Темная лощина - Джон Коннолли

— Такое впечатление, что все здесь в курсе твоих дел, кроме тебя самого, — ехидно заметил Эйнджел, когда мы рванули со стоянки и направились по рельсам в обратный путь, в сторону Индийской улицы.

Чуть не доехав до того места, где рельсы заканчивались, Эйнджел вывернул руль вправо. Проскочив через дыру в заборе, мы оказались на месте парковки при заведении «Одна Индия». Эйнджел выключил фары. И почти одновременно с этим мимо нас по Фоур-стрит с воем пронеслись полицейские машины — две черные и одна белая. Потом мы еще некоторое время ждали, не покажется ли Билли. Пока мы сидели в молчании, я лихорадочно соображал, пытаясь свести все в единую картину и понять, что же произошло. Федералы или отслеживали мой телефон, или умудрились сесть на хвост банде Тони Сэлли. Когда они зашевелились, Абель связался со Стритчем и назначил тому место встречи с намерением присоединиться к нему, разобравшись сначала с федералами. А Билли Перде, имея на хвосте три разные группы преследователей в одном здании, умудрился ускользнуть. Кроме того, я думал о тени, явившейся мне из темноты: Рита Фэррис мертва, и вскоре снег укроет ее могилу, но тень ее блуждала во мраке — словно рябь шла по воде.

Со стороны комплекса к нам никто не подошел. Если бы хоть один из людей Тони Сэлли выжил, то, по моим предположениям, он, скорее всего, направился бы на север, а не стал бы рисковать и возвращаться сразу же в город. Иначе он обязательно наткнулся бы на полицейских.

— Ты думаешь, он еще здесь? — поинтересовался я у Луиса.

— Кто? Стритч? Только при условии, что он мертв. А я не верю, что у Тони есть хоть кто-то равный ему. И вообще — что в здании остался кто-то живой.

И снова в зеркале заднего вида я смог проследить задумчивый взгляд, с каким он рассматривал мое лицо.

— И знаешь, что я тебе скажу? — добавил Луис. — Сейчас Стритч уже знает, что Абель мертв. И он очень зол.

Глава 15

Луис и Эйнджел добросили меня до «мустанга», а затем последовали за мной в заведение «Яванский Джо». Я чувствовал себя абсолютно опустошенным, даже больным. Вспоминал полный ненависти взгляд, что бросил на меня Абель перед смертью. Думал о молодом бандите, над которым надругались в момент смерти, и о старике, нагруженном медной проволокой да парой ботинок и ушедшем с ношей в сырую, холодную ночь.

У кафетерия Луис и Эйнджел договорились между собой остаться снаружи: выпить мокко прямо в машине. Ли Коул давно ждала у окна — джинсы заправлены в высокие сапоги с меховой опушкой, белый шерстяной жакет застегнут на все пуговицы, до самого горла. Когда Ли встала поздороваться со мной, свет выхватил несколько серебристых прядей в ее волосах. Она мягко поцеловала меня и крепко обняла. Ее тело задрожало, и я почувствовал, что она рыдает у меня на плече. Не снимая руки с ее плеча, я осторожно отстранил Ли, не сводя с нее глаз, пока она, смущенно отвернувшись, искала по карманам платок. Ли по-прежнему была красива. Уолтеру повезло с женой.

— Она пропала, Верди, — сказала Ли, усаживаясь на стул. — Мы не можем ее найти. Помоги мне.

— Ведь она была у меня всего несколько дней назад. Она останавливалась в городе на несколько часов со своим приятелем.

— Я знаю, — кивнула Ли. — Она звонила нам из Портленда. Сказала, что вместе с Рики едет дальше. Потом еще раз звонила из какого-то места намного севернее. И больше от нее мы известий не имели. Ей был дан строжайший наказ звонить нам каждый день — просто чтобы мы знали, что с ней все в порядке. Но когда мы перестали получать от нее известия...

— Вы в полицию обращались?

— Уолтер звонил. Они сказали, что она запросто могла убежать с Рики. Месяц назад Уолтер поругался с ней из-за того, что внушал ей: надо, дескать, больше думать об учебе и поменьше бегать за парнями. Ты же знаешь, какой он. А став пенсионером, он ничуть не стал деликатнее.

Я кивнул. Да, этот разговор я себе хорошо представлял.

— Когда вернешься домой, позвони специальному агенту Россу в Манхэттенский офис ФБР. Он проверит, есть ли имя Эллен в сводной базе НЦУД. Национальный центр по уголовным делам ведет учет всех пропавших лиц, взрослых и детей, заявления об исчезновении которых поступали в полицию. Если ее имени в базе нет, значит, полиция не занимается вашим делом как следует. Росс поможет вам разобраться с этим.

Ли слегка приободрилась:

— Я попрошу Уолтера.

— Он знает, что ты встречаешься здесь со мной?

— Нет. Когда я попросила его связаться с тобой, он отказался. Он уже был в городе и пытался нажать на местных полицейских. Они ему сказали, что самое лучшее в этом деле — подождать. Но это, как ты понимаешь, не для Уолтера. Он поездил по округе, расспрашивал людей в других городках, но нигде не нашел никакой зацепки. Вернулся он только вчера, однако не думаю, что он останется дома. Я предупредила его, что мне надо выбраться из дома, а сестра подежурит на телефоне. Билет я заказала заранее. Пыталась дозвониться тебе на мобильный, но мне ни разу не удалось. Вот я и приехала сюда, а в полиции Скарборо мне сказали, где ты живешь. Я не знаю... — Она замялась. Потом продолжила:

— Я не совсем в курсе, что произошло между тобой и Уолтером. Так, какие-то обрывки разговоров слышала. Ну и, в общем, смогла догадаться, но это не имеет ничего общего с поведением моей дочери. Я оставила ему записку на холодильнике. К настоящему времени он ее уже нашел...

Ли уставилась в окно, словно мысленно прокручивала перед собой эту сцену и воображала реакцию Уолтера на содержание записки.

— Есть хотя бы ничтожная вероятность того, что полиция права и она просто сбежала? — спросил я. — В общем-то она никогда не относилась к подобному типу детей. И, когда мы встретились, по ее виду нельзя было сказать, что у нее какие-то проблемы. Но, если в дело вмешивается любовь, люди становятся порой весьма странными.

В первый раз за все это время Ли улыбнулась:

— Я еще помню, как это бывает. Может, я и постарше тебя, но, как видишь, пока жива.

Улыбка постепенно сползла с лица Ли, когда до нее дошел смысл собственных слов. И я понимал, что теперь она пытается прогнать страшные догадки по поводу того, что могло случиться с Эллен.

— Нет, она не сбежала. Я знаю ее. Эллен никогда так с нами не поступала, как бы сильно мы с ней ни ссорились.

— А как насчет этого парня — Рики? У меня создалось впечатление, что они очень разные.

Ли немного знала о семье юноши. Лишь то, что их мать оставила семью, когда ему было три года, а его и трех сестер растил отец, который вкалывал на двух работах. Рики учился в колледже на деньги, полученные по гранту. Человек довольно вспыльчивый, он бывал грубоват, но Ли не считала, что в действиях парня мог быть некий злой умысел или что он стал бы устраивать подобный побег с девушкой.

— Ты будешь ее искать, Берд? Я все время думаю о том, что она в беде. Может, они поехали автостопом и что-то случилось? Или кто-то... — Она резко умолкла, потянулась ко мне, взяла мою за руку и снова повторила:

— Ты найдешь ее для меня?

Я подумал о Билли Перде и о людях, охотящихся за ним, о Рите и о Дональде, о детской руке, торчавшей из массы сырых, гниющих листьев. Я чувствовал свой долг перед умершей молодой женщиной, которая хотела как-то устроить свою жизнь и жизнь своего ребенка, но погибла от рук убийцы. А сейчас и Билли двигался навстречу какой-то беде, может быть, к расплате, и я не в силах был спасти его. Возможно, сейчас мой долг как раз и состоял в том, чтобы помогать живым. В том числе и Эллен, которая иногда присматривала за моей дочкой, пока та была жива.

— Я буду искать ее, — твердо ответил я. — Ты мне не скажешь, откуда она тебе в последний раз звонила и куда направлялась?

Пока Ли мне отвечала, казалось, мир как-то странно разворачивался на своих осях, отбрасывая странные тени на знакомые места, превращая все в причудливую версию себя самого в прошлом. И я проклял Билли Перде. Потому что каким-то образом — хотя я и не мог еще понять, каким именно, — он сделался ответственным за происходящее, был причастен ко всему. После слов Ли миры, прежде отдаленные друг от друга, совместились в некие странные новообразования: будто огромные плиты, двигающиеся под землей, сошлись вместе, чтобы образовать новый, темный континент.

— ...Она сказала, что они едут в Темную Лощину.

Я подбросил ее в аэропорт Портленда, прямо к самолету до Нью-Йорка, потом поехал домой. Эйнджел и Луис сидели в гостиной и смотрели какое-то бестолковое ток-шоу по кабельному телевидению.

— Это шоу «Я не могу жениться на тебе, ты не девственница», — проронил Эйнджел. — По крайней мере, они не притворяются девственницами. Иначе название звучало бы по-другому: «Я не могу жениться на тебе, потому что ты врунья».

— Или «Я не могу жениться на тебе, потому что ты уродина», — предложил Луис, потягивавший эль из бутылки, вытянув ноги на стул перед собой. — Боже, где они набирают всех этих придурков для своих шоу? Отлавливают на стоянках грузовиков? — он в сердцах выключил звук и отшвырнул пульт.