Иннокентий - Ал Коруд

«Ну да! В сам Новый год он употреблял исключительно общенародное пойло».

— Попробуйте вот это!

Мужчина с претензией на богемность в виде приличного пиджака и шейного платка подал бутылку с «Букетом Молдавии». Иннокентий налил и попробовал.

— «А ничего!»

Шестнадцать градусов, виноматериал и какие-то травки. Пойдет!

— За что пьем, уважаемые?

— А разве обязательно нужна причина, чтобы выпить?

Сидящие за столом граждане захохотали. Иннокентий же не нашел, что ответить бородачу и просто выдохнул:

— Будем!

— Вы тут в первый раз?

— Да. Случайно пригласили.

— Эту случайность ненароком не Верой зовут? — мрачный молодой человек в темном костюме, сильно смахивающий на «Гота» с каждой рюмкой мрачнел еще больше.

— Может, и так.

— Бойтесь её, она ведьма.

— Я в курсе.

Бородач и Богемный переглянулись и разухабисто заржали. Последний патетично заметил:

— Феерично! Только у Нинель можно встретить подобное общество. Ах, как жаль, что мы так редко собираемся.

— У вас, любезный мой, финансов и здоровья на частые встречи хватит?

— Я не стал представляться за столом, — мистер шейный платок вежливо поддерживал Иннокентия за локоток. — Михаил Юрьевич Ярузельский. Мы ведем свой род от шляхты. Но сами понимаете, — подмигнул он заговорщицки, — об этом не принято напоминать.

— Что вы хотели мне показать?

Васечкин не понимал, зачем и куда его тащат. Квартира по факту оказалась больше, чем он предполагал. Или это была сдвоенное с общим коридором жилище. Скорее всего разделили его после выселенных дореволюционных хозяев богатеев. Жизнь в советском времени заставила Кешу несколько подучить отечественную историю, и парень из будущего узнал для себя много интересного.

Оказывается, в России было несколько революций, жесточайшая Гражданская война, первая пятилетка и стахановское движение. Отчего от них в будущем так тщательно прятали эти факты или не придавали им значения? Для оправдания нового капитализма?

— И как вам?

«Дяденька у нас по ходу художник. Занятно!»

Честно говоря, Иннокентий ничего не понимал в этих картинах. Но с умным видом обошел небольшую экспозицию, выгодно выставленную под светильники на стене.

— Интересно. Свежо!

— Вот и я о чем. Эти недоумки из худсовета ничего не понимают, — Ярузельский коротко пояснил. — Перед праздниками здесь была самодеятельная выставка. Сами знаете, что об этом не стоит распространяться. Были свои, приближенные к искусству люди. И все равно нашлись негодяи, что настучали в «Общество». Ведь все художники должны быть там записаны. Вот мы, настоящие ценители прекрасного наверняка лучше поймем друг друга?

Васечкин непонимающе глянул на хозяина. Художник доверительно положил ему на плечо тонкую кисть:

— Я ведь в курсе, что вы фотограф. Видел ваши снимки с Верой Петровной. И знаете — превосходно. Ощущаются новые веяния. Не то, что эти покрытые нафталином фотографии соцреализма.

Кеша хмыкнул. На самом деле он тупо скопировал позы из гламурных журналов будущего. Так что ничего нового не внес. Ну и прекрасная Цейсовская оптика. Куда без нее?

— Вы так считаете?

— Конечно. Нам, продвинутым художникам необходимо держаться вместе.

Ярузельский так сильно прижался, что Иннокентий разом все понял.

«Обычный пидор. Эфиоптвоюмать!! Они, оказывается, уже и в этом времени в искусство напролезали».

— Ах, вот вы где? Рассматриваете шедевры нашего непризнанного гения?

Вера стояла на пороге, блестя глазами, ехидно взирала на сладкую парочку. Художник обидчиво сжал губы, а Кеша немедленно отодвинулся от него, сделав суровой лицо.

— Было очень интересно. Спасибо.

— Иннокентий, вы подумайте о совместной выставке, — не потерялся Ярузельский. — У меня в том городке есть связи.

— Обязательно, Михаил Юрьевич, всенепременно! Вот разгребу с делами.

Верочка утащила его дальше и нагло впилась губами в его. Поцелуй вышел такой горячий, что Кеша вспотел и думал только о том, где бы найти укромное местечко для дальнейшего крайне легкомысленного времяпровождения. Еще немного, и он вскипит.

Актриса протянула тонкую ручку вниз живота:

— Эгей! А я уж грешным делом подумала, что ты из этих.

— Сплюнь!

— А вот для этого нужна отдельная процедура, милый.

Верочка ехидно смотрела прямо ему в глаза.

«Точно ведьма!»

Но наглость и вожделение взяли своё:

— Она у нас запланирована на сегодня?

— А это как пожелаешь.

— Едем за шампанским и мандаринами?

— Ну, где ты сейчас их возьмешь?

— Места надо знать, дорогуша.

Эх, хорошо погулять на широкую ногу! Пусть и несколько дней в году. Но все еще впереди. Москва Белокаменная и пляжи Рио-де-Жанейро.

«Мы свое от этой эпохи еще отожмем!»

Глава 29

Пламенный привет строителям коммунизма!

Мчится грузин по дороге на новой «Волге» и врезается в стоящий на обочине каток. Расстроился, машину ведь только взял, вызвал знакомого гаишника. Тот выясняет обстановку, а затем подходит к водителю катка, кладет ему руку на плечи и задушевно говорит:

— Ну, рассказывай, как обгонял, как подрезал…

Реакция на бородатый анекдот, приспособленный под новые реалии, оказалась не совсем та, на которую рассчитывал Васечкин. Из всех сидящих заржали лишь несколько мужичков. Видимо, они давно за рулем и прелесть ситуации оценили сполна.

Так, сам виноват, автомобилизация в эту эпоху находится в зачаточном состоянии. И большая часть народа реалий, связанных с дорогой просто не понимает, как и самих правил дорожного движения. А тут еще и деревня. Они в большинстве своем и трамваев не видели. Так что лучше про Леонида Ильича. Такое тут лучше примут.

— Приехал чукча из Москвы и рассказывает — Говорят, в нашей стране все для человека. И я видел этого человека.

Вот здесь всех проняло.

Накаркал с анекдотом. Серега, их безбашенный водитель никого не подрезал, а ни с того ни с сего решил на относительно пустой дороге и во время затяжного поворота обогнать еле плетущийся «ГАЗон». Навстречу же ему внезапно показался такой же ухарь, летящий на лесовозе. Иннокентия всегда удивляли водители шаланд, которые мнили себя пилотами спорткаров на «Формуле-1». Сколько жизней эта манера унесла на полупустых дорогах Союза, никто не считал и с явлением не боролся.

Никто ничего не успел понять, как раздался удар и буханку резко повело вправо. Им очень повезло, что лесовозник ушел на обочину, удар пришелся по касательной, а Сергей успел в последний момент вывернуть руль. Стук, их заносит на обочину, все кричат. Кеша успевает крепко схватиться за поручень, упираясь спиной на борт машины. Затем буханка взмывает через наметенный сугроб, валится налево и мягко съезжает вниз в придорожную канаву.

«Ух! А что это было?»

Вроде легко отделался. Буханка завалилась в его сторону, и он ни обо что не ударился. Но пора подумать об остальных. Их всего ехало четверо.

— Народ, вы там живой?

Послышались стоны, ругательства, скрежет салона и гул все еще крутящихся колес. Затем раздался дичайший вопль, который дальше не прекращался.

— Это кто там так орет? Что случилось?

После некоторой заминки раздался голос Гены, их ремонтника бытовой техники.

— Серега впереди орет. Удар туда пришелся.

— Писец!

Васечкин немного приподнялся и вначале ощупал себя, оценивая самочувствие. Так их учили. Повезло ему в армии с инструкторами. Только это примиряло молодого человека с потерей целого года жизни. Перед тем как кидаться на помощь — проверь сначала себя. Это как в самолете при выкидывании кислородных масок. Обычная яжмамка в первую очередь бросится надевать её ребенку. Может даже у кого-нибудь отобрать, потому что дура набитая. В итоге вырубятся и погибнут оба.

Жене цветы, а дитям мороженое!

«Все цело и не болит. Хорошо, что шапку с головы не снял!»

Кеша осторожно подвигался, переломов и ушибов нет. Башкой немного приложился при падении, но меховая шапка спасла. Отлично!

— Народ, вылезай к двери. Я сейчас её приоткрою.

Боковая дверь была прямо над головой, но с его ростом и такой-то матери её удалось распахнуть настежь. Затем Иннокентий помог выбраться всем наружу, и утопая в снегу по пояс, двинулся к водительской кабине.

А она, как известно, у Буханки особенная. Маленькая и очень узкая.