К востоку и западу от Суэца: Закат колониализма и маневры неоколониализма на Арабском Востоке. - Леонид Медведко

Израильская агрессия 1967 года еще более усложнила решение и без того трудной и запутанной палестинской проблемы. К сотням тысяч палестинских беженцев «первой волны» 1948—1949 годов присоединились «вторая», а затем и «третья» волны арабских беженцев. Общее число палестинских беженцев в таких странах, как Иордания и Ливан, фактически удвоилось, а их число на землях бывшей Палестины, в частности на Западном берегу Иордана и в секторе Газа, резко сократилось.

До войны 1967 года, по данным ООН, общее число палестинских беженцев составляло около полутора миллионов (из общего числа палестинцев 2 миллиона человек), из них больше половины проживало на территории бывшей Палестины, остальные были расселены в 54 специально отведенных для них лагерях в Иордании, Сирии, Египте и Ливане, где прозябали в ужасных условиях нищеты. Палестинцы составили 37 процентов населения Иордании, 59 процентов населения сектора Газа под контролем Египта, 7 процентов населения Ливана и 3 процента населения Сирии (800 тысяч на Западном берегу Иордана и в секторе Газа, около 400 тысяч арабо-палестинцев в самом Израиле). К 1977 году в результате израильской агрессии в июне 1967 года число палестинских беженцев превысило 2 миллиона, а общее число палестинцев составило 3,5 миллиона с учетом естественного прироста населения[164]. Более половины из них в результате насильственной миграции проживало теперь не в Израиле, не на Западном берегу Иордана и в секторе Газа, а в различных арабских странах, главным образом в Иордании, Сирии и в Ливане. К палестинским беженцам в этих странах присоединились еще согнанные агрессорами с родных мест так называемые «переселенцы», которых в Иордании насчитывалось в марте 1976 года 210 тысяч, в Сирии—125 тысяч человек, а в Ливане около 400тысяч[165].

Таким образом, Тель-Авиву с помощью вооруженной агрессии в июне 1967 года и установленного оккупационного режима удалось добиться насильственного демографического сдвига, еще больше усложнившего урегулирование палестинской проблемы, поскольку более половины всех палестинцев-арабов оказалось за пределами бывшей Палестины.

Только в феврале 1968 года в результате варварских обстрелов и налетов израильской авиации на лагеря беженцев в долине Иордана около 70 тысяч человек были вынуждены сняться с обжитых мест и искать более надежные убежища подальше от линии прекращения огня, в пригородах Аммана и на севере Иордании. Оккупанты разрушили десятки деревень на Западном берегу Иордана и на Голанских высотах Сирии. Всего, по данным печати, с 1967 по 1977 год на оккупированных территориях было разрушено около 20 тысяч домов, убито около 5 тысяч мирных жителей, около 16 тысяч ранено, подверглись различным пыткам в тюрьмах и концлагерях.

О целях политики запугивания и террора нетрудно было догадаться. Оккупанты, осуществляя массовый изгон палестинцев, разрушая их дома и осваивая их земли, хотели как бы на практике доказать, что «нет палестинского народа — есть только палестинские беженцы». Они старались «исправить ошибку», заключавшуюся, по выражению израильской газеты «Давар», в том, что июньская война принесла лишь «территориальную победу», оставив большинство населения «привязанным» к своим местам. Завоеватели, силой поднимая палестинцев с родных мест, подготавливали таким образом условия для решения палестинской проблемы на тель-авивский манер. Периодическими вооруженными нападениями, обстрелами, бомбардировками, карательными рейдами против палестинцев, нашедших убежище в соседних арабских странах, Тель-Авив хотел восстановить иорданцев, ливанцев, других арабов против палестинцев, спровоцировать конфронтацию между ними.

С помощью агрессии, террора и политики геноцида сионисты хотели превратить арабский народ Палестины в беженцев, покончить с палестинским движением сопротивления. Однако результаты получились обратные. Существование палестинского народа после июньской войны 1967 года, констатирует в книге «Куда идет Израиль?» бывший председатель Всемирного еврейского конгресса Наум Гольдман, признается всем миром, даже большинством израильтян [166].

Насилие оккупантов породило палестинское движение сопротивления. Если раньше оно носило неорганизованный, стихийный характер, то после июньской агрессии оно вступило в новый этап развития, заявив о себе как о серьезной реальной силе, с которой Израилю приходилось все больше считаться и в политическом и в военном плане. Тель-Авив хотел сделать палестинцев «народом беженцев», а превратил в народ борцов. Именно беженцы «второй и третьей волны», которых агрессоры лишили сначала земли и имущества, а затем и последней возможности жить мирно в лагерях, составили костяк созданных после июня 1967 года более 30 палестинских организаций, действующих под руководством Организации освобождения Палестины. Она была создана на Национальном совете Палестины в Иерусалиме 28 мая 1964 года. Впоследствии ООП была признана на международной арене как единственный законный представитель палестинского народа. В нее вошло большинство палестинских организаций, штаб-квартиры которых размещались до конца 1970 года в основном в Иордании, а затем в Ливане.

ООП подчиняется созданная в сентябре 1964 года регулярная Армия освобождения Палестины (АОП), подразделения которой во взаимодействии с вооруженными силами арабских стран участвовали в отражении агрессивных акций Израиля. Под руководством ООП действуют также объединенные в Силы народного освобождения (СНО) партизанские отряды палестинских организаций «Фатх», «Ас-Саика», Арабский фронт освобождения Палестины (АФОП), Народный фронт освобождения Палестины (НФОП), Фронт народной борьбы, Демократический фронт освобождения Палестины (ДФОП) и другие. Партизанские отряды палестинцев с 1 января 1965 года начали вести вооруженную борьбу против Израиля, которая особенно активизировалась на оккупированных территориях после июньской войны. Эта дата считается днём рождения ПДС и началом палестинской революции.

На четвертой сессии Национального совета Палестины в Каире в феврале 1969 года было принято решение об объединении военных и политических усилий всех палестинских организаций, действия которых стал координировать Исполком ООП. Председателем Исполкома был избран Ясир Арафат. В состав Исполкома вошли представители почти всех палестинских организаций. В июне 1970 года был образован другой координационный орган — Центральный комитет палестинского движения сопротивления, возглавляемый также Я. Арафатом. Общая численность вооруженных бойцов в рядах ПДС, по данным иностранной печати, составляла в 1970 году 30—40 тысяч человек[167].

Организации, к которым принадлежат партизаны, называются по-разному. Но, как правило, их названия выражают идею освобождения Палестины. В арабских странах чаще всего палестинских партизан называют федаями, то есть людьми, готовыми пожертвовать собой. В Израиле и в некоторых западных странах о них говорят как о «террористах». В палаточных городках лагерей палестинских беженцев их любовно величают «молодыми отцами», ибо, несмотря на то, что многим из них всего 16—18 лет, они носят партизанские клички: Абу-Наср (Отец победы), Абу-Сейф (Отец меча) и т.п. Вступив в ряды палестинского движения сопротивления, они как бы на время отказываются от своего подлинного имени, как и вообще от многих житейских благ, жертвуя всем, в том числе, если понадобится, и жизнью, во имя освобождения своей родной земли, утверждения попранного оккупантами законного человеческого права называться гражданином своей родины.

Один из федаев, отвечая на вопрос иностранного корреспондента, почему он стал партизаном, ответил: «Потому, что я сын палестинца; потому, что наш дом разрушили сионисты; потому, что они отобрали нашу землю; потому, что я родился в палатке лагеря для беженцев; потому, что я понял, что не могу быть всю жизнь без родины».

— И вы хотите сбросить евреев в море? — с явно провокационной целью спросил иностранный журналист.

«Нет,— твердо ответил молодой партизан.— Евреи — наши братья. И они и мы — семитского происхождения, так что мы никак не можем быть антисемитами. Мы должны и можем жить в мире. Но для этого нужно сначала выкорчевать сионизм. Он виноват в наших бедах, а не евреи. Среди нас есть партизаны, которые сами еврейской крови. И есть много евреев, особенно за границей, которые поддерживают нас, в том числе деньгами... Некоторые женаты на еврейках, у многих есть друзья евреи. Мы ненавидим сионистов, как вы, европейцы, ненавидели фашистов».

По своей политической направленности и социальному составу палестинское движение сопротивления крайне неоднородно Это объясняется прежде всего его классовой пестротой. В ПДС участвуют как представители трудящихся слоев и передовой интеллигенции, так и представители палестинской мелкой и средней буржуазии, стремящиеся придать движению псевдореволюционную, анархическую или чисто националистическую окраску. Выдвигая экстремистские лозунги, некоторые как правые, так и ультралевые авантюристические элементы в ПДС, пользующиеся поддержкой арабской реакции и Пекина, наносили вред общеарабскому делу и самому палестинскому движению, внося в него раскол и анархию. Например, большой вред палестинскому движению сопротивления приносили безответственные высказывания некоторых его лидеров, вроде бывшего председателя Исполкома ООП Ахмеда Шукейри Выдвигая лозунг о праве арабского народа Палестины на самоопределение, они отрицали это право за проживающими там евреями и призывали «уничтожить государство Израиль». Несомненно, экстремистские тенденции в палестинском движении являются прежде всего следствием экстремизма и экспансионизма израильских руководителей. Но империалистические и сионистские пропагандисты пытаются все перевернуть с ног на голову. Некоторые необдуманные экстремистские заявления палестинских лидеров в полной мере используются сионистами для разжигания антиарабских настроений, оправдания агрессии Израиля против арабских государств и его отказа признавать ООП как законного представителя палестинского народа.