Последний крестоносец - Уилл Мюррей

- Привет! - сказал он, одновременно пытаясь нашарить за голенищем сапога метательный нож.

Внезапно он вспомнил, что нож выхватила эта сучка. Что ж, оставался еще второй нож. К сожалению, в сапоге его не оказалось. И тогда застывшая улыбка сползла с лица преподобного Слаггарда.

- Куда мы едем? - хрипло спросил он.

- В Тегеран. Тебе там понравится. В столице тебя поджидает множество народу, очень много.

Казалось, улыбки иранцев стали еще шире. В лицах окружавших Слаггарда людей было что-то знакомое. Наконец он вспомнил - эти лица являлись ему в ночных кошмарах: сверкающие белизной зубы, дьявольский блеск горящих глаз. И тогда преподобный Слаггард осознал, что теперь он находится в стране, полной дьяволов.

- Кстати, - внезапно проговорил преподобный отец. - Вы что-нибудь слыхали об Иисусе, парни?

Глава 26

Доктор Харолд В. Смит постучал в дверь.

- Открыто, - ответил Римо Уильямс.

Войдя, Смит обнаружил, что Римо скатывает камышовую циновку, служившую ему постелью, а из кармана брюк у него высовывается" голубая зубная щетка.

- Чем ты занят? - поинтересовался Смит.

- Собираюсь, - ответил Римо.

- В отпуск?

- Нет. Мы с Чиуном пришли наконец к решению - уехать из этого сумасшедшего дома. Не обижайтесь, но ведь "Фолкрофт" и есть приют для умалишенных.

- Ничего страшного, - сказал Смит. - Наверное, это даже к лучшему. Я уже намекал Чиуну, что вы пробыли здесь слишком долго.

- Но идея переехать принадлежит не Чиуну, а мне. Ему-то как раз здесь нравится, он считает, что королевский ассасин должен жить, так сказать, при дворе. Но я уговорил его, и Чиун едет со мной.

- Очень мило. Прямо скажем, поступок для Чиуна довольно необычный.

- Он все еще переживает по поводу нашей поездки в Иран. Мало того, что дыни оказались переспевшими, а ковры стали ткать отвратительного качества; выяснилось, что самый главный мулла и слыхом не слыхивал о Синанджу. Но и это еще не все - аятолла боялся Америки. Этого Чиун никак не может понять. Не думаю, чтобы он когда-либо согласился еще раз поехать в Персию. Да, кстати, о том задании. Вам удалось распутать все ниточки?

- По крайней мере, мы сделали все от нас зависящее. Крестоносцы возвратились в свои семьи. Правительство решило не подавать в суд на Макалленскую нефтяную компанию за нарушение Акта о нейтралитете, в основном потому, что их и так ждет финансовый крах. А что касается заявлений иранцев об американском вторжении, то они шумят по поводу и без повода уже столько лет подряд, что никто в международном сообществе не принимает такие выпады всерьез.

- А как насчет крестоносцев, которые погибли на первом корабле?

- Смерть Ламара Бу, хотя и от руки иранцев, но все же произошла на территории церкви Слаггарда, так что их можно привлечь к ответственности. Полагаю, семье мальчика будет выплачена значительная компенсация. Что касается остальных, то Иран не торопится выдавать их тела. Боюсь, они будут числиться в списках пропавших без вести, пока не будут закончены все судебные процессы, которые в скором времени будут возбуждены против организации Слаггарда. Учитывая особенности нашей судебной системы, в Иране к тому времени, возможно, уже установится дружественный режим.

- Всегда любил счастливые концовки, - с кислой улыбкой заметил Римо. Кстати, я давно хотел у вас спросить. Как вам удалось расколоть того террориста в штаб-квартире ФБР?

Смит опустил глаза.

- Ничего особенного, - проговорил он, явно чувствуя себя не в своей тарелке.

- Смитти! Да вы смутились! Ну-ка, послушаем, послушаем.

Смит прокашлялся.

- Как вам, наверное, известно, добиться успеха на допросе можно за три дня. В тот момент мы этим временем не располагали. И тогда я применил метод, которым пользовался еще в военной разведке, когда нужно было получить некоторые сведения от человека, выдавшего нацистам несколько еврейских семей.

- Продолжайте же, я весь внимание.

- Ну, я с ним побеседовал.

- Побеседовали?

- Да, спокойно и собранно. Я не стал обвинять допрашиваемого и читать ему мораль. Вместо этого я рассказал ему о людях, которые погибли в результате его поступка, поведал самые разнообразные сведения о их жизни, показывал фотографии. Я говорил о горе, которое обрушилось на родных и близких этих людей. Одним словом, в результате вместо безликих жертв перед допрашиваемым предстают живые люди. Тот террорист сломался, когда я положил перед ним фотографию убитой им семилетней девочки и прочел ее сочинение на тему "Кем я хочу стать, когда вырасту". Там говорилось, как она станет медсестрой и положит конец страданиям, царящим на земле. Этого он не смог выдержать.

- Зная вас, Смитти, можно предположить, что вы просто надоели ему до смерти. Но как бы то ни было, результат все равно потрясающий. Поздравляю вас.

- Гм... Спасибо.

В этот момент в комнату вошел Мастер Синанджу.

- Приветствую вас, о Император Смит, - сдержанно поздоровался он. Чиун все еще не простил Смита за прегрешения, ущемившие его самолюбие. - Мой сын уже донес до вас печальную весть?

- Да, Мастер Чиун. Вы выбрали самое подходящее время - я как раз получил ваши сундуки.

- Хорошо. Мы забрали их с яхты Слаггарда перед тем, как отправиться в Перс... в Иран. Я специально предупредил почтового служащего, что он отвечает за их сохранность головой. Так что, все четырнадцать прибыли на место?

- Все четырнадцать.

- И ни одного поломанного замка?

- Судя по всему, сундуки в отличном состоянии.

- Ну что ж, если это так, - радостно сказал Римо, - пора выходить.

- У вас есть где остановиться? - спросил Смит.

- Мы с Чиуном подумываем о том, чтобы приобрести дом.

- Я, конечно, не могу вам препятствовать, но считаю своим долгом предупредить, что постоянное место жительства чревато осложнениями. Я имею в виду: с точки зрения секретности.

- Плевать на предосторожности. Мы покупаем дом, обнесенный белым заборчиком. И, возможно, с садом.

- В котором будут расти дыни, - добавил Чиун.

- Сообщите мне, как только оформите все бумаги, - попросил Смит.

- Не беспокойтесь, Смитти, мы же все равно вышлем вам чек. Ты идешь, Чиун?

- Одну минутку, Римо. Я должен побеседовать с Императором. Будь любезен, проверь пока, все ли в порядке с моими сундуками.

- Понял, - ответил Римо, сбегая по лестнице.

- По-моему, он очень доволен, - тихо заметил Смит.

- Это пройдет. Хорошее настроение у Римо длится не дольше, чем снегопад в апреле.

- Это как-то связано с его недавним религиозным перерождением?

- Нет, религиозные чувства у Римо так же преходящи, как и настроение. Не знаю, что вызвало у него ностальгию по праведному образу жизни, но лживые проповеди преподобного Слаггарда быстро заставили эти мысли улетучиться.

- Возможно, так действительно будет лучше. При нашей работе времени на религиозные размышления не остается.

- Кроме того, я раскрыл ему тайну религии Синанджу! - с гордостью сообщил Чиун. - Все остатки прошлых верований, имена богов и предрассудки исчезли из памяти моего ученика навсегда.

В это время в дверях показалась голова Римо.

- Эй, Чиун, из-за чего задержка? Иисус, Мария и Иосиф. Пошевеливайся, ладно?

- Но в конце концов, - мрачно заметил Чиун, - чего можно ждать от человека, который первые двадцать лет своей жизни провел в когтях Римской католической церкви?