Младший сын. История зимы, что окрасила снег алым - Марина Лаврук

ты знаешь я не мастер говорить подобное, но, если ты правда счастлив рядом с этим человеком, даже если это и Таро, — он сделал многозначительную паузу и казалось сдержал рвотный позыв, — я поддержу тебя и всегда буду рядом.

Акио не знал, что ответить лишь бегло водил глазами, стараясь сообразить хоть что-то.

— Ну, а если он вздумает тебя обидеть, то свернем ему шею, — улыбнулся Иошихиро.

— А ты не хочешь быть счастливым рядом с любимым человеком? — глаза Акио стали непривычно серьезными, от чего Иошихиро удивлено скривился, — у тебя от одного появления этой сумасшедшей искры в глазах виднеются, а ты продолжаешь терпеть Шизуху рядом.

Иошихиро ухмыльнулся, но отвечать не стал, лишь лениво смотрел перед собой:

— Какая же глупость постоянно стремиться быть счастливыми. Как думаешь, почему люди уперто продолжают это делать? Казалось бы, ты уже лежишь на дне и ниже падать некуда, ты один кругом кромешная тьма, а ты продолжаешь жалобно искать лучик света. Почему нельзя просто успокоиться и перестать мучить себя? Но нет, все равно мы продолжаем искать и надеяться на чудо. А когда этот луч появляется, ты спешно стараешься схватить его в кулак, — Иошихиро тяжело глотнул, в нем говорила пьяная версия, так что смущения за столь глубокие мысли он не испытывал, — так может лучше просто закрыть глаза и смириться с темнотой?

— Разве можно быть счастливым всю жизнь? Нет. В жизни не бывает абсолютно счастливых или абсолютно несчастных дней, все что нам остается это погреть замершие руки и сердца от появившегося луча, чтобы дольше продержаться среди этой темноты, — ответил Акио, также всматриваясь перед собой.

— А если этот луч появился, чтобы обжечь меня? — легко рассмеялся Иошихиро.

— Как минимум несколько мгновении до ожога — тебе будет тепло.

— А ты значительно умнее, чем мы с Акио в твои годы, — зажимая брата локтем рассмеялся Иошихиро, пока младший брыкался в приступах удушья.

Глава 15. Танец под закатным солнцем

Акио с Иошихиро практически до заката солнца просидели на ступеньках, перебросившись парой фраз. После младший устало зевнул и направился к себе в комнату, едва не спутав свою старую с комнатой Макото, после общения с братом, находится здесь было чуть легче, так что он достаточно быстро уснул, ни на секунду, не вспоминая о необходимости следить за своей гостьей.

Иошихиро сидел в своем кабинете, лениво перекладывая листы бумаг, стоявший на столе привычный бокал от чего-то сегодня не слишком привлекал его внимание, а сердце периодически заходилось горячей кровью, раскрашивая щеки. В дверь постучали и в этот момент по всему телу прошлись иглы, он с надеждой взглянул на дверь и в проеме стояла долгожданная фигура в светло-зеленом откровенном наряде, с еще заспанными глазами, но очаровательно яркой улыбкой.

— Так значит здесь ты и просиживаешь свою жизнь? — осматривая пыльную комнату, заваленную стопками бумаг, спросила Мия.

— Что-то вроде того, — он улыбнулся ей, мягко и искренне.

— Может прогуляемся во дворе?

Иошихиро устало опустил глаза заправляя прядь за ухо и поднялся с места, медленно подошел к девушке и всматриваясь черные острые глаза утвердительно кивнул.

Мягкий солнечный свет заката озарил улицу, служащие двора обсуждали прошедший день и расслабленно гуляли, наслаждаясь летней вечерней прохладой. Мия шла рядом с Иошихиро и увлеченно рассматривала окружающих, они остановились у небольшого фонтана, и он присел на каменный край, наблюдая за своей спутницей слегка щурился от яркого закатного солнца. Мия продолжала оглядываться вокруг себя, пока не остановилась на взгляде чайных глаз, играющих на солнце и припудренных легким блеском, так что несвойственно себе испытала легкое смущение. Она наклонилась ближе к лицу Иошихиро, заправив руки за спину:

— Хочешь я станцую для тебя? — неожиданно прервала тишину девушка.

— Разве от такого можно отказаться? — спокойно ответил Иошихиро, хотя покрасневшие уши и покалывание в щеках выдавали неожиданное волнение.

— Напоешь мелодию? — встав в позу приготовилась девушка.

— Я? — смутился Иошихиро.

— Я отлично слышала, как ты поешь, так что не стесняйся, — Мия вытянула шею по направлению к изящно приподнятым рукам и закрыла глаза.

Иошихиро едва ли не пожалел о пропущенной дозе алкоголя вечером, он огляделся вокруг и людей было достаточно много, но все они были не так чтобы близко, так что был шанс остаться незамеченным. Приподнял жалобный взгляд на девушку и после легкого покалывания в сердце тихо начал напевать мелодию:

«Цветут деревья, как невесты.

Благоухают облака,

Под утренним солнцем, в полном цвету

Я встретил единственную свою»

Голос Иошихиро был достаточно бархатным и приятным, девушки часто любили слушать как он поет, несмотря на это он всегда искренне стеснялся делать это будучи трезвым. Мелодия, напеваемая Иошихиро была достаточно нежной и несмотря на откровенный наряд Мии, она подобно лепестку цветка жасмина двигалась ведомая ветром и солнцем плавно отводя ладони и сверкая глазами в которых не было привычной остроты, в них читалась абсолютная ласка.

Иошихиро смотрел на девушку чей танец озаряло ярчайшее солнце так что в глазах все начинало мутнеть, но он боялся моргнуть, словно мираж мог рассеяться. Под магией прекрасного танца Иошихиро совсем забыл о волнении, его голос стал громче и ярче, девушка плавно выгибала спину и нежно улыбалась, утопая в зеленом шелке летящих крыльев. Она замерла и плавно поклонилась, вдруг все кончилось. Иошихиро замер, не в силах пошевелиться, а девушка, повернулась и улыбка озарила ее лицо, глаза сверкали словно черный сапфир. Он не знал, что сказать, и его привели в чувство восторженные воскликни толпы собравшейся вокруг них, служащие хлопали и переговаривались:

— Не знала, что глава так поет!

— Наш глава не просто красавец, он еще и талантлив во всем!

— А что за танцовщица? Никогда прежде не видел ее у нас.

Иошихиро вернул лицу былую надменность и хотел было уже разогнать любопытных зевак, как Мия с легкой отдышкой подошла к нему протягивая ладонь:

— Знаете мелодию семи цветов? — обратилась девушка к толпе и люди радостно закивали, — станцуешь со мной? — спросила она у растерянного Иошихиро, нагло притягивая к себе.

Люди стали кольцом вокруг пары, синие цветах их одеяний слились в один сплошной поток, словно само небо спустилось на землю, пожилой мужчина достал из кармана самодельную флейту и завел протяжную мелодию, а девушки стали напевать мотив, восхищённо прижимая руки к груди, пока мужчины ногами отбивали ритм. Мия поклонилась Иошихиро и осторожно, словно ласка обивалась вокруг него, не прикасаясь даже краем одеяний, он растерянно огляделся на восхищенную толпу, а после на яркий блеск черных глаз и недовольно закатив