Exodus Dei - Андрей Н. И. Петров

повредить едва живому кибернетическому гиганту и лежавшему на песке сантибу, дала увлечь себя в космос и запросила у Эу подлинные данные на время борьбы с атакой брата Сферы.

Эу отвлеклась еще немного и обнаружила, что находится на родной, сотню миллионов лет назад оставленной ради Сонма планете — вместе с командой саморазрушения брат Время ввел в ее систему виртуальную среду. Поскольку датчики лучших дочерей не регистрировали старших детей, Эу не могла поручить фемтоэлектронике вести бой самостоятельно, зато могла испустить непрерывное хроностатическое излучение: пусть они с Аи остановятся, ближайшие сестры возобновят их и более осторожно распорядятся Искрой преступников.

Аи пришлось ориентироваться по единственному пришедшему пакету данных. Информации о противниках в нем, разумеется, не было, но она хотя бы установила, куда можно ударить, чтобы не задеть невиновных. В этот момент Великий Зритель шагнул к сантибу на песке. Аи, предполагая, что брат Сила все еще обнимает ее, обвила ничего не чувствующими руками пространство перед собой и лицом вниз плашмя прошибла осколок Баркина, целя в локацию Искры.

Вслед за ней в тоннель начала забираться машина, слишком медленно реагировавшая на молниеносные действия лучших и старших. В двухсотметровой сфере Аи промахнулась мимо края Искры, которую вновь сдвинул брат Покой, и разблокировала один глаз только для того, чтобы увидеть, как брат Смерть касается груди Эу. Он возник только что, но уже остановил всю биохимию лучшей дочери, ее уцелевшей фемтоэлектронике пришлось переключиться на восстановление жизни в теле. Аи поняла, что это уловка, однако потратила на понимание лишний миг, и сразу десятеро братьев, которых она не успела разглядеть, бросили в нее Искру Клидии, ненадолго перегрузившую пикостанции. Аи отлетела к поверхности, где врезалась в машину.

В машине Аи провела по субъективному времени порядка одиннадцати тысяч лет, хотя в нормальном времени она прожгла детскую игрушку насквозь за одно мгновение благодаря импульсу клидийской Искры. Лучшая дочь вошла в иномирные измерения почти под прямым углом к трем из четырех стрел времени, угодив таким образом в брадихронный поток, и миг тарана растянулся для нее в 400 миллиардов раз. Модель 8,4-мерности предсказывала подобное событие, но не позволяла ни посчитать субъективное время в брадихроне, ни изменить t-вектор. Погрузиться в хроностаз Аи не могла, поскольку не знала, сколько придется дрейфовать, и рисковала раньше исчерпать запасы энергии, чем выбраться. Поскольку и эта Искра проигнорировала машинное пространство-время, оставив лучшую дочь наедине с игрушкой, Аи после нескольких бесплодных попыток повзаимодействовать с окружением пришлось уйти в транзитный сон, в каком ее вид преодолевал космические расстояния от планеты к планете.

Секунду и сто десять веков спустя Аи вновь оказалась в Мире-Часах. Не успела она проснуться, как фемтоэлектроника еще раз излучила хроностатический шар, но тот расширился лишь до десятиметрового диаметра и немедленно рассеялся. Аналитика показала крайнее истощение, хотя лучшие дочери могли спать и по миллиону лет. Сестры предложили считать, что подействовали иномирные факторы, которые невозможно учесть в модели, ограниченной законами Мира-Часов, и сфокусировали Аи на новом прогнозе боя: старшие дети теперь будут стремиться помешать перезарядке и вновь пропустить ее через п/в-континуум машины. Клидийская искра, истратив импульс, возвращалась к центру осколка Баркина в сопровождении 29 братьев, чьи имена уже не были существенны.

Эу не успела ожить до того, как машина, скрыв Искру старших детей, задела ее, но ей повезло с t-вектором, так что внутри лучшая дочь провела лишь сто лет субъективного времени и истратила менее 1 % энергии. Эу вырвалась из глубины на поверхность, чтобы зарядить Аи, на всякий случай окружив себя электростатической сферой, но теперь братья бросили в нее сразу клидийской и баркинской Искрами, лучшей дочери пришлось сменить курс. Она вылетела из камня у дальнего края поля боя и поначалу не смогла обнаружить сестру. Аналитика, приспособившаяся к обработке иномирных данных, вычислила, что Аи закрывает машина, однако выглядело это не как угроза, поскольку Эу была значительно быстрее детской игрушки, а как еще одно отвлечение внимания. И действительно, ее очередным промедлением, длившимся доли секунды, воспользовался лично брат Вакуум, чтобы возникнуть за спиной и возложить на затылок ладонь.

— Мы виноваты перед вами, — сказал брат Вакуум. Он и Эу находились в абсолютной пустоте, видимо, вновь в виртуальной среде. Симпатия с Сестрами необъяснимо отсутствовала. Затем рядом появилась Аи. — Но вы не сможете нам повредить. Мы уже не принадлежим этому миру.

— Ты только даешь нам время, чтобы скорректировать возмездие, — заметила Аи, которая, лишившись энергии, направила остатки ресурсов на планирование. Все данные по стратегии и тактике братьев были учтены, оставалось вернуться в реальность и симпатировать план Сестре.

— Мы можем поиграть еще, например, выгрузить машину на размер звездной системы или отключить вам технологии, или перейти в вашу Искру, которую вы столько лет ищете.

— Это слова. Теперь мы знаем, что вы — не более чем призраки, у вас нет материальных технологий, только информационные, и то построенные на иномирных трюках. Если вы можете переключиться в другую Искру, почему не сделали этого заранее? Вы ведь умеете забирать данные из будущего?

— Умеем. Вопрос не в знании, а в проживании опыта. Нам требовался и конфликт с Единственным, и шестичасовой психостаз, поскольку среди нас оставались сомневающиеся в нашем пути. Сейчас же мы пришли к согласию и внутренне готовы к расставанию с Миром-Часами. С вашей точки зрения это вполне можно трактовать как аннигиляцию. Как возмездие.

Сестры обработали новую информацию, каждая по отдельности, и им пришлось воспользоваться речью.

— Аи, что мы можем с ними сделать, кроме хроностаза Искры? Мы не сможем забрать их тела в Мир-Часы, а в невозможности исследовать иные миры мы только что убедились обе, мне хватило десяти лет попыток хоть что-то собрать в их машине.

— Эу, я полагаю, что вечного хроностаза достаточно. И хотя у Бога были свои планы на Искру, мы можем игнорировать Его волю. Мы…

Здесь все трое выпали из виртуальной среды. Разломанный битвой на куски осколок Баркина полностью покрывала недобесконечная машина, и она продолжала выгружаться, протягивая многомерные отростки к Искре старших детей. Все три Искры вновь были гравистатированы и вращались над головой Великого Зрителя неподалеку от Аи, Эу и брата Вакуума. Демиург стоял на вытянутой ладони кибернетического гиганта, а сам держал на ладони сантиба, хотя в невесомости и покое они не могли удерживаться вместе.

— Простите, Мои лучшие дочери, но сейчас Мне придется побыть Великим Часовщиком и исправить механизм Мира-Часов. Поэтому Я проигнорирую вашу волю, а не вы Мою, — излучил Он в радиодиапазоне на языке Предельных.