Битва во времени - Юрий Леляков

— Да просто надо назначить место сбора! — вдруг сообразил Джантар. — И именно это — повторять в мегафон! Но так, чтобы собрать всех — и взрослых, и детей, которых они уже поспешили где-то запереть!

— Точно! — согласился Итагаро. — А место, где заперли тех детей, не помнишь? И кстати — сколько их там было?

— Нет, место я не узнаю, — чуть подумав, признался Джантар. — А сколько их было… Несколько десятков — наверняка. А возможно — и до двухсот. Нo сам сбор лучше всего назначить — в новом центре, у городской управы…

— А так — сперва подъехали бы, расспросили обо всём детей… — ответила Фиар. — И взрослых собирали уже потом…

— Надо было Джантару сесть в кабину! — спохватился Лартаяу. — И вдруг он бы узнал место! Но сейчас уже поздно. Дальше склон пологий, остановимся — и скорость уже не набрать. А я не хочу лишний раз включать двигатель.

— И всё-таки со взрослыми лучше говорить через систему оповещения, — сказал Ратона. — А дети могли бы помочь найти её передающий центр. Если сами знают, где он — и он вообще работоспособен…

— Да это и я знаю — а что толку… Говорю же, как она работает. А Тисаюм, ко всему прочему — ещё и колоссальный склад боеприпасов, военной техники, всевозможного ядовитого сырья… — начал Итагаро, и эти слова заставили Джантара вздрогнуть. — И всё под контролем компьютерных систем — пока те сами не отключились. Но если уж и они… А я и знаю этих технических подробностей ненамного больше вас. Ведь всё засекречено, всё — закрытая информация…

— Герм, быстро смотри — там будут живые или трупы? — вдруг спросил Лартаяу — должно быть, по неслышному здесь, в отсеке для охраны, указанию Талира бросая фургон в неожиданно резкий вираж. Джантар понял, что они объезжали место какой-то аварии.

— Живых нет, можем ехать дальше, — откликнулся Герм спустя несколько мгновений. Сам Джантар ничего не увидел в темноте ниже полоски неба над дорогой.

— Но по крайней мере, взрослые не должны видеть, кто обращается к ним, — продолжил Итагаро ещё несколько мгновений спустя.

— А произношение? — с досадой ответил Лартаяу. — А сами интонации голоса? Думаете, этим себя не выдадим? Кроме разве что Донота…

— И вообще — на каком языке говорить? — спохватилась Фиар. — Элбинского диалекта толком и не знаем… Просто на лоруанском, что ли?..

— Подождите! — воскликнул Талир. — Похоже, спуск сворачивает как раз в сторону того пламени. Вот только объедем склон…

Все затаили дыхание и прислушались. Впрочем, сперва Джантар по-прежнему ничего не различал во тьме дверного проёма и не слышал никаких других звуков, кроме беспорядочного грохота двери о борт фургона — но затем в какой-то момент ему показалось, что он видит слабое ровное фиолетовое сияние аур сидящих напротив Итагаро, Фиар и Герма. И он, удивлённый этим — до сих пор ему не приходилось так отчётливо видеть ауры — даже не сразу понял, что уже различает и склоны ближайших гор, видимые в мерцающих отсветах далёкого пламени, и слышит какие-то голоса…

— Люди! Элбинцы! — вдруг совершенно отчётливо раздался в этой едва озарённой багровым мерцанием тьме далёкий крик по-лоруански с особенно надрывными интонациями! — Нам надлежит терпеть и молиться!

— Вот ты и терпи, и молись, пока самого в костёр не швырнули… — вслед за этими тяжело и сурово брошенными словами раздался треск удара явно по человеческому телу, отдавшийся волной тошноты и ужаса внутри у Джантара. — После того, как из-за тебя всей деревней жгли документы… — за вторым ударом последовал деревянный треск и сдавленный стон. — И мебель чуть жечь не начали… Ну, где в вашем каноне сказано, что надо так сделать? И вот смотрите, 40 минут уже прошло — и ничего с неба не падает!..

«И что, так и проедем мимо? — едва не вырвалось вслух у Джантара. — Хотя… как — 40 минут? Сколько же мы едем по спуску? Только что было 12…»

«Просто у них так идут часы, — донёсся мысленный ответ Талира. — На моих, смотрю — всего 20 и есть…»

— Ну, правда! — раздался вдалеке ещё голос, в котором звучало что-то совсем исступлённое. — Что вы издеваетесь над людьми? Пять месяцев только и делаем, что не живём, а к смерти готовимся! Да что его слушать, давайте его самого…

— Остановитесь! — от этого крика у Джантара снова всё содрогнулось внутри. — Вы же за это попадёте в царство врага веры!

— И мы не можем вмешаться… — прошептал Ратона. — Нас всего девять… И мы не вправе рисковать собой…

— Занклу-Хартвес вам говорил, что не так придёт? — донёсся уже чуть позади раскатистый голос (хотя Джантар по-прежнему не видел ничего, кроме едва заметных отсветов пламени на склонах гор). — Говорил? А вы кого ждали? Да что долго рассуждать… Кончай вероотступника!

— Сказано было, что не верующие в Занклу-Хартвеса трупом лягут?.. — поддакнул ещё кто-то. — И теперь видите, кто был прав…

— Но не так же было сказано… — потрясённо напомнил из кабины Талир. — Просто — будут искать убежища, но не найдут… А люди с ходу придумывают то, чего не читали…

— Нет, а сколько есть новых расшифровок и толкований, которые не читали мы сами… — ответил Итагаро уже под звуки свалки или борьбы там, в стороне. — Но что делается с людьми… То есть — что с ними стало почти за год нашего пребывания там…

— Толпа на дороге! — вдруг воскликнул Талир. — Лартаяу, тормози! Или нет! — тут же изменил он решение. — Давай сигнал! Будем прорываться!

— Смотрите, кто едет! — донеслось из темноты. — И без света… Они, что, не знают, что мир кончается?

— А, может, это они и есть? — послышались другие голоса уже совсем близко с разных сторон. — Демоны! Враги веры! Не дайте им уехать! Остановите! Раскачивайте их! Трупом ляжем, но не пропустим!..

— Конец мира вы прозевали! — раздался из кабины изменённый под «взрослый» голос Донота. — Прошло уже лишних 20 минут! Вы лучше разберитесь, что делается у вас в деревне!..

Однако фургон уже тормозил — и его вдруг коснулось руки, по металлу кузова раздались удары, в темноте прозвучал крик, как будто кто-то едва успел отскочить в сторону (а может быть, не успел?)… Но и Джантар не успел даже никак среагировать на это, или хотя бы понять, сколь реальна опасность для самих — как окружающий мрак прорезал вой полицейской сирены, а позади, в ярких отсветах внезапно вспыхнувших фар, он увидел сваленные прямо у обочины человеческие тела — и прыгающих через них куда-то прочь от фургона людей, которые только что пытались их остановить. А вслед неслись крики с проклятиями и угрозами, и даже летели какие-то предметы — но к счастью, лишь ударяли по металлу кузова, и ни один не влетел в дверной проём…

— Но я не вижу дороги! — донёсся из кабины голос Талира после того, как Лартаяу погасил фары. — Зачем было включать свет?

— Разве я знал, что такие яркие? — ответил Лартаяу. — Ладно, пока поведу сам. Включу ближнюю подсветку… Хотя и деревень поблизости нет…

— И это — люди, которых мы собираемся организовать… — прошептала Фиар. — Для отпора неизвестному, непонятному нам самим злу — которое, возможно, угрожает всему нашему миру…

— Но пока — надо думать, что и как говорить на месте, когда доедем, — ответил Донот. — Правда, теперь уже — в большинстве будут каймирцы. Если Джантар всё правильно понял из своих видений…

— И то верно… — ещё не вполне отойдя от только что пережитого потрясения, сообразил Джантар. — Давайте, пока едем — попробую ещё. Но вы уж там будьте внимательнее…

Он прикрыл глаза, чтобы сосредоточиться. А вой ветра стих — и теперь ничто, кроме шороха шин и грохота ударов незакреплённой двери, не нарушало окружающую тишину. Да и там, позади, как будто уже не происходило ничего особенного — оттуда не доносилось никаких отчётливых звуков…

«Возможно, хоть наше внезапное появление помешало им убить друг друга… — подумал Джантар — и сам удивился странному эмоциональному отупению при этом. — Но всё-таки — что происходит? И до чего дошли люди в этой Элбинии? И что встретит нас в самом Тисаюме?..»

38. Ночь на краю мира

— … Ну и дела… Вы даже не представляете, что мы нашли! Кто бы мог подумать…

Голос Талира прозвучал совсем рядом — и как-то неожиданно громко, заставив Джантара очнуться и открыть глаза. Вокруг была почти полная темнота, едва рассеиваемая свинцовой мертвенностью верхней части дверного проёма. А главное — фургон почему-то стоял, и голос Талира донёсся снаружи… Но почему? Что ещё произошло, заставив их остановиться? И… сколько перед этим проспал он, Джантар?

…Приступ тоскливого ужаса словно судорогой прошёл через тело, заставив вспомнить обо всём. Но на этот раз — такой силы, какой, казалось, не был никогда прежде… Ведь теперь в сознании после каких-то минут или даже мгновений короткого забытья вновь с полной отчётливостью встало и всё, чем были заполнены два странных и тревожных предшествующих дня — из которых к тому же первый ещё мог казаться невинной идиллией в сравнении со вторым — и то, где он вместе со всеми оказался сейчас… И — это было пробуждение даже не в подземелье или почтовом вагоне — поистине в неизвестности, в совершенно случайно доставшемся им полицейском фургоне, на ночной дороге где-то в горах, посреди мира, охваченного каким-то новым безумием — или даже катастрофой, суть и истинные масштабы которой пока неясны. А тут — ещё непонятная, незапланированная остановка…