Убийства в Плейг-Корте - Джон Карр

Мастерс резко оглянулся:

— Леди Беннинг? Чего ей надо?

— Думаю, хочет обвинить кого-нибудь в убийстве…

Мы молчали. Туманный солнечный свет падал на драный, потертый ковер, в нем плясали пылинки, но прозвучавшее имя леди Беннинг нагнало на нас дрожь. Она невидимо присутствовала повсюду. Казалось, мы ждали не одну минуту. Потом снаружи на лестнице послышался стук, после паузы — другой. Она, наконец, сдалась и взяла с собой палку. Я вспомнил красный прогулочный автомобиль, остановившийся на улице, догадался, кто следил из него за веселившейся парой… Стук приближался.

С первого взгляда она вызывала жалость, и не только из-за хромоты. Мастерс распахнул перед нею дверь, леди Беннинг с улыбкой вошла. Позапрошлым вечером ей можно было дать лет шестьдесят, сейчас намного больше. По манерам — прежняя маркиза Ватто, только слишком много румян и губной помады, глаза подведены карандашом, но довольно нетвердой рукой. Живые, сверкающие глаза, улыбаясь, бегали по комнате.

— Значит, вы все здесь собрались, джентльмены, — проговорила старая леди слегка сорвавшимся голосом и повысила тон, попыталась деликатно прокашляться. — Хорошо. Очень хорошо. Позвольте мне сесть? Большое спасибо. — Она кивнула большой шляпой, сидевшей на кудрявых седых волосах и скрывавшей морщины. — Я слышала о вас от моего покойного мужа, сэр Генри. Вы очень добры, что позволили мне с вами встретиться.

— Слушаю, мэм, — буркнул Г.М.

Он говорил резко, нарочно стараясь вывести ее из себя, но она лишь улыбнулась, прищурилась, и поэтому Г.М. продолжал:

— Вы желали, помнится, сделать определенное заявление?

— Дорогой сэр Генри. И вы… и вы… — В паузе она сняла одну руку с набалдашника палки и легонько положила ладонь на стол. — Неужели все ослепли?

— Ослепли, мэм?

— Вы хотите сказать, что столь умные люди ничего не видят? Я должна вам сказать? Вы действительно не знаете, почему дорогой Теодор покинул город и в дикой спешке бросился к матери? Не знаете, что он бежал либо от страха, либо из-за того, чтобы его не заставили проговориться о том, о чем ему не хочется говорить? Не знаете, о чем он догадывался, а теперь знает точно?

Тусклые глазки Г.М. открылись, сверкнули. Старуха резко потянулась к нему. Говорила она по-прежнему тихо, но возникло впечатление, будто какой-то игрушечный призрак, изготовленный Дартвортом, нечестивый фантастический чертик, вдруг выскочил из коробочки.

— Мэрион Латимер — сумасшедшая, — объявила леди Беннинг.

Мы молчали.

— О, знаю! — резко проговорила она, пристально глядя па нас. — Знаю, как вы заблуждаетесь. По вашему мнению, молоденькая, хорошенькая девушка, которая хохочет над мужскими шутками, плавает, ныряет, играет в теннис, бегает на крепких, здоровых ногах, не может быть сумасшедшей? Да? Да? — настойчиво требовала она ответа, снова окидывая кабинет взглядом. — Впрочем, вы мне все равно поверите. Почему? Потому что я старуха и верю тому, чего вы попросту не видите. Вот почему, по единственной этой причине.

Каждый представитель семейства Мелиш склонен к безумию. Это я вам точно говорю. Сару Мелиш, мать этой девушки, держат в Эдинбурге под строгим присмотром. Если не верите моим словам, может, поверите простому доказательству?

— М-м-м. Например?…

— Чей голос слышался в комнате Теда в то утро? — Леди Беннинг явно что-то подметила на лице Г.М. и с улыбкой кивнула. — Почему вы с такой легкостью заключили, будто это был кто-то чужой? Разве чужой человек очутился бы на балконе в такой ранний час? Видите ли, балкон идет вокруг дома, мимо спальни милой Мэрион… Разве удивительно, что бедняжка кухарка не узнала голос? Дорогой сэр Генри, она его раньше никогда не слышала… Никогда не слышала, чтобы он так странно и дико звучал. Это и есть истинный голос милой Мэрион. Как еще можно истолковать слова: «Ты ведь никогда даже не подозревал…»?

Я услышал у себя за спиной тяжелое дыхание. Мастерс шагнул вперед, к письменному столу.

— Мэм, — начал он, — мэм…

— Помолчите, инспектор, — тихо приказал Г.М.

— Милый доверчивый полицейский сержант, мистер Макдоннел, которого вы однажды посылали шпионить за нами, — продолжала старая леди, шевеля на столе пальцами и по-змеиному крутя головой, — вчера днем зашел к ней в неурочный час, и она его выставила. О, с большой легкостью, она — милая умная девочка. Извините, мне надо идти. О да. У меня есть другие дела. — Леди Беннинг посмеялась и вздернула голову. — Кажется, на сегодня назначено следствие, сэр Генри. Я исполню свой долг. Выйду на свидетельскую трибуну и обвиню бедняжку Мэрион в убийстве Роджера Дартворта и Джозефа Денниса.

Воцарившееся после этих угрожающих слов молчание нарушил задумчивый голос Г.М.:

— А теперь, мэм, самое интересное. Сегодня вы, безусловно, не сможете этого сделать. Забыл предупредить, возникла некоторая задержка…

Она вновь рванулась вперед, словно прыгнула:

— А! Вы мне верите, правда? По лицу вижу. Дорогой сэр Генри…

— И вот что любопытно. Видно, ваше мнение полностью переменилось. Я не присутствовал при даче показаний, просто читал их, и помню ваше настойчивое утверждение, что с Дартвортом расправились злые духи.

Ее маленькие глазки сверкнули, как стеклянные осколки.

— Вы ошиблись, друг мой. Если б они пожелали убить мистера Дартворта…

На краю стола лежала поздняя погибшая муха. Рука в черной перчатке метнулась и ласково сбросила мертвое насекомое на ковер. После этого старуха отряхнула руки, улыбнулась Г.М. и ровным тоном продолжала:

— Именно поэтому я и высказала такое предположение, понимаете? А после убийства несчастного идиота поняла, что они просто стоят рядом во всей своей силе и наблюдают, как человек совершает убийства. В определенном смысле — по их указаниям. О да. Они очень сильны. Однако в данном случае предпочли действовать через агента. — Она медленно потянулась через стол и со страшной серьезностью уставилась прямо в лицо Г.М. — Вы мне верите? Вы мне верите, не так ли?

Он потер лоб.

— Теперь вспоминаю, мне показалось несколько странным, что мисс Латимер с Холлидеем держались за руки…

Леди Беннинг была мудрым генералом. Хорошо знала, как важно не говорить слишком много, умела произвести эффект. Внимательно посмотрела в глаза Г.М. (вообще игроки в карты считают подобный прием в высшей степени бесполезным) и, по-видимому, осталась довольна. От нее исходило слабое победительное, ледяное сияние. Она встала, мы с Г.М. тоже.

— До свидания, дорогой сэр Генри, — мягко попрощалась в дверях леди Беннинг. — Не буду отнимать у вас время. Держались за руки!… — Она вновь посмеялась, погрозила нам пальцем. — Безусловно, мой милый племянник, как истинный рыцарь, не мог не подтвердить ее слов. Обычный джентльменский поступок. Кроме того, знаете, его тоже могли ввести в заблуждение. — На губах возникла жеманная, кокетливая усмешка. — Кто знает? Может быть, он меня держал за руку, когда она улизнула…

Дверь закрылась. Мы услышали в коридоре медленное постукивание.

— Сидите спокойно! — приказал Г.М. рванувшемуся вперед Мастерсу. Приказ прозвучал очень громко в напряженной тишине. — Сидите, не валяйте дурака. Не ходите за ней.

— Боже мой, — простонал Мастерс, — неужели вы хотите сказать, будто она права?

— Я хочу только сказать, чтобы вы скорей приступали к работе. Сядьте в кресло, закурите сигару, успокойтесь. — Он снова взгромоздил на стол ноги, лениво пуская кольца дыма. — Слушайте, Мастерс, у вас есть какие-нибудь подозрения насчет девушки Латимер?

— Честно признаться, сэр, никогда даже не думал.

— Плохо. С другой стороны, знаете, тот факт, что ее заподозрили бы в последнюю очередь, вовсе не означает, что она виновна. Это было бы слишком просто. Найди наименее вероятного убийцу и сажай в тюремный фургон. Подвох заключается в том, что чем невероятнее все кажется, тем больше в это верится. Вдобавок, может быть, в данном случае убийца и есть наиболее вероятный подозреваемый.

— Но кто наиболее вероятный? Г.М. фыркнул.

— Вот в чем трудность этого дела: мы его не видим. И все-таки на моем скромном приеме нынче вечером… Кстати, ты еще не слышал, Кен? В Плейг-Корте ровно в одиннадцать. Строго холостяцкая вечеринка. Мне надо, чтобы на ней был ты, молодой Холлидей и Билл Фезертон. Мастерс, вас я не приглашаю, сейчас дам все инструкции. Мне в помощь потребуются несколько человек, но это будут сотрудники моего собственного отдела. Хорошо бы отыскать Креветку…

— Ладно, — устало согласился инспектор, — как скажете, сэр. Если вы согласитесь представить мне убийцу, я сделаю все в этом кошмарном деле. Я почти рехнулся, и это факт. После фиаско с миссис Суини…

— Вам об этом известно? — перебил я его и поспешил выложить свою информацию.

Мастерс кивнул:

— Как только схватишься за ниточку, даже крошечную, заговоришь о ней, она сразу рвется… Да, знаю. Блестящая идея Дюрана. Вот зачем он мне звонил из Парижа, причем за мой счет. Разузнал насчет Гленды Дартворт, выяснил, что ее подолгу не видят в Ницце… Признаюсь, он заставил меня занервничать.