Эвермит: Остров Эльфов (ЛП) - Каннингем Элейн

С наилучшими пожеланиями, Лаэраль

Прелюдия: Падение Сумерек

13-й день Муртула, 1369 ЛД

Принц Ламруил вошел в огромный зал, где заседала его мать, прекрасно зная о множестве пар неодобрительных глаз, которые следили за ним.

Он недолго пробыл в Эвермите - по настоянию королевы Амларуил он отправился на материк в приключение, к которому не питал особого желания. Время отсутствия оказалось более насыщенным событиями, а задание, которое ему дали, - более сложным, чем он предполагал. Однако надежда его матери на то, что отсутствие Ламруила приглушит страсть, которую он разделял с Морой, оказалась несбыточной. По крайней мере, королева могла быть довольна тем, что не дала слухам об этом распространиться. Боги могли бы засвидетельствовать, что Ламруил уже сделал достаточно для того, чтобы вызвать скандал при дворе.

С момента своего прибытия он успел еще больше запятнать свою репутацию. По своей прихоти он решил заняться изучением магии. Будучи студентом в Башнях, он сумел разозлить несколько влиятельных семей золотых эльфов. Но никто из этих дворян не понимал, что он делал это намеренно. В своих путешествиях Ламруил заметил, что некоторые золотые эльфы на материке придерживаются традиционных, экстремистских взглядов. Он счел разумным приложить некоторые усилия, чтобы вычислить на Эвермите тех, кто может быть в союзе с этими экстремистами. Те, кого выходка принца лунных эльфов оскорбила больше всего, скорее всего, были подозреваемыми и заслуживали более пристального и тонкого внимания.

Королева Амларуил знала о тактике Ламруила, и она ее не одобряла. Впрочем, она вообще мало что одобряла из того, что Ламруил делал или говорил в эти дни. Он знал с мрачной уверенностью, что она не обрадуется новостям, которые он должен ей сообщить, и что она запретит ему делать то, что он уже решил, что должно быть сделано.

Принц прошел к помосту и опустился на одно колено перед троном своей матери.

"Ты редко бываешь на советах, сын мой", - сказала она голосом, в котором не было и намека на любопытство, которое, как знал Ламруил, она должна была испытывать. "Неужели ты отказался от изучения магии, чтобы научиться чему-то в управлении?"

"Не совсем", - ответил он с сожалением. "По правде говоря, я должен поговорить с вами по личному вопросу. Дело весьма деликатное".

Он увидел, как почти незаметно дрогнули ее веки - для удивительно управляемой Амларуил это было равносильно паническому крику. Она явно подумала, как он и предполагал, что это связано с его запретной связью с Морой.

Королева вежливо, но бодро удалилась из зала совета. Когда они остались одни, она обратила мрачное лицо к своему неверному сыну.

"Пожалуйста, не говорите мне, что еще один полу-эльфийский бастард собирается запятнать род Лунноцветущих", - холодно сказала она.

"Это было бы настоящей трагедией", - ответил он с такой же теплотой. "Пусть боги засвидетельствуют стойкость, с которой мы переносим позор, навлекаемый на нас ублюдками-полукровками - такими, как дочь моей сестры Эрилин".

Амларуил вздохнула. Они с Ламруилом много раз спорили по этому поводу. Но так и не пришли к решению. И никогда не придут.

"Дочь Амнестрии хорошо послужила народу", - признала королева. "Но это не дает тебе права увеличивать число полу-эльфов!"

"Тогда довольствуйся тем, что я этого не сделал", - мрачно сказал Ламруил. "Новости, которые я принес тебе, гораздо серьезнее".

Выражение лица королевы намекнуло на то, что она сомневается в этом.

В ответ Ламруил протянул ей письмо. "Это от мужа Эрилин, которого я называю не только племянником, но и другом. Он человек, но хорошо владеет языком".

Амларуил прочла изящный эльфийский шрифт. Она резко подняла глаза. "Кимил Нимесин ускользнул от своих арфистских тюремщиков! Как это возможно?"

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Ламруил помрачнел. "У Кимила Нимесина есть могущественные союзники, причем неожиданные. Мудрецы говорят, что Ллос и Малар когда-то заключили союз против Людей, хотя они ненавидят друг друга почти так же сильно, как детей Кореллона. Похоже, что они могут сделать это снова".

Лицо королевы побледнело до цвета нового снега. "Его нужно было судить на Эвермите. Этого бы никогда не случилось!"

"В этом мы согласны".

"Где он сейчас?"

"Арфисты не знают".

"У него все еще есть эльфийские союзники? Ты искал их под каждой кроватью в Эвермите".

"Несколько, но ни одного на Эвермите - по крайней мере, ни одного, которого я мог бы точно определить", - сказал Ламруил. "На материке - определенно. Есть и другие тревожные союзы. В прошлом Кимил вел дела с Джентаримом. Он заключил сделку с чародеями Тая. С какой целью, мы можем только догадываться".

"Да", - тихо сказала королева. Ее глаза наполнились печалью и утратой, которые не уменьшились с течением десятилетий. "Я слишком хорошо знаю цену амбициям Кимила Нимесина".

Молодой принц вдруг почувствовал себя неловко в присутствии такого огромного горя. Но он положил руки ей на плечи и встретил ее взгляд. "Я найду предателя, клянусь. Так или иначе, я верну его в Эвермит, чтобы он предстал перед судом".

При этих словах Амларуил охватил холод, словно предвестие грядущей душевной боли. "Как ты найдешь его, если арфисты не могут?"

Принц мрачно улыбнулся. "Я знаю Кимила Нимесина. Я знаю, что ему нужно, и куда он должен отправиться, чтобы найти это. Такие амбиции, как у него, нуждаются в поддержке огромного богатства. Мы с ним забрали из эльфийских руин состояние, которое может соперничать с кладом красного дракона. Кимил спрятал его и попытается вернуть. Я отправлюсь туда и встречусь с ним".

"Он может ожидать, что ты это сделаешь".

"Конечно, будет", - согласился Ламруил. "И он устроит мне ловушку. Он не будет ожидать, что я предвижу эту ловушку и попаду в нее по своей воле".

Амларуил уставилась на сына. "Зачем ты это делаешь?"

"Кимил Нимесин не уважает ни одного Серебряного эльфа, а меня и вовсе презирает", - откровенно сказал принц. "Он ожидает, что я брошусь в его ловушки, защищая королеву и страну. Но чего он не ожидает, так это неуклюжего принца, который предлагает себя в качестве союзника".

Из уст королевы вырвался изумленный возглас. "Ты не можешь!"

Ламруил поморщился. "Неужели ты так мало уважаешь меня? Я бы не пошёл на союз с предателем, который убил моего отца и мою сестру".

"Я никогда не думала, что ты так поступишь. И все же я не могу допустить этой уловки. Если ты сделаешь это, ты никогда не будешь править Эвермитом после меня!"

"Я и не надеялся", - ответил Ламруил. "Илайрана - наследница престола, и ее любит народ. Поскольку я не обременен их уважением, я могу свободно идти на такой риск от их имени. Позволь мне узнать о плане Кимила и разрушить его изнутри. Я должен", - серьезно сказал он, когда королева начала протестовать. "Неужели ты думаешь, что один эльф, каким бы могущественным он ни был, осмелится действовать в одиночку? Если он попытается завершить начатое им дело, будь уверен, это произойдет при поддержке могущественных союзников. А такие союзы часто приводят в движение сложные события - события, которые вполне могут продолжиться с Кимилом Нимесином или без него. Нет, я думаю, мы должны знать больше".

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Глаза королевы искали его лицо, как будто она могла найти там аргументы, чтобы опровергнуть его слова. Наконец она вздохнула, потерпев поражение.

"В твоих словах есть правда, даже мудрость. И все же я хотела бы, чтобы нашелся другой, кто мог бы взяться за это дело!"