Шутка Хаоса - Анна Рейнер

Сам он стоял на помосте возле виселицы, расслабленный и уверенный в собственной безопасности, внимательно вглядываясь в толпу. Люди толкались, спорили, искали для себя лучшее место, активно работали локтями, расчищая путь к помосту.

Йен пристально рассматривал старика. Все лицо Мессира избороздили глубокие морщины, однако же он не сутулился, и его осанке мог позавидовать любой юноша. Длинная ухоженная борода мага свисала почти до пояса. Иногда он ее поглаживал, словно пытался успокоить нервы.

Пронзительный взгляд старца скользнул по Йену, и белый маг поспешил отвести глаза, склонив покрытую широким капюшоном голову. Рано еще открывать себя и привлекать внимание Мессира. Надо дождаться пока Цету введут на помост, а уже тогда можно будет начинать.

Белую мантию чародея надежно скрывал видавший виды серый плащ. Появись Йен среди толпы в собственном облачении, тут же выдал бы себя с головой. Он окинул магическим взглядом всю площадь — энергетических колебаний не заметно, но это еще не значит, что Мессир не расставил свою западню.

Конечно, было бы хорошо, реши старик сойтись с молодым магом в честном поединке, но рассчитывать на это глупо. Такие, как он, не станут рисковать понапрасну, предпочитая хитрость и коварство.

«Ничего, и мы не лыком сшиты», — храбрясь, подумал Йен. Ему стоило огромных усилий перебороть постыдный страх, но раз справившись с этим неприятным чувством, он уже знал, что не отступит, не повернет назад. Чародею не хотелось пускать в ход последний резерв — Силу, подаренную (или же данную на время) кем-то могущественным. Для начала надо воспользоваться своим арсеналом, а если не получится…

Ну, а если не получится, тогда заемная энергия снова выплеснется через край, словно слепое цунами, и еще неизвестно, какое из зол окажется меньшим.

«В этом-то и заключается мое слабое место, — сказал он себе. — Контролировать ее слишком сложно, и только Тьма ведает, что случится, если эта Сила вырвется на свободу».

Старик медлит, время идет, а нервы, словно натянутые струны, начинают трещать.

Йен набрал в грудь побольше воздуха. Знать, что тебя ожидает — намного лучше, чем оставаться в неведенье, но ничего не поделаешь, и рисковать все равно придется.

С трудом подавив сумбурный вихрь мчавшихся мыслей, чародей постарался сосредоточиться на поставленном плане. Йен во что бы то ни стало выйдет из этого боя победителем и освободит полуэльфийку, так легкомысленно согласившуюся остаться в плену Лютого.

Чародей еще никогда не испытывал ни к одной женщине такой страсти как к Рэль. Это просто какое-то наваждение… Полное и абсолютное безумие.

Хотелось быть с ней рядом, касаться ее, знать, что она принадлежит только ему. Несмотря ни на что сделать эту девушку своей. А вместо этого — боль, всепоглощающая, заставляющая сердце исходить кровью. И ведь он не знал, чем так ей противен. Проходя обучение в Белой Башне, он всегда пользовался повышенным вниманием женщин, и ему было просто не понятно, почему полуэльфийка его отталкивает. Разве что любит кого-то другого?..

И эта мысль тоже причинила боль.

----------------------

[1] — См. Роман Кровь за кровь.

Глава 15 Ариакан. Хитроумная ловушка Мессира

Смотря с возвышения на действия толпы, Мессир искал ассоциации то с муравейником, то с пчелиным роем — точно определиться он не мог. Никого и ничего подозрительного не заметно — обычные люди, и ведут себя так же, как всегда, возбужденно суетясь в предвкушении скорого зрелища. Буквально через минуту на площади уже негде было протолкнуться. Люди дышали друг другу в спины.

Все продумано до мелочей, магические ловушки расставлены.

Ну, что же, пора начинать.

Он поднял руку, и толпа, словно один единый организм, замолчала.

Будто повинуясь негласному приказу, на помост поднялся глашатай, за ним два здоровенных сорга втолкнули на лобное место осужденных со связанными за спиной руками и застыли рядом, нервно пощелкивая хвостами. Последним на место казни явился палач в грубом фартуке и закрывающей лицо маске, лишь в узких прорезях сверкали горящие безумным огнем глаза.

Парень, казалось, смирился со своей участью, по крайней мере, взгляд его был пустым и безжизненным. Девчонка нервно озиралась по сторонам, словно выискивая в толпе знакомые лица, и Мессир про себя улыбнулся — прав, во всем он оказался прав, и она действительно одна из тех, кто тайно проник вчера в город. Девчонка надеялась на спасение, он тоже надеялся, что ее попытаются спасти.

Ему предстоит сыграть последнюю сцену этого спектакля, но она вряд ли окажется короткой. Друзья этой девицы в любом случае окажут сопротивление, для того-то сорги и стоят сейчас плотным кольцом, оцепив толпу.

Мессир окинул цепким взглядом закованных в броню стражников — хорошо, очень хорошо. Собравшихся на площади змеелюдов хватит, чтобы усмирить целую толпу, что уж там говорить о жалкой кучке лазутчиков?..

На глаза черному магу попался и горбун, снующий возле помоста. Конечно же, он здесь, где же еще быть этой сточной крысе?

Черному магу было безразлично, попадут ли в эту адскую мельницу обычные горожане — лишь бы план сработал, а кто пострадает — не его забота. С магом все обстояло куда сложнее. Было необходимо предугадать все его возможные ходы и разработать контрмеры. И не просто продумать, но и провести всю необходимую подготовку, на что ушла вся ночь.

А что, если он ошибается, и у них нет нужного Медегме артефакта? Вдруг он просчитался, переоценил себя? Нет, нет, не может быть. Его интуиция прямо-таки вопила, подсказывая верное направление, а он привык ей доверять.

«Что же ты разволновался-то так, приятель? — обратился он сам к себе. — В конце концов, ты стар и мудр, а это многого стоит».

Мессир выпрямился во весь рост, скрестил руки на груди и еще раз цепко оглядел толпу.

Стоит девчонке оказаться в петле, как его неведомые соперники обязательно проявят себя. Волшебник пустит в дело магию, ловушка уловит эманации чуждой волшбы, и западня захлопнется, облекая жертву в плотный кокон, давящий изнутри. И горе тому, кто в него попадет — спасения не уже будет. С остальными справятся сорги, так что ему предстоит вполне пассивная роль. Мессир не собирался кидаться в открытую драку, очертя голову, словно взбалмошный глупец, для этого он еще не совсем выжил из ума.

Черный маг снова посмотрел на пленницу. Девчонка все равно погибнет, но ничего похожего на жалость он не испытывал. На его руках уже столько крови невинных, что еще одна смерть не сможет отяготить душу. Да и как можно отяготить то, чего попросту нет? Сострадание,