Пленники Камня 4. Фонтан Жизни - Брэнт Йенсен

Карун-Ра чуть не плакал, оттого что не мог убедить магов прекратить битву.

Конан представил себе мир, который обрисовал Слепец. Ему самому там бы не было места, также как и Тот-Амону. Но остальные люди, и впрямь, обрели бы счастье. Киммериец подумал, что он был бы готов пожертвовать личным благом ради остальных, а вот главу Черного Круга такая перспектива не устраивала. Потому он и сражается, потому он и спас Зелтрана, чтобы и у Конана рука не дрогнула.

«Смотри внимательно!» — в голове киммерийца раздался голос Тот-Амона. – «Это тот путь, которым ты пойдешь, когда я скажу».

От киммерийца к Слепцу бежала извилистая красная линия, напоминавшая на снежно-белом полу полоску крови. Конан внимательно изучил все повороты, запомнил их, а через мгновение линия исчезла.

Теперь требовалось ждать. Будь воля киммерийца, он бы с места не стронулся, но обещание помочь магу было превыше личных желаний.

— Бирес, хоть ты! – умолял Карун-Ра. – Он же не знает меня, а ты мой друг! Остановись! Я не хочу тебя убивать!

«Беги!», — приказал Тот-Амон киммерийцу.

Невидимые путы опали с ног Конана, и он устремился по проложенному магом пути. Вокруг него сверкали молнии, летали огненные шары, струился ядовитый дождь, но Тот-Амон хранил киммерийца.

Карун-Ра понял, что проиграл это сражение. Он сделал шаг назад, пытаясь спрятаться за статую Ибара, но не успел.

— Прости, — тихо прошептал Конан и отрубил магу голову.

Эпилог. Еще немного о…

«Вестрел» покидал порт Сартоса в теплый безоблачный день. Совсем другая погода царила в сердце первого помощника капитана, ванира, по имени Сигурд. Прошлая ночь была последней, которую он провел с Тарой. Вчера воительница сказала ему, что они не могут быть вместе, что рано или поздно или чувства друг к другу охладеют, а если нет, то еще хуже. Жить без опасности они не смогут, а это значит, что к путешествию на Серые Равнины надо быть готовым в любой момент. Девушка спрашивала, ванира, что тот почувствует, если узнает о ее смерти, как будет дальше жить. Сигурд обещал не умирать сам и дать умереть Таре, но воительница сказала, что так не бывает. В эту ночь она любила ванира столь яростно и самозабвенно, как никто не до, не после нее. Когда пират проснулся, постель была уже пуста, хоть простыни и хранили тепло женского тела. Тара стала для ванира той самой любовью, которую, и принято называть единственной.

Сама воительница в этот миг скакала на лошади в сторону Бильнаса. По щекам Тары бежали горькие слезы. Она думала о том, что если бы только Сигурд вчера настоял и не отпустил её, все было бы иначе. Еще она надеялась, что этим утром ванир отправится на её поиски. Целый колокол дева караулила у «Морского Змея», чтобы посмотреть, в какую сторону он пойдет. Сигурд выбрал море. Девушка нещадно хлестала лошадь, желая поскорее оказаться подальше от Сартоса, и проклинала себя за то, что вчера была так убедительна. Тара не сомневалась, что больше ей не встретится мужчина подобный этому рыжему ваниру. Воительница кричала небесам, что любит Сигурда, но они молчали. Хотя возможно, это именно боги исполнили просьбу девушки, когда спустя седмицу на неё напали ночные грабители. Ведь Тара молила, в том числе и о смерти.

Комнату Карун-Ра Бирес так и не решился занять. Ныне она пустовала. У нового главы Хозяев Сартоса забот было много как никогда, но магу на дела поместья было плевать. Он часто и подолгу пропадал в маленькой белой комнате, доставшейся ему по наследству от Слепца. Здесь он извлекал из воздуха бутылки с вином и осушал их в честь погибшего друга. Бирес много думал о том, что говорил Карун-Ра в храме Ибары. Если бы альбиносу удалось осуществить задуманное, мир, наверное, стал бы лучше, чище и светлее. Маг не понимал, что его толкнуло встать на сторону Тот-Амона. Еще Бирес вспоминал, что за миг до того, как глава Черного Круга освободил северянина, он решил помочь Слепцу… Но не успел. И теперь, когда статуя Ибара разбита, а дух его уничтожен окончательно, мечты Карун-Ра так навсегда и останутся мечтами.

Коратцо, Черс и Ганеш стояли на берегу моря и смотрели вслед бегущему по волнам «Вестрелу». Дух Камня и пророк по сути начинали жизнь с нуля. Первый никогда не был человеком, а второй был им слишком давно. И тот, и другой решили навсегда забыть о своем прошлом, ибо оно несло исключительно душевные терзания. Вчера вечером в «Морском Змее» на проводах капитана Конана, Коратцо предложил Черсу отправиться вместе с ним путешествовать. Денег у бывшего духа от «Ста золотых» осталось прилично, а юнга успел побывать во многих странах и мог бы быть идеальным проводником. Черс с радостью согласился. Ганеш, сидевший неподалеку от них, тут же заявил, что не против составить им компанию. Отказывать пророку не стали.

А примерно в пятистах шагах в сторону полуночи от этой компании, свесив ноги с обрыва, сидел зомби Хирон. Бегать по открытому пространству ему понравилось, это намного лучше, чем городская толкотня. Сейчас был редкий момент, когда мертвец отдыхал. Пройдет совсем немного времени, и он побежит снова. Что еще надо для счастья?