем лежали сотни мохнатых трупов. Некоторые из них еще шевелились, но работавшие сверху снайперы первыми пришли в себя и точечными выстрелами добивали особенно опасных монстров.

— Кажется это конец. — проговорил Михаил, глядя на мою карту. В самом деле, кроме огненного горячего кольца, перекрывающего зондам видимость на несколько метров, других источников тепла почти не осталось. Командование пожертвовало несколькими отрядами, чтобы заманить как можно больше врагов в радиус поражения и избавилось от всей армии противника одним ударом.

Вот только это был еще не конец. Меньше чем в километре от нас, с разных сторон, приближались группы точек, обведенных сплошной линией. Рядом с каждой красовался набор надписей — «радио аномалия, возможно отряд охотников, предположительная численность:» дальше шли цифры от тринадцати до сорока. И это мне совершенно не нравилось. К счастью, не мне одному.

Стоящая в тылу наших позиций длинноствольная артиллерия била за зону видимости, отрабатывая с закрытых позиций. Снаряды шли по навесу и некоторые из них мы видели уходящими далеко в небо. А вот взрывов отсюда было почти не видно — лишь отдаленные вспышки и глухой грохот, вторящий реву орудий. Не знаю уж, какими именно снарядами обстреливали тварей, но вскоре попытки подойти прекратились и все аномальные участки начали удаляться.

Спокойствия это не принесло, некоторые отряды волков продолжали нападения, но их силы оказались разрознены и малочисленны. Но все равно, только под утро стало понятно, что мы справились. Но какой ценой?

— Рассвет начинается. — заметил я, когда небо на востоке чуть посветлело.

— Да, пережили. Один день пережили. — с облегчением сказал Михаил, залитый кровью казалось по макушку. Патроны начали кончаться еще два часа назад и нам пришлось принимать самое активное участие в обороне. Кисти болели от постоянного махания хлыстом, а пальцев я вовсе не чувствовал, кажется, там кроме золотых татуировок вообще ничего не осталось.

— Эвак, ответьте Штабу. — раздался в наушнике смертельно усталый голос Бориса.

— На связи, поздравляю с новым днем. — ответил я.

— И вас так же. — через несколько секунд ответил Ратник. — Возвращайтесь, боюсь нам есть что обсудить.

— Идем, меня тоже пригласили. — кивнул Михаил, уловив мой вопросительный взгляд. Обратно в помещения аналитиков мы шли молча, даже сил использовать телепорт не осталось. Так что я просто двигал ногами. Энергии от убитых едва хватало на поддержание здоровья, хотя мы и прикончили несколько сотен. Особенность их души? Или то что у них не было способностей? Черт его знает, к тому же меня это волновало куда меньше, чем поиск кровати. Надо только душ перед сном принять.

— Приветствую, вижу вам тоже досталось. — кивнул Борис, не вставая. Кроме нас в штабе была куча народа. Несколько человек спали прямо тут, прислонившись к стенам. Место под столом тоже оказалось занято, так что разведчик держал ноги прижатыми к стулу.

— В чем дело? — спросил я, понимая, что просто так Борис нас звать не станет.

— Коротко? Жопа пришла откуда ждали. — устало усмехнулся Ратник, а затем, щелкнув несколько клавиш вывел на экран сводку за ночь. — Из четырехсот двадцати пяти мест выживших, расположений отрядов разведки и военных частей мы потеряли контакт с двухсот семью. Сорок из них — укрепленные боевые посты, с группировками от роты до полутора. Мы потеряли двенадцать тысяч человек за одну ночь.

— Твою мать. — я без сил уронил голову на ладони, закрыв лицо. — Как до этого дошло?

— Рассредоточенность наших сил, готовность противника… и одаренные на его стороне. Если хочешь я могу дать тебе все радиопереговоры за ночь. Но это не слишком приятное аудио. Мы теряли один рубеж за другим и ничего не могли поделать. — сказал Борис, водя пальцем по экрану. — Здесь напали несколько титанов на группу выживших без тяжелого вооружения. Этих вырезали маски — костяные эферналы, при поддержке призраков. Большую часть северного рубежа похоронили остатки армии ящеров. При этом сражались с таким остервенением и показательной жестокостью, что ясно — мстили за своих.

— Мы же их уничтожили, почти всех! — возмутился я.

— Похоже выжили только самые элитные части, одаренные среди одаренных. Как ты их называешь — Старшие. — проговорил Борис.

— Вы не правы. — прервал его вошедший зал магистр. — Старшие еще и не думали вступать в бой. Все это — звери. Первая волна, выпас зверья. Старшие, вернее их охотники, вступят в бой только во время сезона возвышения. Но он скоро наступит.

Глава 20

— Скоро… — я тяжело выдохнул, последние сутки я держался только на поглощении энергии, а во время схватки с волками потратил и ее. — Скоро это когда?

— Как только кончатся избытки зверей. Возможно, через неделю, возможно раньше. Сейчас они выплескивают избыток тварей, разросшихся на островах. — объяснил Вячеслав. — Но это не значит, что со временем станет проще. По сравнению со зверьми Старшие — настоящие монстры, веками использовавшие способности.

— На кой черт им вообще тогда выпускать на нас зверей? Убили бы сами. — устало прокомментировал я.

— Мы многого чего не понимаем в их планах и действиях. Есть мнение что они уже получили все что хотели, а теперь лишь проводят ритуальные танцы вокруг произошедшего. — решил поделиться своими наблюдениями магистр. — Их основной целью было похищение людей. Записи камер и немногочисленные свидетельства говорят о том что у них все получилось. Теперь — просто развлечение, планетарное шоу по вырезанию неугодных.

— Вырезанию неугодных? — скривился я, посмотрев на Бориса. — А ты что думаешь?

— Думаю, что нас здесь быть не должно. — сухо усмехнулся разведчик. — Наши яйцеголовые закончили предварительные расчёты. Мы должны были очутиться не здесь, а на сотню километров южнее. Да и пропасть почти всем населением города. И не думаю, что это только заслуга спутников, выступивших помехами для непонятного излучения.

— Имеешь ввиду, что оказывать сопротивление было бы некому? — нахмурился Вячеслав.

— Совершенно верно, от всего населения осталось бы не больше десяти тысяч раскиданных по руинам Москвы. — сообщил Ратник, махнув рукой на экраны где отображалась оперативная карта. — Сколько из них смогли выжить во время катастрофы? В первые дни при столкновениях с «паразитами» и «зверьми»? к текущему моменту все выжившее население могло ограничиться парой десятков одаренных прячущихся по развалинам.

— А вместо этого у нас довольно большой воинский контингент, все выжившие поставлены под ружье и массово используется вся военная техника, включая не конвенционную. — довольно оскалился Михаил. — Да, пообломали они себе об нас зубы. Вряд ли даже рассчитывали на то, что мы им так врежем.

— Главное не это. Возможно в стане противника у нас есть пусть и не союзник, но сторона которая желает использовать нас как козырь для ослабления других группировок. — постучав пальцем по столу сказал Борис. — Их силы неоднородны, мы наблюдаем это с самого начала. Даже сейчас, если рядом оказываются представители разных племен и семейств, они не объединяются против нас, а вырезают друг друга.