О моем перерождении в сына крестьянского 2 - Анатолий Михайлович Нейтак

большей мере жуткая. Гарих сильно удивился пересказу истории о том, как новая глава рода взлетела по ступеням. В этом не ощущалось лжи, но прямо-таки зияла некая тайна — вполне возможно, мрачная.

И почти наверняка связанная с Вейлифом. Опять — с ним.

— У меня есть ощущение, что он владеет каким-то секретом быстрого развития.

— Ага. Возможно, даже и не одним.

— Думаешь?

— Даже осколок старого духа должен знать о развитии этого самого духа больше, чем большинство более-менее обычных людей имеет шанс изучить за всю свою жизнь.

— Логично, — хмыкнул Гарих.

— Эх, хорошо бы он и с нами поделился парой секретов!

— Думаю, поделится. Тем, что для воинов сгодится. Иначе зачем было брать нас в команду? Ладно. Давай уже вставать.

И они встали, и привели себя в порядок, и провели основательную утреннюю тренировку. Парную. Без воплей господина Вайне под ухом, что особенно приятно. А потом началась суета — с подачи Лейты; и суета эта продолжалась весь день, захватив в свою орбиту десятки людей.

Гарих не успел опомниться, как их с Шелари припрягли сверять со списками имущество родов Ассур, Вазил и Шесерин. Потом, парой часов позже — хоп! — и они уже летят в глубину Леса Чудес, в некое подземное убежище. Снова хоп! И они караулят вход в это убежище, сидя в очень резво возведённом Вейлифом «ласточкином гнезде»… в точности на той высоте, на какую он, Гарих, мог забраться одним длинным Рывком; у Шелари, с её-то классом, с длиной Рывка дела обстояли ещё лучше. А между тем под ними по мосткам, также сооружённым Вейлифом, таскают к речке вынутый грунт вассалы Ассуров (потому что когда маг копал для себя нору, он совершенно не рассчитывал на такую толпу, так сказать, гостей… и если вышеозначенные гости не желают сидеть друг у друга на головах — ну, пусть поработают над расширением подземных площадей, тачки с прочим инструментом для этого маг им сообразил).

Ночевал в Лесу Чудес он снова не один, а с Шелари под боком. И… снова без всякого лишнего. Обстоятельства не располагали к фривольностям: в убежище действительно оказалось тесно, так что спали они в том, что по изначальному замыслу должно было служить залом для тренировок, на созданных Вейлифом матрасах, в компании нескольких десятков более-менее подросших Ассуров.

А следующим утром их потянули на охоту. Первую совместную охоту новосозданной команды, ради благороднейшей цели: накормить настоящей магической едой всю ту ораву, которую вчера их Лидер перенёс по воздуху в глубину Леса Чудес.

Что подразумевало охоту на монстра…

Которая завершилась настолько стремительно и легко, что это даже разочаровывало. С другой стороны — а чего он ждал? Битвы на грани жизни и смерти, великого испытания решимости и силы духа?

Ха!

Впрочем, испытание всё же состоялось. Позже. Так сказать, жажда боя привела к бою, устремление притянуло судьбу. Поначалу-то Вейлиф с Лейтой просто ринулись разделывать телка бронешеего быкорога. И это, надо признать, выглядело… привычно? Профессионально? Да. Более чем.

Щупальца, выращенные целительницей (да какой там целительницей — ясно же, что она тоже прошла эволюцию класса и теперь умеет гораздо больше прежнего!), показали на практике очередную грань возможного. Иллюзионист делом подтвердил, что его плотные иллюзии вполне способны поднимать тяжеленные туши и резать плоть невидимыми ножами…

И это стало лишь началом.

— Давай-ка ещё ускоримся, милая, — сказал Вейлиф.

— Ты имеешь в виду…

— Да. Раз уж мы все в одном ветролёте и одной команде — покажи им Боевую Чешую.

— А как насчёт Брони Героя?

— И её тоже покажу.

— Ты тут Лидер, — хмыкнула Лейта.

Спустя секунду стало кристально ясно, что во время Вызова Главы она не использовала всех своих козырей. Даже половины, наверно, не использовала. Щупальца-кровососы? Ха! Трансформу в чёрно-ало-пепельного ящера на две головы выше, чем немаленький Гарих, не хотите ли? Капюшон плаща разросся и обернулся жуткой зубастой харей, сам плащ обнял уже совершенно нечеловеческую фигуру — массивную настолько, что тот же Гарих со всей своей бронёй уступал ей, вероятно, вдвое. Массивную, да, но отнюдь не медлительную: приспособленные к пальцехождению ноги явно могли выдать очень резвый старт.

И ещё: ко всему этому прилагались щупальца. Притом в большем числе, чем раньше. Растущие частью из района лопаток, а частью изображающие дополнительные руки. Две пары сверх нормы.

— Что за адова дрянь⁈

— Это, Ершица, не адова дрянь, как ты изящно выразилась, а импровизированная боевая форма моей красавицы. Которую позже нам — в основном вам с Гарихом — предстоит совместно доводить до ума. Кстати, первая ключевая слабость уже очевидна: в этом облике Лейта не может говорить.

— Ужже. Могху. Но. Плоххо.

Голос чёрно-ало-пепельной страховидлы звучал искажённо и неестественно. Не то что не женский, но даже вообще не человеческий: какой-то искусственный, натужно-гулкий, с хриплыми скрипами в неожиданные моменты.

— О? Никак доработала голосовую мембрану?

— Не. До. Кхонсса. Нужжна. Прракхтикха.

— Ну, вот заодно попрактикуешься.

…и снова Гарих обратил внимание на изменения, произошедшие с Вейлифом, с некоторым запозданием — потому что изменения с Лейтой, эта вот её Боевая Чешуя, зубищи и щупальца, выглядели намного эффектней.

Что же до Лидера — он переменился не особо радикально. Толще костюм, больше броневых пластин и встроенных щитков (например, у локтей и коленей), иная расцветка: серо-жёлто-зелёная, а не просто в разных градациях серого с небольшими чёрными вставками, как раньше. Но интуиция, без которой воин и не воин вовсе, вне зависимости от того, какой им выбран класс — эта интуиция шептала, что Вейлиф в своём новом обличье опасней, чем воин двух звёзд серебра. Ближе к трём звёздам.

В смысле, если будет драться именно как воин, а не как маг.

С новым обликом Лейты шёпот интуиции сбивался. Оценить её без спарринга Гарих не брался: уж слишком нелюдское тело, слишком непредсказуемые способности, вообще всё… слишком.

— А почему ты не стала превращаться в эту жуть ходячую, когда бросила Вызов?

— Потому что боевая форма Лейты сыровата, — ответил Вейлиф на вопрос Шелари вместо госпожи Ассур. — Да и не помогла бы она именно против Сарнеди. Под чарами Великого Принудительного Апоптоза вся эта жуткая красота сдулась бы… как мои конструкты сдулись бы под натиском антимагии. У любого волшебства есть свои уязвимости. Вот и Боевая Чешуя, созданная на стыке школ воплощения и целительства, особо уязвима именно к чарам биологического распада.

—